Евгений Решетов – Эмпат. Остров Древних (страница 4)

— А я, млять, хомут на трубу в подвале ставил. Снова она, собака, потекла. А потом херак — и тут. Вспышку только и успел заметить. Думал, галюны меня накрыли или «белочка» пришла. А тут ещё на башку какая-то херня серая упала и в грудину залезла…

— …Чего-чего? — перебил я разнорабочего, мигом вспомнив Димона. — Что за херня?

— Да вот, гляди! — громыхнул Петрович, снял лямки полукомбинезона и задрал футболку. Под ней обнаружилась потная волосатая грудь, обзаведшаяся ровно такими же линиями, какие были на теле Димона.

— Офигеть! — выдохнула Жанна, отправив бровки в небеса. — Сто пудово, это какой-то паразит!

— Дык это ещё не всё. Как только эта гадость ко мне присосалась, так у меня перед зенками сразу же циферки появились, обозначающие силу там, ещё кое-чего и выносливость. Вот сейчас выносливость упала, — протараторил Петрович, тяжело дыша. — А потом, значится, и знания в голове вспыхнули. Ну, как всё это добро прокачивать, циферки эти. Только у меня по полочкам ещё не всё разложилось. Каша какая-то в мозгах, как с бодуна.

— Да это же… да это же, как Система в реалрпг! — шокировано выдал я, выпучив глаза.

— Какая Система? Какое реалрпг? — не понял мужик и жалобно глянул на меня. Он напоминал ребёнка, отчаянно силящегося осознать, что происходит, но в силу возраста не знающего некоторых элементарных вещей.

— Петрович, ты чего? Не читал реалрпг?

— Да какое реалрпг? Я только в сортире читаю этикетки на дезиках. Да и то, ежели жена не забывает их купить. Ты мне, Костёр, прямо скажи, хвостом не крути. Я теперь сдохну, да? А если так, то на, красавица, ботинки мои возьми, а то чего ты ходишь в этих обмотках.

— Да подожди ты с жизнью прощаться, — бросил я шмыгнувшему носом Петровичу, уже начавшему стаскивать крепкие рабочие ботинки. — Может, эти циферки наоборот сильнее тебя сделают. Ты опыт получаешь?

— Ты про работу, что ли? Тогда только опыт и получаю, зарплата же у меня копейки. Можно сказать, только на опыт и тружусь как Папа Карло.

— Да я не про то. Ты запомнил, какие у тебя были изначальные циферки? Посмотри на них сейчас. Что-то изменилось?

— Ага. Изменилось. Энергии раньше меньше было, а теперь её чуть больше стало. Но я уже знаю почему так произошло. Мне дали чуток энергии за то, что я добил динозавра. И достижение ещё появилось. Называется «первое убийство». А ежели я поболее наберу энергии, то перейду на второй уровень. Тут как с разрядами на заводе. Чем выше уровень — тем лучше, — судорожно протараторил Петрович и всё-таки отдал ботинки мило улыбнувшейся Жанке.

— Ого-го, — выдал я, чувствуя, как начинают закипать мозги.

Ну, бред же чистой воды! Другой мир, Система! Просто с ума сойти можно.

А этот мир всё не переставал удивлять меня и подбрасывать говна на вентилятор…

Среди деревьев вдруг раздался шелест кустов, затрещали тонкие веточки и в темноте появились очертания трёхметрового существа.

— Это ещё что за трактор? — ошарашенно протянул Петрович, отступая к краю поляны.

«Трактор» тяжеловесно выбрался из-под деревьев и в свете лун заблестел влажной зелёной кожей, густо покрытой бородавками. Да, это же жаба-переросток!

Выпученные глаза голодно уставились на нас. А лягушачий рот распахнулся, издав громкое шипение.

— Валим! — подал я дельную мысль и помчался прочь.

Петрович и Жанна понеслись следом за мной. А жаба принялась с азартном преследовать нас. И у неё это весьма здорово получалось. Она гигантскими прыжками сокращала расстояние, не замечая препятствий на своём пути. Под её трёхпалыми лапами жалобно трещали колючие кусты, опавшие ветки и даже мелкие деревья.

К счастью, когда мы ворвались в джунгли, я сообразил, что надо бежать туда, где пальмы растут близко друг от друга. И они действительно заставили жабу поумерить свой темп. Она с трудом протискивалась между голыми стволами, возмущённо квакала, плевалась ядовитой слюной и постепенно отставала.

Однако наш крошечный отряд уже порядком вымотался. Бегущие позади меня Петрович и Жанна хрипели от усталости. А я чувствовал, как бешено колотится в груди сердце, губы покрываются солью, а едкий пот выедает глаза. Но сбавлять темп нельзя! Жаба ещё представляет для нас угрозу!

Вскоре я выскочил из джунглей и очутился на отвесном склоне. У его подножия грохотала узкая река. А практически на самом краю склона возвышался остроухий женоподобный блондин в кожаных доспехах со стальными клёпками и серебряными накладками. Он в мгновение ока вскинул лук и ловко натянул стрелу.

— Жуэль, — презрительно выдал незнакомец и скривил бледные губы, почти потерявшиеся на породистой физиономии с большими глазами.

