Евгений Щепетнов – Обретения и потери (страница 9)
– Что с ними делать? – проявился у меня в голове Прошка – Может, убить?
– Нет! – решил я, подумав о том, что в такой хороший, славный день не стоит никого убивать – Сделайте так, чтобы они месяц, не меньше провели в больнице. И бросьте их. Пусть себе живут. Все равно в конце концов закончат свои дни на зоне, да и черт бы с ними.
– Будет сделано, шеф! – радостно откликнулись оба беса, и мне подумалось о том, что скорее всего сегодня два крадуна лишатся минимум сорока лет жизни. Неприятно, конечно, но ведь не убили же! Могло быть и хуже. Бесы не были мной замечены в особой жалости к своим несчастным жертвам. Если бы не желание нечисти как следует помучить своих жертв, скорее всего те бы уже лежали тепленькими трупами. И повторю, снова и снова: этих тварей никто не звал в мою машину! Не надо было в нее лезть! Это как с фашистами – никто не звал их в нашу страну 22 июня 1941 года, а потому жалеть о том, что они сдохли или потеряли здоровье на ее территории, совершенно никто не собирается.
– А что там было? – спросила меня Варя, посмотрев на меня своими «эммиуотсоновскими» влажными глазами.
– А я откуда знаю? – пожал я плечами и повернул ключ зажигания – Видимо людям стало плохо на жаре, вот их и увезли. Ты как себя чувствуешь? Тебе не плохо?
– Мне очень хорошо! – счастливо расплылась в улыбке Варя, вздохнула, и откинувшись на спинку кресла, спросила – Домой? Так не хочется быстро возвращаться! Так бы с тобой ходила и ходила!
– Нет, пока что мы не домой – тоже улыбнулся я, трогая машину с места – Давай сходим в ресторан?
– В ресторан?! – Варя даже задохнулась от волнения – да ты что, Вась?! Я ведь не одета для ресторана! В шортах?! В ресторан?!
– Наплюй – ухмыльнулся я, окидывая Варю взглядом и задержавшись на ее гладких коленках – Я тоже не особо для ресторана одет. Притом что ты выглядишь так потрясающе, что ресторан должен быть горд, принимая у себя такую красотку!
Я медленно тащился по одной из центральных улиц города до тех пор, пока не увидел ресторан, располагавшийся в одном из старинных городских зданий. Скорее всего, до революции здесь жил какой-нибудь купец, или дворянин – красивое здание, построенное архитектором точно обладающим абсолютным безупречным вкусом. Я не разбираюсь в архитектуре, но тут есть что-то от тогдашнего итальянского модерна – лепнина с ангелочками и трубами, горгульи, арки, высокие окна и все такое. Может, я и ошибаюсь, и это совсем не модерн и не итальянский – только какая кому разница? Главное – что тут имеется вывеска «ресторан» и мы с Варей можем зайти и как следует налопаться всего самого вкусненького!
– Я туда не пойду! – запищала Варя, глядя на это пафосное заведение – Я не могу! Нас туда и не пустят! Вась, давай другое место найдем, а?! Какую-нибудь кафешку! Пожалуйста! Ну, Вась!
– Нет! Мы пойдем сюда! Я сказал!
Я даже рассердился – какого черта? Чего она так сопротивляется? Как бес в нее вселился! (И не надо хихикать, черти!)
Варя нахохлилась, поджала губы, а я беспомощно выдохнул – ну вот надо же! На ровном месте споткнулись! Да что он ей дался, этот ресторан? Чего она так против него возмущается?!
– Пять лет назад я приехала сюда, в город… тогда я пыталась сбежать от Сеньки – начала Варя бесцветным, неживым голосом – Ольку родителям оставила. Сняла комнату на окраине, и начала искать работу. Увидела объявление, что требуются работники в ресторан. И пошла устраиваться. Это был вот этот самый ресторан. Вначале я работала здесь посудомойкой, а потом… потом меня заметил управляющий, предложил работать официанткой.
Варя замолчала, глядя в открытое окно, а я ее не торопил – пусть выскажется, похоже, что ей это очень важно.
– Ну и вот… взяли меня стажеркой, а когда я в курс дел вошла – стала работать самостоятельно. Вначале было все очень хорошо, просто очень! Я была счастлива! Чаевые мне всегда давали хорошие, иногда просто отличные! Работа несложная – после деревни, так тут вообще курорт! Я стала одеваться, обуваться как следует… деньги завелись. Домой отсылала, родителям – на Ольку. И им в помощь.
Варя снова замолчала, вздохнула. Посидела с минуту, и продолжила рассказ.
– Все хорошее когда-то кончается. Директор меня заметил – жирный такой боров, молодой, на хаммере ездит. Ресторан ему папенька подарил, богатый предприниматель, директор здесь только так… приезжает, кассу собирает, а еще… (Варя прокашлялась) официанток трахает. Да, именно так – хочешь здесь работать – регулярно, пару раз в неделю, иди в кабинет директора, становись на колени и его ублажай. Не хочешь – никто тебя не держит. Вали с глаз долой.
