Евгений Ренгач – Князь Искажений. Том 6 (страница 7)
Фактически, они становились чем-то средним между обычными людьми и созданиями Искажений.
Единственная проблема заключалась в том, что вместе с человеческим обликом они теряли и адекватность. Жестокость, приступы агрессии, эмоциональная нестабильность…
Приятными ребятами их было не назвать!
Направленная Изменённым волна силы разбилась о мой Щит. Ощутив отдачу, желтоглазый вздрогнул, но больше никак не отреагировал.
Остальные Охотники тоже ничего не заметили. Сила Изменённого была направлена так точно, что не оставила следов.
Единственным человеком, бросившим на меня любопытный взгляд, была Оболенская. Марта Викторовна удивлённо приподняла брови, но ничего не сказала. Видимо, решила приберечь свои выводы на потом…
Тем временем Сун Вэй не сдавался.
— Барон, ваши оправдания не пройдут! Гражданин Азиатского содружества погиб от вашей руки. Вы убили его с особой жестокостью, а ваше государство даже не попыталось начать расследование! Мы считаем, что вы должны ответить по справедливости. И пока этого не произойдёт, наш отряд не сдвинется с места!
Игнатов повернулся ко мне. Как ни странно, но взгляд у князя был понимающий.
И он и я понимали, что на самом деле здесь происходит. Азиатская команда, вопреки словам её капитана, заранее знала о том, что я буду участвовать в рейде.
Знала и молчала, ничего не предпринимая.
Высказать позицию перед самым началом они решили по понятным причинам. Наверняка слухи о моей силе и навыках успели дойти до их руководства. Таким нехитрым способом они пытались ослабить наш отряд, выкинув меня из его состава…
Несмотря на серьёзность ситуации, я почувствовал, что улыбаюсь. Ну честно, более дешёвую подставу было ещё поискать!
— Вы только посмотрите… Он ещё и улыбается! — Сун Вэй окончательно потерял над собой контроль. — Князь Игнатов, вы обязаны немедленно принять меры!
Поддавшись эмоциям, азиат не уследил за собственной силой. Мощный порыв энергии одолел разделяющее нас расстояние и ударил меня по лицу.
Ну то есть как ударил… Я успел среагировать и активировал Броню. Энергия развеялась так быстро, что я не успел её даже почувствовать.
Тем не менее, самое главное уже произошло. Пусть и не специально, но Сун ударил меня первым.
Это была ошибка. Теперь я имел полное право на ответ.
И я собирался этим правом воспользоваться.
Я применил Шаг и оказался рядом с ним. Это было так быстро, что он, несмотря на всю свою выучку, не успел ничего предпринять.
Моя рука легла капитану на плечо. Я заглянул ему в глаза.
— Не бойся, бить не буду. Только кое-что покажу.
От меня к азиату заструилась ментальная энергия. Благодаря тому, что между нами был установлен физический контакт, я с лёгкостью одолел его защиту. Поток направленных мной картинок перешёл прямо ему в сознание.
Глаза Сун Вэй округлились. Он попытался вырваться. Мои мышцы затрещали от напряжения, но я выдержал. Тренировки и нанесённые на духовное тело Руны сделал меня гораздо сильнее. На несколько секунд я его точно задержу…
Мир вокруг перестал существовать. Я был полностью сконцентрирован на том, что делал.
Тщательно выбирая воспоминания, я направлял их азиату. Все события в поезде мелькали перед его глазами, будто он сам был их участником.
Первая атака якудзы, его попытка отбиться, подлый удар кинжалом… Я показал ему только то, что считал нужным. Это далось мне нелегко. Транслировать воспоминания другим людям — сложное искусство, требующее большого опыта и полной концентрации. Небольшая ошибка — и мозг вспыхнет, не выдержав напряжения.
Я никогда не любил ментальную магию, но мой рассудок был укреплён годами практики. Пусть это и было непросто, но последнее воспоминание достигло своей цели.
Я разжал ладонь, прекращая трансляцию, и огляделся.
Вокруг нас сгрудились бойцы двух отрядов. Их мечи и артефакты были направлены на нас. Желтоглазый азиат порывался броситься на меня, и Волк с Лисой с трудом удерживали его на месте.
— Барон, что ты с ним сделал⁈ — Игнатов рявкнул мне на ухо.
— Всего лишь дал ему пищу для рассуждений. Кстати, мы с ним ещё не закончили!
Я окружил себя и Сун Вэя Сферой безмолвия.
