Евгений Щепетнов – Будем жить! (страница 18)
Вот он, этот чертов Сизиф с его камнем! Долбит! Присела, пару секунд сидела, прикрыв глаза.
Проверила предохранитель, стоит ли он на автоматической стрельбе. Выдернула магазин, посмотрела, поморщилась – забыла добить патронами после стрельбы! Да черт с ним – перевернула, воткнула другой, полный. Откинула приклад. Снова выглянула, приложила приклад к плечу – поплотнее, чтобы отдача не так чувствовалась, прицелилась и мягко нажала на спуск. Автомат выпустил очередь из трех патронов, и Настя тут же отпрянула, присела – чтобы другие мутанты не заметили, откуда она стреляет.
Постоянное «Бам! Бам!» прекратилось. Убила? Выглянула, готовая к стрельбе, и радостно выдохнула – есть! Прямо в башку засадила!
И тут же едва не завопила – их тут было не меньше десятка! Маленькие и большие, мужчины и женщины – они быстро перемещались по двору, будто вынюхивая место, откуда стреляла Настя, и той пришлось быстро, очень быстро свалить со своей огневой позиции – если заметят, беда будет! Не отобьется она одна!
А тогда что делать? Только ждать ребят, слушать и, как только они подъедут, открыть огонь по мутантам. И сколько так ждать? Да сколько бы ни ждать – предупредить-то надо!
Долгие, долгие часы ожидания. Клонило в сон, и тогда Насте приходилось идти и споласкивать лицо холодной водой. Хватало ненадолго, но… помогало. Полчаса, не больше, а потом хоть спички в глаза вставляй. Даже странно: на улице такая опасность, бродят существа, которые мечтают ее сожрать, – а Насте хочется спать.
Когда послышался рык дизеля, Настя плавала в полудреме и некоторое время не могла сообразить: что же ее вырвало из сладкого сна? Потом выругала себя, сбросила сон – его как не бывало – и выскочила на балкон. Мутанты никуда не делись – так же деловито бродили по двору, расхаживая с видом победителей (как ей показалось), двое глодали изрядно пожеванный труп несчастной девочки, а одна парочка деловито совокуплялась возле гостевого дома, оглашая окрестности стонами и рыком, как настоящие животные.
Настя подвинула к себе полные магазины, лежавшие на полу, прицелилась и… выпустила очередь по тем, что глодали девчонку. Само собой, с первой очереди она им в голову не попала, но шума наделала изрядно. Мутанты всполошились, сексуально-озабоченная пара бросила свое занятие и понеслась к дому, где Настя и встретила их очередью на пять патронов. Промахнуться на таком расстоянии трудно, стреляла она в грудь, но все-таки пара пуль прошла мимо – видимо, потому, что двигались они быстро. Три другие пули ударили в мужчину и в женщину, если их, конечно, можно назвать мужчиной и женщиной. Скорее всего правильно будет называть «самец» и «самка».
Пули их не остановили. Мутанты дернулись, на груди и животе самца расплылись красные пятна.
Самке Настя попала в левое плечо. Видимо, это Настю и спасло – женщина вдруг с невероятной скоростью бросилась вперед, подпрыгнула и, уцепившись лапами за парапет, попыталась влезть туда, где пристроилась девушка. Но раненая рука ее подвела (видимо, Настя попала в сустав), самка завизжала, повисла на одной руке, и тут Настя перегнулась через перила и засветила ей прямо в лоб, очередью разнеся череп вдребеги. А потом стала стрелять в бродящих внизу мутантов, не жалея патронов.
Когда загрохотали пулеметы, Настя едва не всхлипнула от облегчения. Свинцовый дождь снес почти всех, кто бродил во дворе. Как показалось Насте, часть все-таки успела уйти, перепрыгнув через соседский забор. И это было нехорошо. Но пока ее переполняло счастье – вернулись! Живы! И теперь можно будет поспать…
Настя выбежала во двор и бросилась на шею Андрею. От него пахло потом, машинным маслом и сгоревшим порохом. И Насте стало так хорошо, что она даже прослезилась – впервые за все эти страшные дни. Вернулся! Он – вернулся!
– Честно сказать, я пока что плохо представляю, как именно мы будем жить! – сознался я. – И не подхожу я на должность диктатора. Умею драться, умею воевать, но руководить государством? Никогда не было такого желания – стать начальником. Даже мысли такой не было, что я когда-то буду кем-то там командовать! Может, кто-то другой этим займется? Настя, например! Она умненькая, деловая – ну и пусть командует! Или вон Мишка, ему самое то командовать – сын олигарха, значит, есть жилка начальническая. А я бы… в разведчики пошел. Поездить, посмотреть – как и что, людей поискать. Людей-то будем привлекать? Или так и будем жить впятером?
– Вчетырнадцатером, – фыркнул Митька. – Забыл про наших «зомбачек»? Да и не впятером, если уж на то пошло… про Катю забыл?
– Забыл… – сознался я и украдкой посмотрел на девочку, с отрешенным видом уткнувшуюся взглядом в окно. – Привык, что мы все время впятером, а теперь нас шестеро.
