Евгений Щепетнов – Некромант (страница 28)

— Пет…ну не расстраивайся ты так! Купим мы тебе новую лютню! Мы же обещали! Правда, девушки?

— Самую лучшую купим — уверенно заключила Соня, и тоже меня обняла — Не расстраивайся, пожалуйста. Завтра же попрошу родителей купить новую лютню от самого лучшего мастера! Не хуже, чем эта! (она кивнула на сломанный инструмент). После этого все замолчали, и так, молча, мы и доехали до Академии.

По своим комнатам девчонки не разошлись. Все скопом завалились ко мне, и принялись в лицах, захлебываясь, изображать участников битвы, превознося меня как великого бойца, о котором теперь будут помнить десятилетиями, а то и запомнят навсегда. И теперь они совершенно уверены, что никто не посмеет меня оскорбить, никто не посмеет обидеть. Ведь я защищал честь Академии, и если бы не я…

Кстати — и правда, заметил перемену в отношении ко мне моих соучеников. Мне улыбались, кивали, когда я проходил мимо, а несколько человек, даже парни, похлопали меня по плечу и сказали: «Молодец, Син!». И это был настолько странно…вот только сегодня, перед началом бала они смотрели на меня волками, но стоило разбить несколько рож из числа их врагов…и я вдруг из врага стал их самым лучшим другом? Глупо это как-то…если только забыть, что на самом деле имею дело не с взрослыми людьми, а с подростками.

И еще — мир другой. Понятия о чести другие. У нас во главе угла — прагматизм, выгода, как у торговцев. А тут…наверное и правда они совсем другие. То-то я не могу понять мотивы, которые двигали Мастером, отправившимся вызвать Элрона на поединок чести. Мне это кажется абсолютно глупым и непрактичным.

Интересно, а как бы повел себя младший Элрон, если бы оказался сегодня рядом со мной? Дрался бы плечо к плечу, или же постарался ударить в спину? Это вопрос, на который у меня нет ответа. И наверное — не будет.

В следующие полчаса мне пришлось устранять последствия контактирования наших девочек с «дружественной Академией». Как оказалось, досталось им гораздо сильнее, чем я себе это мог представить. Это на мне не осталось ни следа — никто из противников не смог достать до комиссарского тела. Спереди и с боков я контролировал обстановку сам, и не позволял разгуляться своим соперникам, а вот сзади — там уже девчонки. И кстати — справлялись очень даже недурно. Но…за то и получили. Девчонки терпеливее парней, боль терпят лучше, так что…пока не увидел, и представить не мог, как им досталось.

В общем — Фелна и Хельга тут же разделись, сбросив с себя всю одежду так легко, будто находились не в номере знакомого молодого парня, а на осмотре в медицинской комнате Академии. Что кстати меня до сих пор немало удивляло — неужели ТАК ко мне привыкли, что я для них стал чем-то средним между любовником, мужем и личным врачом?

Я их осмотрел — синяков и ушибов у девчонок предостаточно. У Хельги даже треснуло одно из ребер — говорит, что в нее попал один из табуретов, которые в меня швыряли, а она приняла этот табурет на себя. Верю. Полеты мебели в таких драках обычное дело. Бывал, видал.

Устранил быстро, получается это у меня уже довольно-таки легко, лекарь я и правда стал очень недурной. Слава богу, обошлось без ушибов и разрывов внутренних органов — все-таки мышечный корсет у девчонок очень хороший, крепкие мышцы самортизировали удары.

Потом девки раздели догола сопротивляющуюся, красную как вареный рак Соньку. Та еще не привыкла к эдакой ненормальной простоте нашего общения, и так покрылась краской, что мне даже стало смешно. А чего ей по большому счету стесняться? Не уродка, настоящая фитоняшка. Фигурка у нее…ай-яй какая! Если с чем-то сравнивать, то больше всего напоминала фигуру какой-нибудь из наших фигуристок, олимпийских чемпионок. Только чуть пошире, потяжелее, помускулистее. Оно и понятно — тут надо мечом махать и кулаками работать, а не по льду на коньках носиться.

У Соньки были сломаны два ребра, имелся здоровенный кровоподтек на левой груди, синяк на бедре и здоровенный синячина на спине. Ну и тот самый фигнал вокруг глаза, который уже начал наливаться полным сочным цветом.

— Хороша! — довольно кивнула Фелна, вертя и разглядывая смущенную Соньку — Глянь, принц, как тебе подружка? Подойдет?

Я досадливо вздохнул, пресек попытки девчонок узнать у мелкой, знает ли она, что надо делать с мужчинами (при этом хихикая и хлопая ее по голому заду), и принялся лечить героическую подругу.

Примерно через полтора часа вся компания была приведена в божеский вид, никто не морщился при вдохе и выдохе, никто не отсвечивал фиолетовой блямбой, так что с чистой совестью выпроводил эту шайку из своих апартаментов, заявив, что мне нужно отдохнуть, а их трескотня никакой возможности для этого не дает. Девки были очень недовольны моим демаршем. Они уже валялись на моей кровати, хихикали, толкались, и явно чего-то ждали. Видимо того, что я присоединюсь к их компании.

