Евгений Сапронов – Снайпер из будущего (страница 2)

С вершины горы открывался шикарный вид на живописную долину, по которой петляла голубая лента реки. Багровый солнечный диск едва не касался покрытых лесом холмов.

Горчаков смотрел на красочный закат, и ему как-то даже не верилось, что этот день наконец-то завершился, Олегу он показался просто бесконечным.

Полюбовавшись панорамой, Горчаков прошел в красно-белый шатер. Константин был уже там. Развалившись в плетеном кресле, он потягивал апельсиновый сок. Олег тоже налил себе стакан, жадно выпил большими глотками, удовлетворенно выдохнул и начал расшнуровывать толстую поддоспешную рубаху.

– Не пойму, на фига тебе лишний вес? – лениво поинтересовался Зверев, имея в виду нашитую в проймах и на рукавах кольчугу. – Уколы запрещены правилами, – заметил он, разводя руками.

Горчаков стащил через голову тяжелый дублет и только потом ответил:

– А меня, Костя, эти лишние два килограмма как-то не напрягают. Здоровья вроде хватает.

Зверев скользнул взглядом по спортивной фигуре рослого, под метр девяносто Олега и согласно кивнул. «Такому бугаю можно и больше навесить» – было написано на его физиономии.

– Я хочу, чтобы все было достоверно, – продолжил меж тем Горчаков, – вспомни первые фестивали. Вспомни «Железный град» в Изборске. Тогда ведь никто из нас и предположить не мог, что появится такой вид спорта, как Исторический Средневековый Бой. А уж поучаствовать в чемпионатах мира по ИСБ – это вообще было из области фантастики. Люди просто собирались, чтобы совершить путешествие во времени. Несколько дней пожить в настоящем Средневековье. Были ведь не только бои. Еще были конкурсы костюмов, на которых каждый гордился тем, что его одежда и обувь, вплоть до последней пряжки, изготовлены строго по средневековым образцам. Я как заболел всем этим тринадцать лет назад, так с тех пор и стремлюсь к соответствию.

– Хватит заливать, – махнул рукой Зверев, – у тебя латы и меч из таких сталей, что средневековым мастерам и не снились. Твердость лучших сортов булата пятьдесят пять единиц. И то это только на клинках. А у тебя на доспехах сколько, шестьдесят?

– Не-е, Костя, ну ты вообще! – возмутился Олег. – Мне весной в джостре так копьем перепало! Да будь на мне средневековые латы, кирасу пришлось бы выбросить. А так ничего, сталь пружинная, термически обработанная, даже вмятины почти не осталось.

– Эх, жаль, бутербродами не запасся, – решил сменить тему Зверев. – У меня уже в животе урчит. Обед-то был скромно-диетическим.

– Это да, – согласился Горчаков, который уже успел размотать полосы ткани, что накручивали под наколенники, и как раз стаскивал плотные штаны. – Но лично мне сейчас больше всего хочется в душ, а поесть – это уже потом.

– Ну, душ – это само собой, – кивнул Константин, – середина сентября, а здесь печет, как у нас в июле! А мы с тобой сегодня по пять схваток провели, да по три раунда каждая, да в доспехах. Но все равно ты неженка, – неожиданно заключил он. – Говоришь, Средние века любишь? А представь себя в Крестовом походе, в песках Палестины. И где бы ты там душ-то принимал? Да и вообще, настоящему рыцарю часто мыться как-то даже неприлично. На досуге почитай, что про Генриха Четвертого современники писали: вонь его немытого тела разила острее, чем его шпага!

Зверев посмотрел на часы.

– Пора уже, пошли, – сказал он, поднимаясь, и направился к выходу. Горчаков быстро натянул спортивный костюм и поспешил следом.

Николь Байон, журналистка крупнейшей французской телесети TF-1, достала зеркальце, проверила макияж и удовлетворенно кивнула – все в порядке. Внешне она выглядела спокойной, но в душе Николь покоя не было. Она так страстно болела за Эмильена Жильбера, с которым состояла в близких отношениях, она так сильно желала ему победы! Но увы, Эмильен не вышел даже в четвертьфинал. Все призовые места опять поделили русские. Они уже третий год не подпускают никого к пьедесталу. Что, впрочем, не удивительно, поскольку они же и придумали этот новый вид спорта. Правда, этой весной их слегка потеснили: в двух групповых номинациях вторые места заняли украинцы и белорусы, да еще в «один на один» бронза досталась поляку. Но это было на чемпионате мира. А здесь, в Монбазоне, русские, как видно, решили показать, кто есть кто, и вышибли всех остальных еще до полуфинала. Бои будут и завтра, еще не во всех номинациях определились победители, но Эмильен в них участвовать уже не будет.

