Евгений Ренгач – Князь Искажений. Том 6 (страница 67)
Предчувствуя реакцию князя, я отставил энергофон от уха как можно дальше. Как оказалось, решение было верным.
Князь заорал так громко, что его доносящийся из динамиков голос слышали даже в коридоре.
— ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ДОГОВОРА⁈ Мальчишка, ты что, окончательно обалдел⁈ Я никогда этого не сделаю!!!
В его голосе было столько ярости, что Городков трусливо заёрзал. Он боялся княжеского гнева как огня и сейчас опасался, что Игнатов будет мстить ему лично.
Даже спокойный завхоз Ромашкин, и тот выглядел встревоженным.
— Андрей, может быть вам действительно отказаться от Архива? — Он зашептал мне на ухо. — У вас отличная репутация. Уверен — с вами захотят работать многие крупные организации Империи!
— Это так. Но сами подумайте, что будет, если Игнатовы и дальше будут обеспечивать безопасность Архива?
— Случится катастрофа. — Ромашкин ответил, не раздумывая. Настоящий профессионал, он знал, к чему всё идёт. — Может быть не сейчас, но однажды обязательно.
— Вот видите. Вы сами всё отлично понимаете! Я не могу этого допустить.
Завхоз был прав. Я мог выбрать любую другую организацию. Учитывая, что я был в Зоне, стоит объявить о создании собственной корпорации, как передо мной тут же выстроится очередь из желающих.
Вполне возможно, если бы Охотники Игнатовых работали как надо, я бы так и поступил. Но их отношение к работе всё изменило.
Я всегда ненавидел, когда кто-то относится к своим обязанностям спустя рукава! Если я не вмешаюсь и не возьму ситуацию в свои руки, то здесь и в самом деле может произойти настоящая катастрофа.
Меньше всего мне бы хотелось, чтобы Ксению сожрал какой-нибудь живоглот, а Ромашкина растерзали пикси. Да и хранящиеся здесь сведения терять было нельзя. В конце концов, я собрал далеко не всю информацию, что хотел получить!
Так что вопрос договора с Архивом был для меня ключевым. И отступать под напором Игнатова я не собирался.
— Успокойтесь, князь. Я не планирую на вас давить или отбирать договор силой.
— Да? — Услышав мой спокойный голос, Григорий наконец-то взял себя в руки. — А что ты тогда, барон, химера тебя раздери, собираешься делать⁈
Ну вот! Наконец-то деловой разговор.
— Я предлагаю вам стандартное соревнование Охотников. Честное и справедливое. Выберем задание, связанное с охотой. Если ваши бойцы справятся лучше, то так и быть, я уйду и оставлю Архив вам. А если выиграю я, то уйдёте вы. Всё просто и понятно!
Этот вариант мне предложил Белозёрский. Когда адвокат понял, что отступать от Архива я не стану, он набросал мне несколько путей решения.
И вариант с соревнованием был основным.
Со стороны он мог показаться странным, но своя логика в нём всё-таки присутствовала. Более того, разрешение споров на соревнованиях было даже предусмотрено законом.
Это было обусловлено самой деятельностью Охотников. Мы не просто убивали монстров. Мы защищали людей. И если кому-то казалось, что другой не справляется, считалось нормальным открыто об этом заявить и бросить честный вызов.
Соревнование выявляло самого сильного и достойного. Того, кто способен обеспечить людям безопасность. Всё честно и максимально прозрачно!
Единственная проблема заключалась в том, что согласие на соревнование не было обязательным. Князь мог отказаться, и принудить его я бы не сумел.
Впрочем, в том, что он согласится, я не сомневался. Сражаясь вместе с ним в Зоне, я понял, что Григорий — тщеславный человек. Князь терпеть не мог, когда кто-то бросал ему вызов. К тому же в прошлый раз я обошёл его парней, за считанные минуты справившись с зубастиками.
Для него это был вопрос чести. Он просто не мог его проигнорировать…
Расчёт оказался верным.
— Допустим, что так, барон! На каких условиях ты хочешь со мной соревноваться?
— Присылайте своих лучших Охотников. Столько, сколько считаете нужным. Оборудование — любое, какое пожелаете. Остальное я уже озвучил.
— Скажи мне, барон… — Игнатов размышлял несколько секунд. — А сколько человек собираешься выставить ты сам?
— Нисколько. — Я пожал плечами. — Моя корпорация только в процессе создания. Так что сражаться буду я один.
В кабинете воцарилась тишина.