– Вы обещали отвезти меня домой, – вдруг отреагировала на мои слова Катя. – К родителям. Я должна их увидеть.
– Должна, значит, увидишь! – ответила Настя и повернулась ко мне. – А ты прекращай эти самокопания! Никто не думал, что так выйдет! И, кроме тебя, некому встать во главе нашего… хм… рода! Ты главный, мы тебя выбрали, так что давай соответствуй! Думай! Делай! А что не можешь сам – мы посоветуем, поможем. Но твое слово главное. Ты – диктатор! И то, что ты не хочешь быть диктатором, как раз и хорошо! На фига нам сдался упивающийся властью придурок!
Она помолчала, собираясь с мыслями, и продолжила уже спокойно:
– Лучше тебя кандидатуры все равно нет. А людей… людей будем принимать. Вот только надо сделать так, чтобы власть в один момент не поменялась. Прострелят нам башку из наших же пистолетов, и всему конец. И не вооружать нельзя – а вдруг мутанты? Отбиться-то не смогут!
– Мы никого не пустим в этот дом! – после недолгого размышления сказал я. – По крайней мере в ночное время. Этот дом будет нашим штабом, нашей базой, нашим складом оружия. И никто из чужих в ночное время тут появляться не должен. Установим время посещения, например – до девятнадцати часов. Кроме нас, тех, кто сейчас здесь присутствует, все будут получать специальные пропуска, чтобы сюда войти. Но и они должны будут покинуть базу после девятнадцати часов. По крайней мере – пока мы не удостоверимся в их лояльности. Спать будем с оружием в полной готовности, чтобы сразу в бой, если что. Ну что еще… надо будет пробить в стенах между участками проходы и навесить на них двери. Весь этот комплекс домов должен быть объединен в один укрепленный район, но проходы между участками должны перекрываться в любой момент и так, чтобы не могли пройти ни мутанты, ни вражеские бойцы.
– Грустно! – вздохнула Настя. – Вместо того чтобы выживать всем вместе, мы отбиваемся, делим власть и барахло и… не верим друг другу.
– Ну почему же… я тебе верю! – Митька подмигнул и высунул язык. – Вот тебе, врушка!
Настя фыркнула и, кивнув на Митьку, сказала:
– Видал, Андрей? Его хочешь диктатором вместо себя, да? Мы спятим после недели такого правления! Нет уж, давай трудись, кровавый тиран!
Мне вдруг стало не по себе. Скольких я уже убил? Со счету сбился… да у меня руки по локоть в крови, черт подери!
– Прости, Андрюш… – Настя закусила губу. – Не подумав ляпнула. Ты вынужден убивать. Иначе мы не выживем. И спасибо тебе, что ты всех нас организовал.
Все покивали, но мне от этого легче не стало. В крови я по самые уши, и то ли еще будет?
– Вот еще какой вопрос… – вдруг начала Лена. – Давайте-ка продумаем, как будем селить новоприбывших. И как будем жить сами. Сейчас мы живем, как в общаге, – спим по двое, все общее, такая коммуна. Но это неправильно. Мы должны иметь каждый свою комнату, тем более что комнат хватает. Свое имущество. Мы должны иметь личное имущество и личное пространство, понимаете? Нет, похоже, не понимаете. Тогда объясню: некоторое время мы с вами жили при военном коммунизме. Все общее, ничего личного – все делаем вместе, делим на всех, и все такое прочее. Но скоро это все закончится. Первый стресс после Дня непослушания прошел, и жизнь скоро начнет возвращаться в более-менее привычное русло. Мы захотим иметь семьи, захотим иметь свое имущество – личное, наши личные вещи. Придется и деньги снова вводить в оборот. Что будет деньгами, я не знаю. Может, патроны будут деньгами. Или золото. Кстати, вы не задумывались над тем, чтобы выгрести из магазинов ювелирные изделия, а из банков золотые слитки? Бумажки-то никому не нужны, а вот золото… оно всегда будет в цене. И тот, у кого оружие и золото, будет иметь все, что ему потребуется.
– Да на фига это рыжье! – фыркнул Митька. – Оружие рулит! Будет оружие – будет и золото, и все что угодно!
– Митя, все равно когда-то придется вводить деньги, – терпеливо повторила Лена. – И золото самый лучший материал для денег. Нельзя без денег, понимаешь? Это сейчас хватает и еды, и воды. Пока полны склады, и мы можем брать все, что захотим. Но ведь когда-то это все закончится! И что тогда? Натуральный обмен?
– До этого еще далеко! – махнул я ладонью. – Учтем, но специально в банки и ювелирные магазины не полезем. Запасов продуктов и вещей хватит на годы. Ну… наверное, на годы. Вещей – точно на десятилетия. Представьте, сколько барахла лежит сейчас в пустых квартирах… Продукты портятся быстро, вещи – нет. На сто лет вперед у нас барахла. А насчет комнат – все верно. Вполне вероятно, что у нас скоро образуются пары… хм… они должны иметь свои комнаты.