Евгений Щепетнов – Бастард-2 (страница 3)
Потом меня перевернули на спину, и экзекуция продолжилась. Только садиться мне на голову я уже не позволил. Не хватало еще извращений, черт подери… да и задохнуться можно.
Когда дамы (девчонками теперь и язык не повернется назвать!) обтерли меня вспотевшего и усталого ароматическими влажными салфетками и ушли, оставив лежать на кровати почти без чувств, я уже был в полузабытьи. Тело ныло, мышцы гудели, наполненные кровью, размятые и готовые ко всему.
Кстати, девушки предлагали секс, и даже слегка повозбуждали, но я решительно отказался от таких услуг. Даже сам не знаю – почему. Пошутил, что берегу себя для хозяйки, и только чуть погодя понял, что вообще-то сказал самую что ни на есть настоящую правду. Мне вдруг показалось, что кувыркаться с рабынями в доме моей любовницы будет как-то… неправильно.
Знаю, что здесь дамы не видят ничего предосудительного в том, что их мужчина (муж, любовник, жених) поимеет домашнюю рабыню, наложницу. Более того, когда им нездоровится, или нет настроения, или… у них пришли «праздники» – подсылают к мужу наложниц, и те решают вопрос кардинально, по существу проблемы. Все равно как прислать массажиста, или служанку – убрать в комнате. Но я вот такой идиот, пришелец из другого мира. У меня все не как у нормальных людей!
Мне показалось… рабыни были слегка разочарованы, что я отказался от их «особых» услуг. Но… ничего мне по теме не сказали. Не имеют права! Они же имущество, живые вещи. Только представить, что кофеварка будет читать мне нотации, или в чем-то упрекать. Дворянин, каким я и являюсь, настолько выше простолюдина, что это даже представить трудно. Например, я имею право убить любого простолюдина, если он не выказал мне должного уважения, или тем более оскорбил. И мне за это ничего не будет. По крайней мере, так гласит старое уложение закона о дворянстве. А что касается раба… так это вообще ниже низшего. Он не имеет права высказывать свое мнение о чем либо – если только его об этом не попросил хозяин.
Минут через десять мне принесли одежду: очень высокого качества камзол, штаны, короткие сапоги, куртку, шляпу – все, что нужно порядочному дворянину для того, чтобы без стыда выйти в люди. А еще – все мое оружие. Мечи, ножи, кинжалы – целый сверток «железа». Служанки предложили помочь одеться, но я отказался и отправил их из комнаты. Хватит на сегодня помощниц. К тому же я не инвалид, чтобы мне помогали натягивать штаны.
Кстати сказать, после массажа я чувствую себя вполне приемлемо – слабость прошла, дрожи нет, и вообще… бодр и весел. И готов на подвиги.
Одевшись, толкнул дверь и вышел в коридор, почему-то подсознательно ожидая, что навстречу мне попадется прежняя компания девиц и женщин. Но увы, или к счастью – меня никто не встречал, и только две служанки, пробегавшие мимо со стопами свежих салфеток, остановились у стены и глубоко поклонились, как и положено поступать простолюдинке при встрече с родовитым господином. Я ответил им легким поклоном и пошел дальше, туда, откуда доносилась веселая музыка и голоса людей.
Глава 2
Свет! Шум! Лица!
Когда ты лежишь в полутемной комнате, пусть даже и большой, а потом вдруг оказываешься на шумном празднике – это как минимум бьет по мозгам. Контраст настолько велик, что мозг отказывается сразу принять информацию и слегка подвисает, как компьютер, нагруженный потоком открывающихся каскадом окон. Вот так и я – толкнул высоченную дубовую дверь, и… БАМ! Получил по мозгам. Сам не ожидал от себя такой странной реакции, казалось, что я готов ко всему. Все-таки сказываются дни (или недели?!), когда лежал в беспамятстве, сквозь дрему прислушиваясь к происходящему вокруг меня. Точно, мой «компьютер» еще не до конца загрузился.
Все, что сейчас могу сделать, это заползти в какую-нибудь нишу и переждать, пока мое состояние придет в норму. И я по стеночке, по стеночке – в угол, туда, где в керамических кадках стоят всевозможные экзотические растения. Да, тут есть такой обычай – украшать бальные залы живыми растениями, многие из которых цветут круглогодично. Вот и сейчас – одно из раскидистых и на удивление больших деревьев было усыпано крупными бело-розовыми цветами, из центра которых торчали черно-красные тычинки. Цветы меня интересовали мало, постольку, поскольку за ними можно было укрыться от пытливых глаз присутствующих, но дерево отличалось шириной листьев и густотой кроны, так что я легко нашел за ним такое необходимое мне сейчас укрытие.
Интересно, что в этом укрытии вдруг обнаружился диванчик – небольшой такой, практически кушетка, но видимо очень даже функциональный, потому что рядом с диванчиком я нашел женскую подвязку, а еще – драный шелковый чулок. Похоже, что гости этого дома знали о том, что в укромном уголке имеется такой вот… «уголок отдыха», и активно пользовались возможностью познакомиться как можно ближе и теснее.