— Хуэль, — зло бросил я и бросился в его ноги, поняв, что задумал остроухий.

Стрела вжикнула над моей головой, больно дёрнув волосы. А я сшиб тщедушного парня с ног и сумел оседлать его. Но внезапно руки этого козла засветились бурым светом, после чего земля вокруг нас пришла в движение, будто повинуясь остроухому…

Глава 3

Ожившая почва шустро сформировала три тонких «побега», метнувшихся ко мне с кровожадным шелестом. Я молниеносно скатился с эльфа. И «побеги» пронзили пустоту, чудом не задев меня. Они рассыпались земляной крошкой. А остроухий одним прыжком вскочил на ноги и выдернул из ножен саблю, покрытую серыми линиями.

— Алатран! — выхаркнул он и попытался опустить саблю на мою многострадальную голову.

Я в панике перекатился в сторону и сумел разминуться с клинком. Он пронёсся в миллиметре от моего уха и полоснул землю, подняв в воздух жменю пыли.

— Лови, гомосек! — заорал выскочивший из джунглей Петрович и чуть ли не в упор запустил в остроухого разводным ключом. Да только этот чёрт невозможным для человека движением ушёл в сторону, пропуская мимо себя ключ. Он по дуге полетел в реку.

Однако атака разнорабочего не прошла впустую. Я схватил отвлёкшегося эльфа за сапог и дёрнул его на себя. Остроухий от неожиданности всплеснул руками, но, собака такая, не упал. А вот когда в него по регбийному врезался Петрович, тогда уж он грохнулся на землю.

Я сразу же вцепился руками в музыкальные эльфийские пальцы, сжимающие эфес сабли. Но хватка у остроухого оказалась просто бульдожьей. Да и его кожа была плотнее человеческой в несколько раз. Она, наверное, смогла бы выдержать даже попадание стрелы, а то и пули. Но вот гигантской физической силой хрипящий эльф не обладал. Мне удалось выцарапать саблю из его пальцев, пока Петрович, красочно матерясь, держал другую руку скалящего зубы остроухого.

Ну а Жанна на всё это представление смотрела широко открытыми глазами и даже не думала нам помогать. Кажись, её пронзил ступор. Всё-таки за неполный час увидеть зомби, динозавров, жабу-переростка и эльфа — это сильное потрясение для человеческого разума.

Благо я был пофигистом-фаталистом, посему воспринимал всё в несколько ином свете и вполне умеренно охреневал от происходящего. А уж когда я вооружился саблей, то без всяких колебаний опустил её на шею эльфа. Точнее, попытался опустить. Чертовски проворный остроухий подставил свободную руку и клинок жадно впился в его запястье. Но он не отсёк кисть, а лишь добрался до кости. Брызнула красная кровь, а сам эльф болезненно взвыл, распахнув рот.

Но уже в следующий миг остроухий прописал окровавленным кулаком в висок Петровича. Тот щёлкнул челюстями и приуныл. Его глаза закатились, а потное тело расслабилось, придавив эльфа.

Однако остроухий ловким ужом выскользнул из-под мужика и вскочил на ноги. Победный оскал исказил его красную от ярости рожу, а кисти рук снова засветились бурым светом.

Твою мать! Вот это поворот!

К сожалению, сабля точно не поможет мне завалить этого козла. Уж больно он ловкий и быстрый, да ещё и магичить умеет. Поэтому мой залитый адреналином мозг посоветовал мне единственный правильный на его взгляд выход…

Я вскочил на ноги, зарычал и врезался плечом в кожаный панцирь остроухого урода. Мы вместе с ним сорвались со склона, решившего, что сейчас самый подходящий момент для того, чтобы обвалиться. Видимо, на него повлияли магические манипуляции эльфа. И так сильно они повлияли, что даже Жанка с Петровичем полетели в реку.

Мужчина в полёте пришёл в себя и отчаянно заорал:

— Едрить-колотить за ногу и об пол!

Бурлящая вода приближалась со страшной скоростью, ветер ревел в ушах. А мои выпученные глаза с ужасом глядели на мокрые камни, через которые перекатывались пенящиеся волны.

Казалось, что я неминуемо вдребезги разобью голову об один из камней. Ужас стальной рукой сжал сердце. Но кто-то наверху решил, что безумству храбрых поём мы песню…

Я избежал встречи с камнями, и тёплые мутные воды приняли моё тело. А рядом со мной упали мои спутники, эльф и куски обвалившегося склона. Сразу же в воздух взметнулись приветственные фонтаны брызг. А я стремительно пошёл на дно, словно покинул школу после девятого класса.

К счастью, страстное желание выжить заставило меня дико заработать руками и ногами. Я выплыл из мутных глубин и жадно схватил распахнутым ртом живительный кислород.

— Жанна, не борись с рекой. Течение слишком сильное! Побереги силы! — давясь брызгами, проорал я, заметив появившуюся над волнами голову девчонки, отчаянно гребущей лапками.

— Жанка! Костров дело говорит! Не дрыгайся так сильно! — поддержал меня Петрович, тоже сумевший выжить после падения.