Евгений Рожков – Тайная Академия Лесников (страница 5)
Нестор глубоко вздохнул и продолжил:
– Мои мама с папой были экологическими активистами. Мы тогда с Акимом были совсем детьми, но родители всегда брали нас с собой в командировки. Мне очень нравилось это, и я уже тогда загорелся мечтой стать экологом. Но одна из командировок закончилась трагично, – Нестор выдержал паузу, а потом продолжил. – Это была поздняя осень. Мама с папой и еще несколько активистов пытались защитить реликтовый лес от вырубки. Одна компания по заготовке леса, сейчас этой компании уже нет, получила разрешение на вырубку, якобы лес был заражен короедом. Но родители знали, что это не так, лес был здоров. Но пока юристы и экологии собрали бы доказательства незаконности разрешения о вырубке, эти негодяи уже успели бы все уничтожить. По этому, мои родители с другими активистами устраивали митинги на месте вырубки, и не давали рабочим подогнать технику, чтобы протянуть время. Это продолжалось несколько недель. А потом мама заболела, но продолжала целыми днями стоять на холоде и защищать лес.
Так она спасла этот лес, но при этом заболела тяжелой формой воспаления легких и умерла…
Нестор замолчал, стиснув зубы. Яков переглянулся с Лешей, а потом хотел сказать что-то Нестору, чтобы утешить его, но тот продолжил свой рассказ.
– Те люди, которые хотели вырубить лес, не понесли никакого наказания. Они просто закрыли свою фирму и исчезли, а сейчас наверняка продолжают заниматься тем же!
Папа завязал с экологической деятельностью, и мы переехали в новый город, где сейчас и живем. А вот меня эта боль побудила с еще большей жаждой стремиться стать экологом. Я решил стать как мама. И пусть я не смогу отомстить тем людям, из-за которых она умерла, но буду бороться с подобными им!
По этой причине, я все последние годы был одержим желанием поступить в университет, чтобы стать экологом! А теперь появились вы, и за одну ночь переменили все мои представления.
Нестор снова сделал паузу, поправляя фитиль в керосиновой лампе. Затем он продолжил.
– Да, я теперь не смогу смотреть на мир как раньше, и скорее всего, поступлю в вашу Академию! Ведь смысл остается тем же – бороться с браконьерами, лесорубами и прочими губителями природы! А может быть, ваши волшебные существа помогут найти тех самых людей, причастных к смерти моей мамы!? И тогда, наконец, удастся за нее отомстить?!
– Нестор, – сказал гном, – ты не совсем правильно меня понял. Да, Лесное Войско борется с браконьерами, и не дает им губить природу, но мы не мстим! Месть, это не наш путь! А на счет твоей мамы, мне очень жаль, она была…
Яков не договорил, потому что его перебил доносящийся из леса крик: «На помощь!»
Путники остановились на месте. Кто-то бежал в их сторону и все кричал: «На помощь! Кто-нибудь! Караул! Беда!»
У Нестора все сжалось внутри.
И вот, из кустов выскочил маленький, зеленый человечек! Если до этого, Нестор считал маленьким человечком Якова, который был ему по колено, то теперь Яков был великаном по сравнению с зеленым человечком, который был по колено ему. Этот человечек был размером с ладошку, голенький, но без половых признаков, лысенький и, если приглядеться, можно было увидеть, что он слегка светится.
– Пи! – воскликнул Яков, – что случилось?! Почему ты не с Акимом?!
– Там! – дрожащим голосом пролепетал малыш. – Там… Там Окаянус!
– О нет! – в ужасе произнес гном.
Глава 4
Ночь становилась все более холодной. Ночные птицы умолкли, и даже летучие мыши прекратили порхать между деревьями. От реки поднимался туман, приглушая любые звуки, и от этого лес становился еще более зловещим. Воздух наполнился сыростью и холодом. Но не от холода сейчас дрожал Аким.
Таинственный незнакомец, что сел напротив него, производил жутчайшее впечатление. В свете костра Аким внимательнее разглядел его. Это был не человек… Вытянутое, серое лицо разделяла пополам огромная насмешливая улыбка. Глаза глубоко ввалились, и из тени глазниц было видно лишь желтые точки, то ли отблеск костра, то ли самостоятельное свечение. Огромные надбровные дуги нависали над глазами. Острый длинный нос вписывался в общую конституцию тонкого, длинного телосложения гостя. Казалось что под его фраком были лишь длиннющие кости, такой он был худой.
– Если ты будешь послушным, то можешь не бояться меня, – сказал пришелец и потер ладошки друг о друга.
– Извините, сейчас придет мой брат, – соврал Аким. – Вы чего хотели?!
– Я хочу, чтобы ты пошел со мной, – сказал гость.
– Зачем? Кто вы? – выдавил из себя Аким?
Пришелец улыбнулся мерзкой улыбкой. Затем он протянул свою длинную руку и сунул ее в костер, а когда достал, на ладошке у него горело пламя. Он взял это пламя и как из пластилина вылепил из него небольшую птичку. Эта огненная птичка посидела у него на указательном пальце, а затем вспорхнула, пролетела несколько раз возле Акима и затухла. Аким был то ли в ужасе, то ли в восторге.