– И ты? – я внимательно посмотрел в глаза Варя, но она не отвела взгляда:
– Я же тебе говорила: я не проститутка. Думай что хочешь, верь, или не верь – но я отказалась. Проработала я после этого три дня. Обвинили в краже у клиента, мол, я у него бумажник сперла, грозились в полицию отвести и все такое прочее. А если я… отсосу у директора, то ничего мне тогда и не будет. Закроют дело. Так и буду работать дальше… с регулярными сеансами орального секса. По очереди с другими девчонками. Ну не смотри так – не отвели меня в полицию, и не стала я ублажать директора. Получила по морде – потом фингал был почище, чем от Сеньки, и отвалила в свою деревню. От греха подальше. Тем более что Сенька там бесчинствовал и сказал, что подожжет моих родителей, если не скажут, куда я спряталась. В общем – хватило меня всего на четыре месяца жизни в городе. Такая вот печальная история. И теперь ты тащишь меня туда, где я все это пережила. Понял, почему я туда не хочу?
– Ты мне этого не рассказывала… я думал – вообще никогда из деревни не выезжала – вздохнул я, и взгляд мой вдруг упал на вывеску «Бутик» и рядом какое-то иностранное название. И тут же у меня созрел план…
– Слушай меня внимательно… – сказал я, и Варя тут же насторожилась, нахмурилась – Сейчас мы с тобой идем воон… туда! (я указал на вывеску). Ты подбираешь себе платье – такое платье, что просто отпад! Если найдешь коротенькое черное платье – будет самое то. Чулки. Туфли у тебя уже есть. Я тоже что-нибудь подбираю. Одеваемся, а потом идем в этот ресторан. Не спорь! Мы идем туда! Ты должна выдавить из себя память об этом ресторане! Навсегда! Ты должна прийти в него хозяйкой! Важной особой! Чтобы перед тобой раскрывали двери! И тогда сотрется из памяти эта грязь. Пусть это будет твоей местью всем этим придуркам!
– Вась… мы уже столько денег потратили… – Варя недоверчиво помотала головой – куда еще-то?! Да черт с ним, с этим дурацким рестораном! Да пропади он пропадом!
– Я сказал – мы так сделаем! – ухмыльнулся я – считай, мне вожжа под хвост попала. Решил – значит, так и будет. Все! Пошли!
–
Да, хорошая штука, эти персональные бесы. Столько проблем убирают – просто уму непостижимо! И так приятно чувствовать себя всемогущим…
В бутике приняли нас настороженно, хотя и максимально вежливо – две девушки, красивые, ухоженные улыбались нам искусственными улыбками явно не ожидая от нас никаких прибыле́й. Такие клиенты как мы совсем не редкость в дорогих магазинах, обычно это мечтающие о красивой жизни девушки. Посмотрят, померяют, повздыхают, глянут на ценник, и… уйдут, не купив даже чулок. Здесь все дорого, не по карману обычному человеку. В чем я и убедился, когда расплачивался у кассы.
Уходили из бутика, одетые как на картинке из журнала мод. Варя шла на высоченных каблуках (кстати – удивился, что она так свободно на них вышагивает – ужас же какие высокие!), в маленьком черном платье, едва прикрывающем круглую попку, а я – в светлых узких туфлях, купленных еще в торговом центре, льняных штанах и льняной же рубашке – почти белых, вроде бы невидных, но ужасно, ужасно дорогих! Людям даже и сказать было бы стыдно – сколько стоило это самое наше барахло. Поменьше ста тысяч, но… не так уж и меньше. И опять же – за что такие деньги, черт подери? Ну… красиво, да. Удобно. Но нельзя же столько брать за какую-то там тряпочку! Это просто аморально!
Никогда этого не пойму, точно. Но да ладно. Бросаем в машину снятое с себя барахло (пистолет, само собой, я в поездку не брал – заныкал его дома, в лабораторию), и твердым шагом идем к дверям, ведущим в чертов ресторан. Лицо у Вари каменное, ощущение такое, будто она собирается не в ресторан войти, а выскочить на бруствер с гранатой в руках: «Урааа! За родину! Вперед!».
– Лицо попроще сделай! – улыбаюсь я – пусть все видят, насколько тебе на все плевать. И тебе должно быть на самом деле – плевать! Кто они такие? Общепит! А ты клиентка!
Внутри было пафосно-красиво, так же, как и снаружи. Только снаружи фасад покрашен в бело-салатные цвета, а внутри царил бежевый цвет. И серебро с хрусталем. Я так-то не раз и не два был в ресторане, и даже не двадцать раз. Куда офицеру тратить деньги, если время от времени не ходить в ресторан? Но этот ресторан был гораздо пафоснее тех, в которых я бывал. Что в общем-то меня ничуть не потрясло. Тут главное иметь в виду: под прекрасным павлиньим хвостом все равно скрывается обыкновенная куриная жопа. Опыт показывает, что частенько самые лучшие, с самой вкусной и не очень дорогой кухней рестораны выглядят совсем не пафосно, и всегда набиты клиентами – под самую завязку. И наоборот – пафосные, дорогие рестораны не умеют ни накормить, ни как следует встретить клиента зашедшего в них просто прилично поесть. И вообще – общепит, он и есть общепит, не надо делать из него культа.