Евгений Решетов – Дед в режиме мастера (страница 38)

Павлушка решительно взял бутыль, принюхался и покосился на меня.

Я разрешил, переложив меч на другое плечо:

— Выпей, выпей пару глотков этого зелья храбрости, но не увлекайся. Всё с лёгкого алкоголя и начинается, а потом бац — и алкоголизм.

— Абсент — совсем нелёгкий алкоголь, — сказала Владлена и следом легонько шлёпнула себя по лбу. — Ах, это у тебя такой юмор.

Я пожал плечами, наблюдая, как морщится Павел, на миг приложившийся к бутылке.

Велимировна открыла рот, желая сказать что-то ещё, но тут же со стуком захлопнула его, схватившись за стену, чтобы не упасть.

Особняк вдруг заходил ходуном, как живой. Потолок начал трещать. Дверь хлопнула, отрезая нас от коридора, где попадали картины. А пол затрясся, словно готовился взорваться, как проснувшийся вулкан.

Но вдруг всё упокоилось так же внезапно, как и началось.

— Что это было? — прошептала Владлена, хлопая глазами.

— Либо опять артефакт шалит, либо бог решил намекнуть, что нельзя спаивать внуков. Мне нравится именно второй вариант, — хрипло проговорил я и открыл дверь.

За ней меня встретил совсем не коридор…

Глава 21

Закрыв дверь, я обернулся к Павлу и Владлене, стоящим в комнате служанки.

— Игнатий, что там в коридоре? Почему у тебя такое выражение лица? — напряжённо спросила декан и затаила дыхание.

Её грудь под тканью вечернего платья перестала вздыматься.

— Владлена, меня пугает твоя способность так хорошо видеть в сумерках. А за дверью нет ничего, что могло бы тебя порадовать: ни ванны с кровью девственницы, ни летучих мышей в хрустящей острой панировке.

— Твою мать, Зверев, я сейчас вырву твоё сердце! Прекрати себя так вести! — зло выпалила красотка и рассерженной коброй метнулась к двери. Открыла её и ахнула: — Ого!

— Угу, — передразнил я её и вышел из комнаты, оказавшись в проходном зале, появившемся вместо коридора. — Оказывается, артефакт обладает способностью менять пространство. Скорее всего, хаотично, а не по чёткой системе. Вряд ли он соображает в архитектуре.

— Час от часу не легче! — взволнованно выпалил Павел, встав подле меня. — Эй, а я узнал этот зал. Он был на первом этаже!

— О как, — дёрнул я головой и переложил кладенец на другое плечо. — Выходит, мы либо очутились на первом этаже, либо этот зал переехал на третий.

— И что нам делать? Как найти эту сраную библиотеку⁈ — прорычала Велимировна, с трудом втягивая густеющий воздух, пропитавшийся запахом пыли и старой штукатурки.

— Она может быть где угодно, — горько выдал внук и потуже затянул пояс женского халата, натянувшегося на его плечах.

— Верно, Павел, — согласился я и указал рукой на один из дверных проёмов. — В той стороне, кажется, находится крохотный кабинет, где мне довелось разговаривать с Вороновым. Там на стене висит ружьё, вроде как заряженное. Да, это не арсенал, но всё же нам стоит сходить за ним. Идёмте. Павел, не отставай, а то потом придётся тебя искать, спрашивая у всех встречных-поперечных, а не пробегал ли тут пухлый мальчик в женском халате?

— Ты сам велел мне надеть его, — буркнул тот и двинулся следом за мной.

Владлена снова пошла рядом и произнесла свистящим шёпотом:

— Игнатий, скажи мне, что у тебя есть гениальный план.

— Я в процессе его сочинения, — честно ответил я, что со мной бывает не так уж и часто.

План действительно постепенно вырисовывался в моей голове, строясь на богатом опыте и том, что сделал артефакт.

— Я надеюсь на тебя, — пробормотала Велимировна, постепенно теряя присутствие духа.

Оно и понятно, казалось, что наше положение ухудшается с каждой секундой.

— Вот за этой дверью должен быть кабинет, ежели ничего не поменялось в данной части особняка, — проговорил я, взявшись за дверную ручку.

Потянул её и с радостью увидел знакомый кабинет. Здесь ничего не поменялось. В серых сумерках угадывались очертания резной мебели, большого рабочего стола и кресла, в котором прежде сидел Воронов.

— Ружьё, — прошептал Павел, углядев поблескивающее на стене оружие, украшенное серебром. — Только оно старое какое-то.

