Евгений Романов – Пепел Милисы (страница 2)

Ради Элис.

Спасать. Помогать. Быть тем, кем он был – хирургом, который возвращает жизнь.

Он потушил сигарету, оглядел палату, снял больничную рубашку и надел свой хирургический халат. Тот самый, в котором приехал с места трагедии.

Когда он вышел в коридор, мимо проходил Фред Менинг – его близкий друг, сослуживец, с которым они вместе учились в университете, вместе служили в армии. Фред замер, увидев его.

Фред: Крис… Ты как?

Крис: Честно? Плохо. Но я здесь. Я жив.

Пауза. Фред смотрел на него с болью в глазах.

Крис: Я хочу вернуться к работе.

Фред: Ты уверен?

Крис: Нет. Но если я не начну – никогда не начну.

Фред: Я не против. Но, пожалуйста… начнём с чего-то простого. Под моим присмотром.

Крис: Спасибо.

Прошло два года.

Крис снова стал частью клиники. Он работал, но не чувствовал. Он спасал, но не радовался. Его лицо оставалось непроницаемым, взгляд – пустым. Он жил в доме, который теперь казался ему мавзолеем. Каждый вечер он садился у камина, смотрел на фотографии, пытался услышать смех.

И вот однажды вечером он получил приглашение.

Богатый пациент. Миллионер. Джонатан Хейл. Крис спас ему жизнь – сложная операция на сердце. Теперь Хейл устраивал вечеринки, чтобы «отблагодарить» тех, кто ему помог. Дом в Хэмпстеде. Вино. Еда. Музыка. Крис пришёл – не потому что хотел, а потому что должен. Он стоял у окна, с бокалом в руке, смотрел на сад. Люди смеялись. Говорили. Он – нет.

Через пару часов он решил уйти. Забрал куртку из гардероба. И почувствовал что-то в кармане. Необычное. Он достал. Конверт. И фото. Никто не видел, как туда что-то положили.

Он открыл конверт. Внутри – записка. Четыре слова:

«Хочешь увидеть Милису? Начни с Ричарда.»

Кровь застыла. Он вынул фото. Чёрно-белое. Сделано ночью. На нём – силуэт мужчины и женщины. Женщина – темноволосая, стройная, в длинном пальто. Лицо едва различимо. Но по походке, по форме головы, по тому, как она держала руки – Крис почувствовал, как сердце сжалось. Это могла быть она. Милиса. Нет. Не может быть. Он видел её тело. Обгоревшее. Неузнаваемое. Но… на фото она жива. И стоит рядом с мужчиной.

На обороте фото – карандашная надпись: «Ричард + М…» – остальные буквы стёрты, будто намеренно. А внизу – едва читаемый адрес: «Палермо-стрит, 13».

Он потерял равновесие, опустился на скамью. Пот хлынул по спине.

Крис: Это невозможно…

Он смотрел на фото. И вдруг – вспомнил. В Афганистане. Один из солдат. Ричард. Ричард Морган. Он исчез. Без вести. После нападения на базу. Никто не знал, жив он или мёртв. Крис пытался его найти. Но армия закрыла дело. «Погиб», – сказали они.

Может быть, это он? Этот Ричард? А женщина… может быть, это Милиса? Но как? Почему?

Два дня он не выходил из дома. Сидел в темноте. Смотрел на фото. Перечитывал записку.

Крис: Это шутка? Галлюцинация? Сбой разума?

Но нет. Фото настоящее. Записка – тоже. Кто-то знает. Кто-то подложил. Но кто? И зачем?

Он вспомнил Хейла. Богатый. Связи. Может, он что-то знает? Но зачем ему это? Нет. Это не он. Кто-то другой. Кто-то, кто был на ужине. Кто знал, где висит его куртка.

На третий день он принял решение. Он не может так больше жить. Если есть хоть капля шанса, если Милиса жива, если всё, что он пережил, было обманом, если огонь в доме был не случайностью, а частью какой-то чудовищной игры – он должен узнать правду, даже если она сожжёт его дотла.

