Евгений Щепетнов – Академия (страница 40)

— Проверили. Мы умеем быстро перемещаться, и видим все сразу — услышал я бесплотный голос Хенеля, и тут же в мою дверь постучали. За стуком тут же раздался нежный, задыхающийся девичий голосок:

— Петр, открой! Ну, скорее, пока никто не видит! Пусти меня!

Глава 16

— Кто там? — спрашиваю, уже зная, кто именно стоит за дверью. И…ошибаюсь.

— Не открывай, хозяин! — в голосе призрака спокойствие и холод склепа — За этой девушкой стоят трое бойцов под защитными амулетами невидимости.

— Как вооружены? — сразу же перехожу в боевой режим.

— Ножи, мечи, сеть.

— Сеть?! — удивляюсь я, и тут же понимаю — зачем им сеть.

— Сеть. Один из них держит ее в руках. Сеть липкая, применяется для ловли дичи и рабов. Знаю эту сеть.

— Как мне преодолеть действие амулета невидимости?

— Видеть…

— Да как видеть? — спросил я, и тут же выругался. Вот же черт подери! Ну я и дурак!

— Да, Фелна…подожди немного, я одеваюсь. Я голый!

— Это неважно…открой, пожалуйста! Я тебе должна что-то сказать!

То ли пьяная, то ли в сговоре. Ну вот что за хрень такая? И что делать?!

О! Знаю! Бегу к вещмешку, брошенному в угол, роюсь в нем, достаю арбалет. Да, тот самый двухзарядный арбалет, из которого едва не завалили Аллена. Натягиваю тетивы, благо что такой маленький арбалет можно активировать относительно легко, вкладываю болты — готов!

— Сейчас, сейчас иду!

Слышу за дверь рыдания, поскребывания — она и в самом деле плачет? Или это гениальная актерская игра? Неважно. Скоро разберемся. Командую призракам:

— Идите за дверь, смотрите за ними и передавайте мне. И не маячьте на линии выстрела.

Обнаженный меч прислоняю к кровати, в правую руку арбалет — готово! Иду к двери, поворачиваю ключ и отбегаюназад, целясь в дверной проем.

— Заходи, подруга…если уж так приспичило — голос мой спокоен, я в конце даже зевнул для правдоподобия — И чего ты притащилась посреди ночи?

Дверь открывается, и в нее пошатываясь, почти вползает Фелна. Лицо ее заплакано, черные разводья размазанной косметики по щекам — типичная «девушка в страданиях». Никто ее не понимает, никто не любит, и надо, чтобы кто-то утешил. Щас я тебя мля утешу! Нашла время, мать-перемать!

Фелна летит в угол, сбитая литым плечом того, кто держит в руках сеть. Девушка так приложилась о шкаф головой, что стук пошел на всю округу, сотрясение будет, точно. Сеть взвивается в воздух…и тут же падает, остановленная невидимой рукой. Я что им, торговец зеленью? Вы куда пришли, идиоты?! Напасть на мага — глупость несусветная!

Арбалет щелкает в первый раз — болт входит в глаз и выходит из затылка, пробив череп не хуже пистолетной пули. Хорошее оружие!

Через мгновение — еще один болт в лицо нападающему. Он не ждет нападения, у него ведь амулет невидимости, а значит — я беззащитен перед ним! Да черта с два. «Видение» у меня на что? Если я вижу призраков, а призраки видят людей под защитой амулета — так почему я не могу видеть этих же людей магическим зрением? Прекрасно вижу! Не в цвете — тут цвета только у ауры, но вижу!

Человек хватается за лицо — болт пробил ему переносицу и торчит, как огромная заноза. Не убил, но теперь ему точно не до меня.

А вот с третьим уже проблема. Он наготове, с мечом, а еще — у него кольчуга, шлем и наручи. Типа — «танк». Вот только и он думает, что я его не вижу. А я вижу! Я прекрасно его вижу! А еще — у меня есть невидимая рука.

Мечи со звоном скрещиваются, потом я хватаю его меч за клинок своей магией и удерживаю, сколько есть магических сил. И бью по голове — плашмя.

Тот, кто думает, что если ударить плашмя, это не больно, особенно если на голове шлем — пусть наденет кастрюлю, и пускай по ней врежут половником. Неприятное будет ощущение, как минимум. Вот и ночному гостю не понравилось. После моего молодецкого удара он опустился на колени, после второго — завалился на бок и закатил глаза. Отлично! Есть «язык»

Вяжу его, устраивая «ласточку», потом вяжу второго — того, что с болтом в переносице. Он сейчас в отключке, но мало ли что может случиться, когда очнется? Пришлось разорвать казенное полотенце чтобы стреножить гада. Снял со всех трех амулеты — пусть будут у меня. Если не спросят — и не скажу, что у меня эти амулеты есть. А спросят — сообщу, что входя в комнату «посетители» отключили амулеты. Кому поверят — мне, жертве, или ночным грабителям?