— Гордеев, ты в своём уме? — Голос Григория неожиданно стал мягким. Он разговаривал со мной таким тоном, который обычно используют для общения с сумасшедшими. — Это же игра в поддавки! Какое бы соревнование мы ни выбрали, мои парни просто задавят тебя числом!
— Пусть попытаются. Я сделаю всё возможное, чтобы этого не произошло.
Игнатов снова погрузился в размышления. Наверняка всё происходящее казалось Григорию чем-то вроде хитроумной подставы.
Вот только он никак не мог понять, где его пытаются обмануть…
— Хорошо, барон. Допустим, я согласен. В чём именно ты предлагаешь соревноваться?
Вопрос был отличным.
Самым правильным было бы выбрать какое-нибудь соревнование, связанное с самим Архивом. Вот только какое?
Я огляделся и наткнулся взглядом на Городкова. Поняв, что его никто не собирается ругать, он заметно расслабился. Более того, у него, кажется, была идея…
— Господа, у меня есть предложение! — Он говорил как можно громче, чтобы его через энергофон услышал Игнатов. — В северном корпусе Архива есть затопленный подземный этаж. Судя по всему, там обитают монстры неизвестного типа. Мы не можем попасть туда уже несколько лет…
— Предлагаете очистить корпус от чудовищ? — Я заинтересовался.
— Нет, это очень долго и сложно… В корпусе находятся десятки уникальных предметов. Если вы сумеете принести коробку с артефактами Высшего уровня, то это будет более чем достаточно…
Я кивнул, соглашаясь. А что, это вполне было похоже на достойное задание!
Игнатов решил также.
— Что ж, Гордеев, условия и в самом деле неплохие! Значит, ты и мои парни одновременно войдёте в тот корпус. Кто первым достанет нужный ящик и вернётся обратно, тот и получит договор с Архивом.
— Принимается, князь. Жду ваших людей!
— Не переживай, барон. Это не займёт много времени.
Энергофон мигнул и погас. Разговор был завершён.
Мы с Ромашкиным вышли из кабинета директора, и завхоз тут же повернулся ко мне.
— Андрей Николаевич, должен вас предупредить! Господин Городков не сказал вам всё. Дело в том, что мы не случайно не допускали Охотников в тот корпус. Есть основания считать, что там может быть очень опасно…
— Спасибо за предупреждение. Но я уже согласился. Поздно отказываться!
Пользуясь свободным временем, я заглянул в столовую, быстро перекусил, покормил Брыся и зарядил разряженные артефакты. Полный сил, направился к северному корпусу.
Раньше в этой части Архива я ещё не бывал. И, надо сказать, ощущения здесь были на любителя. Во всём здании царила опасная и угрожающая энергия. Но здесь она была особенно недружелюбной.
Сам корпус тоже не внушал доверия. Мрачный, покосившийся — было заметно, что им не пользуются уже много лет.
Я отправил Брыся на разведку, и питомец с пристыженной мордой вернулся обратно спустя минуту.
— Хозяин, у нас пррроблемы. Брррысь не может туда попасть! В подвале этого здания живёт что-то недобрррое. Оно блокирррует пррростррранственные коррридоррры и не даёт Брррысю войти!
— Хорошо, глазастый. Буду справляться своими силами.
С разведкой питомца всё было бы намного проще, но и её отсутствие меня не расстроило. Мне много раз приходилось сражаться вслепую, и я отлично умел ориентироваться в процессе.
Спустя несколько минут у Архива остановился фургон с эмблемой Игнатовых на боку. Оттуда выпрыгнули пятеро Охотников в полном боевом облачении, включая энергетические доспехи.
Высокие, покрытые мышцами — один вид этих крепких парней внушал уважение.
Григорий не стал полагаться на тех бойцов, что дежурили в Архиве, и вызвал своих элитных Охотников. Вместе с тем, он не перегибал палку. Условия нашего соглашения позволяли ему вызвать хоть целый взвод. То, что он решил ограничиться всего пятерыми, говорило о том, что он собирался играть по-честному.
Охотники приблизились ко мне, не скрывая ухмылок. Они знали, кто я такой, но всё равно не воспринимали меня всерьёз. Численный перевес, огромное количество оборудования, полноценные доспехи — они чувствовали своё превосходство и не думали его скрывать.
— Барон, попытаться сыграть на поле Игнатовых — крайне глупая идея! — Командир бойцов, высокий мужчина средних лет со шрамом во всё лицо, хмыкнул мне в лицо. — Откажитесь, пока не поздно. Так ваш позор будет меньше!
— Ошибаетесь. Это не мне нужно думать про позор, а вам!