Он не может действовать один. Ему нужна помощь. Он вспомнил Чарли Рейнса. Бывшего разведчика. Сослуживца. Того, кого он спас в Афганистане. Пуля в ногу. Инфекция. Ампутация – и была бы неизбежна, если бы не Крис. Чарли был обязан ему жизнью. И он знал, как работать с информацией.

Крис: Чарли, мне нужна твоя помощь.

Чарли: Говори.

Крис: У меня фото. Нужно определить место. Точное. Где находится дом с адресом «Палермо-стрит, 13». Это важно. Очень.

Чарли: Ты где?

Крис: Дома. Я не сплю уже третий день. На фото… женщина. Темноволосая. Я не знаю, кто это. Но… я боюсь, что это Милиса. Она мертва. Я видел её тело. Но на фото она жива. И рядом с ней – мужчина. Его имя… Ричард.

Чарли: Ричард? Какой Ричард?

Крис: Я не знаю. Но в Афганистане был солдат – Ричард Морган. Пропал без вести. Может, это он? Я не уверен. Но записка говорит: «Начни с Ричарда».

Чарли: Крис… это может быть подделка. Кто-то играет с тобой.

Крис: Возможно. Но если есть хоть один шанс… я должен пойти.

Чарли: А если это ловушка?

Крис: Тогда пусть будет. Я уже мёртв внутри. Я потерял всё. Что мне терять?

Чарли: Себя. Не превратись в того, кого Милиса бы не узнала.

Крис: Я не вернусь прежним. Но если она жива – я должен найти её.

Пауза. Долгая. Чарли вздохнул.

Чарли: Ладно. Пришлю координаты, как только найду. Но обещай – не лезь туда один. Не в лоб. Свяжись со мной, если что.

Крис: Я не могу ждать. Как только узнаешь – звони.

Чарли: Хорошо. Но, Крис… будь осторожен.

Крис: Спасибо, Чарли.

В тот вечер Крис стоял у шкафа, доставал чемодан, медленно складывал вещи: сменную одежду, пистолет, хирургический нож, фото, записку, документы. Он остановился, подошёл к старому комоду, открыл нижний ящик, затем – потайной отсек за дном. Там лежала маленькая деревянная шкатулка. Он открыл её. Внутри – золотое обручальное кольцо. Простое, но тяжёлое. На внутренней стороне – гравировка: «Ты моя жизнь».

Он взял его в руку. Кольцо было тёплым, как воспоминание. Он попытался надеть его на безымянный палец. Пальцы стали толще за годы, шрамы, мозоли хирурга – всё мешало. Он с усилием протолкнул кольцо. Оно встало туго, жало кожу, но он не снял.

Крис: Если я умру, то символ моей любви будет со мной. А если я вернусь – я верну и свою любовь. Я иду, Милиса. Ты жива. Я иду.

Он застегнул куртку, закинул чемодан на плечо и вышел в ночь, к Ричарду, к правде, к боли, к надежде, к тому, что, может быть, ещё не всё потеряно.

Глава 2. Начало поиска

Дождь шёл уже третий час, капли, как пули, били в асфальт, разлетаясь в стороны, превращая улицы Лестера в чёрное зеркало, отражающее низкие, тяжёлые тучи, гроза не утихала с полуночи – вспышки молний резали небо на части, будто природа сама пыталась что-то разорвать, что-то скрытое, что не должно быть найдено, и в этой мгле, под шумом воды и грохотом неба, Крис Уэйланд стоял у своей машины – старого «Ленд Ровера», купленного ещё до Афганистана, он открыл дверь, но не сел, замер, рука на крыше, взгляд – вперёд, в темноту, будто пытался разглядеть то, что ещё не проявилось, то, что скрывалось за дождём и за болью, за пеплом воспоминаний и за тенью имени – Ричард.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.