— Дык и я старый, но убиваю шибче молодых, — справедливо заметил я, войдя в кабинет.

Павел согласно хмыкнул и торопливо двинулся к ружью.

— Надо осмотреть тут всё. Вдруг где-то найдутся патроны? — проговорила Владлена и пошла к шкафу с изогнутыми ножками.

— Ого, как ты ловко завуалировала своё желание пошарить по чужим вещам, — ухмыльнулся я, двинувшись к другому шкафу.

Вдруг и правда где-то здесь притаились патроны? Мы, конечно, не в игре Resident Evil, но всё же есть шанс найти боеприпасы.

Пока же Владлена огрызнулась, полоснув меня грозным взглядом:

— Как только мы выберемся отсюда, ты мне ответишь за каждую остроту.

Я не успел дать достойный ответ, поскольку всё испортил слуга, порабощённый мраком. Он выскочил из-под рабочего стола, как пёс из будки, и кинулся на Павла.

— Твою мать! — вскрикнул внучок и швырнул в зарычавшего простолюдина столовый нож.

Он сверкнул серебряной рыбкой и пролетел мимо слуги, угодив в ножку стола.

— А-а-а! — заорал я во всю глотку, пытаясь отвлечь простолюдина, раззявившего рот с шевелящейся порослью мрака.

Но ему было глубоко плевать на мой крик, он уже готовился вцепиться скрюченными пальцами в горло попятившемуся Павлу. Всего миг — и слуга вырвет ему кадык!

Пришлось швырнуть в монстра меч, поскольку я не успевал подбежать к нему и ударить.

Клинок вспорол воздух и угодил рукоятью в бедро бегущего слуги. Его ноги заплелись, и он чуть ли не по-регбийному врезался в Павла. Они вдвоём вмазались в стену и грохнулись возле неё чуть в стороне от ружья. А оно вдруг слетело с креплений, ослабленных «перестройкой» дома, и упало на паркет. Старый механизм сработал. Сверкнула вспышка и раздался выстрел. Вылетевшая из ствола дробь ударила по дверце шкафа, едва не угодив во Владлену, вытаращившую глаза.

— Отвали от меня! — завопил Павел и умудрился ногами отпихнуть слугу.

Простолюдин упал на спину. А я подскочил к нему и обрушил ему на голову пузатый монитор, прихваченный с рабочего стола. Череп супостата с хрустом треснул под такой тяжестью, а сам он задёргался в мелких конвульсиях, бешено моргая одним глазом.

Однако я на этом не успокоился. Подобрал меч и двумя ударами отсёк вражине голову. Та подкатилась к ногам Владлены, таращащейся на едва не прикончившее её оружие.

— Ружье-то оказалось чеховским, — мрачно усмехнулся я, смахнув со лба трудовой пот. — В начале истории оно висело на стене, а теперь выстрелило.

— И чуть не убило… меня, — просипела магичка, потирая шею.

— Но Сатана в очередной раз спас тебя. Да не переживай ты так. Дробь угодила бы тебе в живот. И наверняка «песнь возрождения» не дала бы тебе помереть во цвете лет на радость всем представителям Добра. Так что ты бы просто отделалась лёгким дискомфортом.

Мои слова заметно приободрили красотку. Одно дело думать, что ты едва-едва не померла, а совсем другое, что чуть не была ранена. Разница колоссальная.

Велимировна даже улыбнулась и задорно произнесла:

— А я, вообще-то, везучая леди.

— Ещё бы, ведь ты встретилась со мной, — усмехнулся я и принялся осматривать рабочий стол. И в первом же ящичке нашёл коробку патронов к ружью. — А вот и боеприпасы. На, Павел, заряди.

Я бросил ему коробку. А тот не очень умело поймал её, ещё не отойдя от атаки слуги. Но всё же сумел зарядить ружьё.

— Не размахивай ты так этой гребанной пукалкой, — прошипела Велимировна, шарахнувшись подальше от направления, куда смотрел ствол. — Отдай её Игнатию, а сам бери меч.

Внучок так и поступил, а затем тревожно выдохнул, вскинув голову:

— Кто-то бежит!

Мы все вместе уставились на дверной проём, выходящий в коридор. По нему явно кто-то мчался в нашем направлении, но царящий там мрак не давал понять, кто именно.

— Человек, лёгкий, — определил я, усиленно прислушиваясь.

— Служанка, порабощённая артефактом, — уверенно выдала декан. — Как только она появится из тьмы, сразу стреляй, Игнатий.

Я встал на одно колено, прижал приклад к плечу и прищурил один глаз.