Теперь к Фелне. Осматриваю ее, и не нахожу ничего особо опасного, и не особо — тоже. Шишка на затылке — это есть такое дело. Включаюсь в лечение, быстренько убираю и шишку, и микросотрясение мозга, а еще — убираю алкогольное отравление. И с какого рожна она взяла, да и набухалась?

Черт! Дверь в коридор открыта! И вроде как в нее кто-то заглянул! Иду к двери, закрываю ее, бужу Фелну:

— Вставай! Ну?! Просыпайся! Скорее!

— А?! Что?! — Фелна вскакивает на ноги, осматривается — Как я сюда попала?!

— Пришла! Ногами! — сквозь зубы цежу я, уже слыша голоса и шаги в коридоре — Слушай меня внимательно, и стой на своем! Ты пришла ко мне, чтобы убрать головную боль! Я тебе открыл, а следом за тобой ворвались какие-то типы! Ты ничего не помнишь, потому что тебя сбили с ног, и ты потеряла сознание. Все понятно?!

— Это они?! — ахает Фелна, глядя на лужу крови, растекающуюся на полу, и на три тела различной степени сохранности. Я не отвечаю — мне не до нее.

— Курсант Син, откройте! — слышу я стук в дверь, и кричу в ответ:

— Не закрыто!

За дверьми — дежурный с КПП, а еще — с десяток курсантов и курсанток, жадно заглядывающих в комнату.

— Почему у вас в комнате курсантка?! — грозно вопрошает дежурный, а я не выдерживаю, и в свою очередь спрашиваю:

— А вам не интересно, почему у меня в комнате три убийцы?

Дежурный краснеет, потом бледнеет, обернувшись назад, приказывает:

— Отправьте гонца к начальнику службы безопасности. И…нет, Рогс сам решит, извещать сейчас ректора, или нет. Ночь все-таки!

***

— Докладывайте, курсант Син!

— Так я же доложил мастеру Рогсу? Ночью еще доложил!

— Вы слышали мой приказ?! И начните с того, каким образом курсантка Гастингс оказалась в вашей комнате посреди ночи.

— Она вошла в дверь.

— Кто ее пустил?

— Я пустил! Господин ректор, неужели вам не интересно, откуда в комнате взялись убийцы? Причем тут Фелна?! То есть — курсантка Гастингс?

— Дойдем и до убийц. Докладывайте.

Вздыхаю, рассказываю все с начала. Все мою версию. Ночью безопасник меня терзал, утром прилетел ректор, и все началось заново. Спать хочу — до беспамятства! Часа два спал, не больше, и вот…

Рассказал. Ректор долго смотрит на меня, испытующе, пристально, и я не выдерживаю:

— Вы меня в чем-то подозреваете? Я не спал с курсанткой Гастингс, если вам это интересно! Медики могут проверить на предмет наличия у нее девственной плевы! Легко! А что касается убийц — вы прекрасно знаете, кто их подослал! Так зачем вы мне нервы треплете?

— Как вы разговариваете со старшими, курсант Син? Вы забываетесь! — холодно говорит ректор, и я сдуваюсь. И правда — чего это я разорался? Эдак и нарваться можно.

— Простите, мастер Зоран…бессонная ночь, убийцы…все смешалось. Простите.

— А теперь начистоту — зачем приходила Фелна? — внезапно мягко говорит ректор — Давай только без твоих хитрых версий. Я на самом деле хочу разобраться, как это было.

— Нажралась она — вздыхаю я — И решила, что эта ночь самое время, чтобы выяснить отношения, которых у нас нет, и не будет. Кто она, и кто я… Не знаю, чего хотела, только вот пришла, да и все тут. Вошла, а на ее плечах ворвались эти типы. Я их и уложил. Все, в общем-то.

— Все? — ректор смотрит на меня с искренним любопытством, как ребенок на муравья, перед тем, как наступить на него каблуком — А теперь расскажи мне, откуда у тебя взялся арбалет, откуда меч, откуда появились деньги, которыми ты оплатил двухкомнатные апартаменты.

— Не буду я это рассказывать — хмыкаю, пожимаю плечами — С какой стати? Разве правила Академии заставляют курсанта рассказывать о том, где он берет деньги? Я у вас ничего не крал, никого не ограбил. Если узнаете обратное — давайте, принимайте какие-то меры. А до тех пор… Единственное, что скажу: я играл в трактире, в свое свободное время. Правила Академии этого не запрещают. Где я взял лютню? Это тоже мое дело. Я ее не украл. Мне ее подарили.

И вот что он мне сделает? Отчислит? А за что? Напишет Леграсу? Так о чем напишет-то? Что курсант Син где-то добыл деньги?

— Как они проникли незамеченными на территорию Академии? — мрачно спрашивает ректор, которому я только что фактически щелкнул по носу. И он стерпел. Боится Леграса, точно!

— Я могу только предполагать — пожимаю плечами — Тут только две возможности. Первое — это купили проход у дежурного. Второе — воспользовались амулетами невидимости, и с помощью них прошли. Хотя…не подумал…есть и третий путь: дежурному приказали пропустить этих типов.

Ректор бросил на меня внимательный взгляд, задумался. Потом родил мысль:

— Думаешь, начальник охраны замешан в этом деле?