В этом я убедился буквально минут через десять, когда мой наблюдательный пункт был посещен парочкой, забежавшей за дерево с такой скоростью, что казалось – за ними гонится муж этой дамочки, во главе целого отряда возбужденных погоней мордоворотов.
На вид даме лет двадцать пять, не больше (как и обычно!), но обручальное кольцо на пальце не оставляло никаких сомнений в том, что дама была скована брачными узами. Красивая дама (что тоже – обычное для дворян дело). Декольте – едва груди наружу не вываливаются, и лиф с трудом прикрывает соски. Разрез сбоку платья в пределах нормы, всего лишь до половины бедра, приоткрывая подвязку чулка с пришитым к ней розовым бантом. Тут есть такая мода – чуть-чуть показать подвязку, чуть-чуть приоткрыть соски, чуть-чуть… ну не до конца же! Все пристойно!
Хорошо, что не носят корсеты. Помню, читал еще на Старой Земле – этими корсетами дамы себя буквально душили, затягиваясь по типу песочных часов. Внутренние органы смещались, что вызывало болезни, да и дышать было практически невозможно – диафрагма-то зажата! Беда! Тут же дамы ходили в чем-то похожем на моды двадцатых-тридцатых годов старой Земли. Только миниюбок нет, но их с успехом заменяют потрясающие разрезы сбоку платьев, иногда доходящие буквально до поясницы. Да и еще и с обеих сторон. Получалось нечто забавное – две полоски ткани, которые прикрывали только перед и зад, оставляя голыми оба бедра. А если как следует обтянуть бедра… или сделать эти полоски узкими… да, миниюбка отдыхает и тихо плачет в уголке. В таких нарядах женщины выглядят на мой взгляд гораздо более голыми, чем если бы они вышли в свет просто голышом.
Вот примерно такая дама и появилась в моем убежище. Я к этому времени уже стоял чуть сбоку от дерева и смотрел в зал, укрытый ветками «моего» растения, и соседнего, установленного сбоку, практически вплотную к первому.
Меня сразу не заметили – в зале ярко светят магические светляки, выдавая каждый как минимум двести ватт освещения, а тут, за деревом, благословенный полумрак, уберегающий глаза от излишней световой нагрузки.
За дамой в мое убежище ворвался мужчина – высокий, статный, плечистый, самый настоящий дамский угодник. Не знаю, был ли он когда-нибудь пациентом «пластического мага», который подправил ему внешность, но выглядел этот мужчина в высшей степени импозантно. Мне, к примеру, таким не быть никогда – я замухрышка по сравнению с этим самцом, рядом с которым растает и потечет любая любвеобильная самка.
Кстати сказать, она и растаяла. Вернее – упала, как весенняя сосулька под лучами жаркого солнца, и потекла. Сходу бросилась на диванчик (похоже, что прекрасно знала о том, что он тут есть, и не раз пользовалась его наличием), задрала платье до пояса, поставила ноги в туфлях на край дивана, и с непередаваемой мольбой и мукой в голосе, выдохнула:
– Ну давай же, скорее! Я так соскучилась! Пока муж отошел! Ну же, Сенрак, чего ты медлишь?!
Я тупо смотрел на это представление, которое больше напоминало дурной порнофильм на историческую тему, и молчал, незаметный, как мокрица под теплым трухлявым пнем.
Под платьем дамы не оказалось нижнего белья, так что никакой преграды Сенраку не объявилось. Как самец оленя во время гона он тоже ничего не видел, уже на ходу отстегивая гульфик (они тут на крючках), достал свой так сказать аппарат и «не снимая лыж», схватил даму за бедра и занялся тем, зачем собственно сюда и пришел.
Дама коротко и счастливо вскрикнула, а потом только постанывала, скулила и мотала головой, кусая губы, и держа свои ноги как можно более широко, почти на шпагате.
Узнать этого человека не составляло никакого труда. Это тот мерзавец, что ухлестывал за Содией Альфарец, в доме которой я сейчас находился, и он то ли любовник Содии, то ли бывший ее любовник (периодический, ну так, на запасном пути – если никого другого нет), но самое главное – этот козел организовал на меня нападение бандитов, от которых я в тот раз едва отбился. А еще – он собирался вызвать меня на дуэль и убить, считая, что сделать это будет очень легко. Ведь кто я такой? Мальчишка шестнадцати лет (только недавно исполнилось), а он – тридцатилетний мужчина в расцвете сил, тренированный опытный, проведший несколько дуэлей, в которых он если и не убил противника, то по крайней мере тяжело его ранил. Не помню точно, Содия что-то рассказывала, но точно знаю – несколько человек на дуэли он все-таки убил. Трех, или четырех. Сказала, что он изрядно фехтует на тонких дуэльных мечах, очень быстрый и сильный противник.