— Ты увидел, как всё было. Я защищал свою жизнь и жизни близких. Более того, я не убивал того якудзу. Он умер от чар ментального контроля. Любой маг докажет, что я прав!
— Это ничего не значит! — Сун Вэй пытался придерживаться прежней позиции, но делал это без энтузиазма.
Мы оба понимали — ситуация изменилась. Старая тактика больше не работала. Теперь он знал — у меня есть доказательства. Если потребуется, я всегда смогу предъявить свою версию событий.
При таких условиях обвинить меня хоть в чём-то было крайне сложно.
— Это значит всё. Я невиновен и могу доказать свою правоту кому угодно. Ты можешь давить на меня дальше, и всё равно ничего не добьёшься. Самым правильным для тебя сейчас будет смириться и запихнуть свою гордость куда поглубже. — Мой голос оставался ровным и спокойным. — Наш главный враг — монстры. Мы пришли сюда, чтобы бороться с ними. Давай этим и займёмся! А если у тебя и твоих начальников останутся ко мне вопросы, то я готов обсудить их по завершению рейда.
Я вгляделся в лицо Вэя, ловя малейшие отголоски его настроения. Лишь дождавшись кивка, отменил действие Сферы.
— Азиатское содружество не имеет претензий к барону Гордееву! — Сун Вэй откашлялся. Он удивительно быстро взял контроль над ситуацией в свои руки. — Барон может участвовать в рейде…
— Вот так бы сразу!
Я вернулся к ожидавшим меня членам отряда. Они смотрели на меня, не веря в происходящее.
— Что ты ему сказал⁈ — Алиса не сдержала любопытства.
— Ничего особенного. Просто, кхм, поделился кое-какими воспоминаниями…
По мрачному взгляду Игнатова было очевидно, что мой ответ князя не устроил. В этот раз логика взяла верх над эмоциями, и допытываться, что случилось, он не стал.
Я оставался в отряде. И это единственное, что имело значение.
— Господа, если все конфликты решены, предлагаю приступить к финальной стадии подготовки. — Слово взял высокий и статный представитель Британского союза. Он считался одним из сильнейших Охотников мира, и я вспомнил его имя — лорд Ричард Пэмберли. — Прошу вас, следуйте за мной!
Возражений не было. Мы молча последовали за британцем.
Финальная стадия подготовки началась.
— И как долго вы собираетесь с этим возиться?
Император Российской Империи был обучен контролировать все проявления чувств. Гнев, радость, печаль, ненависть — любую эмоцию, даже самую сильную, он мог пережить, не теряя самообладания и не стирая с лица вежливой улыбки.
Но сейчас самоконтроль дал трещину. Александр сгорал от нетерпения и поэтому позволил себе повысить голос.
Техники из хозяйственного департамента почувствовали, что настроение самодержца изменилось, и дружно вздрогнули.
— Минут десять, Ваше Величество! — Толстый бригадир поклонился так низко, что практически коснулся макушкой пола. — Энергетическое сопротивление слишком сильное. Вот и пришлось повозиться дольше, чем планировали…
— Даю вам пять минут. — Голос Императора был холодным, словно лёд. — Если не уложитесь, то я приму меры. Мы как раз планировали начать строительство новой железной дороги в Сибири. И нам не хватает рабочих…
Мужчины одновременно побледнели.
— Уже заканчиваем, Ваше Величество!
В самом деле, работа пошла куда быстрее. Рабочие закрепили все необходимые артефакты, провели тестовую настройку и поставили самые мощные усилители сигнала, что только смогли найти.
Взглянув на часы, бригадир с облегчением выдохнул. Они так торопились, что уложились в три минуты. А значит, ссылка в Сибирь отменяется.
— Ваше Величество, всё готово! — Бригадир нажал на кнопку активации, и посреди кабинета развернулось иллюзорное изображение.
— Вам повезло. А теперь вон отсюда!
Едва не сбивая друг друга с ног, сотрудники бросились прочь. Через шесть секунд кабинет полностью опустел.
Александр вгляделся в изображение и удовлетворённо кивнул. Рабочие долго возились, но результат стоил того, чтобы ждать. Изображение было чётким и подробным.
Зона, переливаясь всеми цветами, горела ярким неправдоподобным огнём. Император никогда не бывал там лично и видел её только на фотографиях. Теперь же она раскрылась перед ним во всей своей угрожающей красоте.
В обычных условиях осуществить наблюдение за Зоной было невозможно. Энергетические выбросы за несколько часов превращали лучшие транслирующие артефакты в бесполезный металлолом.