Но все-таки их прогнал. Почему? Да потому что я не железный. И гормоны у меня играют — как говорится, вам и не снилось. Но…не надо мне этого. Гаремы — не для меня. Тем более что тут присутствовала и Сонька, о которой я не позволял себе думать кроме как о младшей сестренке.

Во-первых, на мой взгляд — несмотря на свои выдающиеся формы, о которых могут мечтать и земные модели (кроме роста!), она еще слишком мала возрастом для подобных игрищ.

Во-вторых…а если ее влиятельные и богатые родители узнают, что она связалась с ворком, и кувыркается в его постели? Зачем мне лишние враги? Тем более такие влиятельные и богатые. У меня и без них хватает кровных вражин!

Может это и глупые рассуждения. Все равно все думают, что эти три девчонки являются моими любовницами. Но думать — это одно, а быть — совсем другое. Сейчас, если понадобится, я легко могу доказать то, что я никогда не имел сексуальных отношений с этими девочками.

Очень напрягло, когда Фелна вдруг спросила о том, почему это девушка, с которой я танцевал — Яра — вдруг начала кричать, что меня узнала. Кто она такая, и откуда меня знает? Отговорился тем, что девушки…они такие девушки! И что им придет в голову — совершенно непредсказуемо. Откуда я могу знать, кого она во мне увидела?

Да, по лицам девушек я увидел, что ни черта они не поверили моему объяснению. И прекрасно поняли, что я от них что-то скрываю. Но это никак не подействовало на их отношение к моей личности. Ведь у принцев свои причуды! У них тайн — как грязи на деревенской улице после дождя.

Да, когда уходили — целовали меня с загадочным выражением на рожицах, а Фелна напоследок сказала:

— Спасибо за красивую музыку…мой принц! И все трое довольно захихикали, подмигивая и кивая, мол — знаем, знаем!

Глава 11

Это просто смешно! Мне, человеку, выросшему в бессословном обществе — смешно. Вот какая разница — какой ты национальности, внешности, привычек — главное, чтобы человек был приличный, да умел делать порученную работу. Плохо ее делаешь — ты нафиг не нужен, тебя не уважают. Хорошо делаешь — ты уважаемый человек, тебе премию и всяческие блага. Так должно быть. В идеале. На самом деле конечно же все непросто, и все не так. Но…не до такой же степени!

Кто я был до этого? Нищий ворк, каким-то хитрым образом пробравшийся в святая святых — Академию магии. Кто меня сюда определил, как и зачем — большая загадка! Но какой бы интересной загадкой это не было — любить меня не за что. И неважно, что я хороший боец и отличный лекарь. И вообще, хороший парень, который никому не сделал зла (кроме тех, кто сам пытался мне сделать зло!). Совершенно неважно! Главное — я здесь, и своим видом оскорбляю взоры приличных людей, которые собрались здесь, чтобы…хмм…а зачем они тут собрались, правда? Обязаловка — это понятно. А еще? А еще — для того, чтобы выковать управленческие кадры Империи. Академия — кузница управленцев, которые потом пойдут во власть. И вот среди них — свинья! Грязная, вся в навозе, в говне — свинья! Которую посадили за парту рядом с людьми! И как ее любить, эту свинью? Ну…есть, конечно, отдельные извращенки, которые не гнушаются общаться с этой дрянью, но ведь исключения только подтверждают правила. А правила таковы: никаких дел со свиньями! Они должны сидеть в свинарнике и не высовывать оттуда носа!

И вдруг…все перевернулось с ног на голову. Свинья-то оказалась принцем свиного народа! Да еще и лучшим бойцом, который организовал побоище, в котором понесли потери враги из конкурирующей Академии, вечно задиравшие нос перед магами, и чего греха таить — вечно их поколачивающие. А теперь — «красножопые» утирают красную юшку, а «черные» торжествуют победу! И кто «виновник» победы?

Я шел в столовую, и…старался делать вид, что ничего особенного не происходит. Со мной здоровались ВСЕ! Черт подери, ВСЕ курсанты и курсантки! Улыбались мне!

Я отвечал им с гордым, непроницаемым лицом, как и положено принцам крови, и каждый, кто был удостоен моего кивка, едва ли не расплывался в довольной улыбке. Впрочем — почему «едва»? Расплывались! Именно что расплывались! Особенно девчонки! А когда я здороваясь сказал одной девушке, очень красивой даже на фоне красоток Академии, что она прекрасно выглядит, у той глаза сделались по плошке и она с чувством сказала, что ей очень приятно слышать такие слова именно от меня. И тут же галопом рванула по коридору к своим подругам, и я хохоча про себя услышал ее захлебывающийся от восторга голос: «ОН мне сказал, что я выгляжу лучше всех в Академии! Представляете, девочки?!»