– Я начинаю верить тем, кто считает русских неотесанными варварами, – не сумевшая сдержать досады Николь обратилась к стоявшему поблизости журналисту из Си-эн-эн, – ибо только варвары могли придумать такой вид спорта. Я всегда считала, что рыцарский турнир – это что-то красивое. А тут! Никакого изящества. Эти парни дерутся, как… – Байон запнулась, подыскивая подходящее сравнение. – Как простолюдины! – наконец нашлась она. – Это не благородное фехтование, а непонятно что! Обычная драка, как в смешанных единоборствах, только еще в доспехах и с мечами.

– А по мне, мисс, это спорт для настоящих мужчин, – ответил американец с усмешкой. – Мы в Штатах любим такие вещи. А еще я подозреваю, что тысячу лет назад рыцарские бои именно так и проходили.

– Что-то я не видела ваших соотечественников среди призеров ИСБ, – съязвила злившаяся на русских Николь и мысленно добавила в список «неприятных типов» еще и этого американца.

– Ну, нам-то это простительно, – не остался тот в долгу, – мы потомки простых фермеров. У нас никогда не было рыцарей. А вот вам, французам, такая ситуация должна казаться чертовски обидной, учитывая ваши традиции.

Байон не нашла что ответить и, надув губы, повернулась к центру арены.

Олег вышел из шатра как раз к тому моменту, когда рабочие заканчивали установку пьедестала. Рядом с ними топтались в ожидании журналисты и операторы.

Вскоре на поле выбежали юноши в одежде средневековых герольдов с украшенными яркими вымпелами горнами. Они выстроились вряд позади трех заветных ступеней, за право встать на которые сегодня было пролито столько пота!

– На арену приглашаются победители в номинации один на один! – разнесся из мощных динамиков голос распорядителя состязаний. – Дамы и господа! Я не слышу ваших аплодисментов! Давайте поприветствуем героев нашего турнира!

Под звуки фанфар и гул трибун на поле вышла первая тройка призеров. Солнце почти скрылось, и начали сгущаться сумерки. В этот миг на вершине донжона и соседних башнях вспыхнули мощные прожекторы, их яркие лучи скрестились в центре арены.

Награждение проходило быстро, последними пригласили профессионалов.

Олег вышел на середину поля с гордо поднятой головой, окинул взглядом приветствующие победителей трибуны, легким полупоклоном поблагодарил зрителей и шагнул на вторую ступень.

Награды вручал представитель Ассоциации France Béhourd, которая являлась организатором турнира. Горчаков получил крупную серебряную медаль с покрытым черной эмалью рельефным изображением летящего сокола, блестящий кубок и конверт с чеком на двадцать тысяч евро.

Едва профессионалы покинули пьедестал, как сразу попали в руки телевизионщиков. Зверева надолго задержала журналистка с TF1, задававшая вопросы по-русски, но на таком ломаном языке, что Костик с трудом ее понимал.

Сам Горчаков немного пообщался с земляками с российского канала РЕН. Суть всей беседы сводилась к тому, что он уже второй раз в этом году проигрывает бой Звереву. Журналистов интересовало, что он по этому поводу думает и не планирует ли отыграться на турнире WMFC «Knight Valor». Олег ответил: «Посмотрим, время еще есть», – и зашагал к «лагерю крестоносцев».

Зрители покидали замок по узкой дороге, которая, плавно понижаясь, огибала всю гору. Выход был только один, поэтому неудивительно, что между крепостной стеной и трибунами образовался затор, который тянулся до самых ворот. Олег оценил ситуацию и понял, что это надолго.

Еще в обеденный перерыв он обнаружил крутую тропинку, изрядно сокращавшую путь с вершины. Гора с замком высилась прямо в центре городка Монбазон, и до гостиницы, в которой остановился Горчаков, тут было рукой подать.

Олег еще раз с сомнением посмотрел на затор и решил воспользоваться короткой дорогой. Тем более что тащить доспехи ему было не нужно. Вместе с мечом они были уложены в специальную брезентовую сумку, которую позднее должны были привезти секунданты.

Приняв решение, Горчаков по зеленой лужайке обогнул донжон. С тыла замок защищала стена с башнями по углам. Когда-то в ней имелись ворота, от которых сейчас ничего не осталось. Поэтому Олег беспрепятственно покинул укрепление. Напротив входа для дополнительной защиты был выстроен круглый низкий барбакан.

С этой стороны гора густо заросла лесом. Местами на склоне виднелись покрытые редким кустарником светлые проплешины. Это на поверхность выходил серый известняк. Петлявшая среди деревьев тропинка была хорошо утоптана. Как видно, пользовались ею часто.

Горчаков бодрым шагом пересек каменистый пустырь, раскинувшийся вокруг барбакана, но едва он углубился в лес, как услышал впереди громкий голос:

– Tu as de la sacoche est descendu[1]? – удивленно спросил неизвестный и сразу же болезненно вскрикнул.

Заподозрив неладное, Олег перешел на легкий бег.