– Я волшебник, – сказал гость. – И я хочу, чтобы ты пошел со мной. Я хочу научить тебя своему мастерству!
– Но я не могу с вами пойти, – возразил Аким. – Дома меня ждет папа!
– Я предлагаю наполнить твою жизнь приключениями и волшебством, – сказал жуткий волшебник елейным голосом. – Разве не этого ты хочешь? Ты уже совсем не маленький, чтобы зависеть от папы. Вполне взрослый мужчина, чтобы самому принимать решения.
Этот комплимент для Акима был как бальзам на душу. Он очень любил, когда его считали взрослым. Теперь уже незнакомец не казался таким ужасным. "Может и не стоит судить людей по внешности, а тем более волшебников", – подумал Аким. Но все-таки, хотя папа растил его в одиночку, он уделял внимание воспитанию сына и научил его тому, что с незнакомцами никуда уходить нельзя.
– Знаете, я пока не готов, идти один – ответил Аким, обнимая себя за плечи, словно ему холодно. – Давайте я завтра спрошу у моего папы?
– Все с тобой понятно, – сказал гость, убрав с лица улыбку. Он встал, отряхнулся, собираясь уходить, но напоследок сказал, – Когда к Бильбо Беггинсу пришел Гендальф, тот не струсил, и отправился навстречу приключениям. Но ты, видимо, не такой.
Гость развернулся и пошел обратно в лес. У Акима разрывалось сердце, быть может, сейчас, единственный раз в жизни, ему дался шанс узнать о чем-то волшебном, а он трусил.
– Подождите! – закричал Аким. – А можно мне подумать до завтра?!
– Нет, – отрезал незнакомец, обернувшись, – решай сейчас.
Аким замешкался, не зная, что делать. Гость пошел дальше в лес, лишь кинув напоследок фразу:
– Я думал ты смелее.
– Ну ладно, ладно, – взорвался Аким, – пойдемте! Так и быть!
Пришелец снова улыбнулся до ушей и в два шага подскочил к Акиму, взял его за руку и повел за собой.
– Вот это решение настоящего искателя приключений, – сказал он, чуть ли не подпрыгивая от радости!
Аким оглянулся на свое светлое костровое место, а потом взглянул в темный лес, куда влек его незнакомец. Он подумал о папе и о брате. Все-таки это было неправильно. Инстинкты просто кричали о том, что не надо идти с незнакомцем. А может это была совесть…
– Нет, – сказал Аким и остановился. – Я передумал. Я не готов пойти с вами.
– Поздно, – сказал незнакомец. – Ты идешь со мной. Ты дал согласие.
Акима снова накатила волна холодного ужаса. Он уперся ногами и попытался вырвать руку, но похититель лишь крепче ее сжимал. Аким начал кричать, вырываться, но все тщетно, незнакомец волочил его во тьму.
Но вдруг, откуда-то послышался крик: "Эй ты!"
Они оба обернулись. Это был отважный гном Яков. Его усы топорщились словно были наэлектризованы, а кулачки были сжаты до покраснения.
– Отпусти мальчика! – закричал он.
– Здравствуй, мой маленький лесной друг, – улыбнулся злодей. – Что ты хочешь от меня?
– Я тебе сказал, Окаянус, отпусти мальчика!
– Или что ты сделаешь, лесовичок?
– Или сейчас здесь будет все лесное воинство!
– Ты про старика Прохора? – Окаянус, как назвал его гном, нарочито засмеялся, – Он уже слишком стар, чтобы тягаться со мн…
– Давай!!! – Перебил его Яков своим криком.
Неподалеку, появился Нестор со своей керосиновой лампой в одной руке и с дубиной в другой. Он замахнулся и кинул лампу прямо в Окаянуса. Она разбилась о спину злодея, и его фрак загорелся неярким голубым пламенем, которое вскоре потухло. Он откинул Акима в сторону, а сам пошел на Нестора. Тот двумя руками схватился за дубину, готовый сражаться, но так и не нанес первый удар, так что злодей просто взял ее и вырвал у него из рук.
– Ты мне тоже пригодишься, – сказал он, ликуя. – Но я полагаю, мирно вы уже не пойдете со мной.
– Я заберу брата, и мы уйдем, – ответил Нестор.
– Нет, – сказал злодей. – Вы оба пойдете со мной, а если будете сопротивляться, вам же хуже!
Он схватил Нестора за плечо, но тут, сзади на него набросился Аким и ударил его палкой по спине. Тот развернулся и второй рукой схватил Акима. А потом он просто молча поволок ребят в лес, и, как бы они не вырывались, все тщетно. Хватка у злодея была железная.
Яков снова окликнул похитителя:
– Окаянус! Мерзавец, ты сейчас ответишь за свои злодеяния!
– Трепещу, – ухмыльнулся злодей.
– Отпусти детей, негодяй, – продолжал ругаться гном. – Зачем они тебе?!
– Мне просто приятно увести добычу из под носа у вас недомерков, – сказал Окаянус, и поволок сопротивляющихся ребят дальше. Они брыкались, били его ногами, но, похоже, он этого даже не чувствовал.