Евгений Ренгач – Князь Искажений. Том 3 (страница 72)
Теперь зал был переполнен его энергией. Как только барон войдёт внутрь, сила Ильи обрушится на него.
С каким же удовольствием он будет наблюдать за страданиями этого жалкого баронишки…
— Ваше Сиятельство, заседание скоро начнётся. — В зал заглянул Селивёрстов. Он с трудом скрывал недовольство. — Вас не должны здесь заметить!
— Да иду я, иду! И вообще, Сёма, не переживай. Всё будет отлично!
Илья вошёл в подготовленную комнату и, усевшись в мягкое кресло, огляделся. На столе возвышался поднос с едой и напитками, а из угла улыбалась симпатичная девушка в откровенном наряде. Судя по её услужливой улыбке, красотка была готова принести ему всё, что он пожелает. И не только…
Илья расслабленно потянулся. А ведь Селивёрстов и впрямь изучил его вкусы! Когда вся эта дребедень закончится, нужно будет выписать ему достойное вознаграждение.
Пусть знает, что такое щедрость Мамонтовых!
Время до начала заседания Илья коротал, поглощая деликатесы и заигрывая с симпатичной официанткой. Мысль, что что-то может пойти не так, даже не приходила ему в голову.
За несколько минут до начала стоящий на столе экране загорелся мягким синим светом. Работающая в зале камера транслировала всё, что происходит в зале.
Илья бросил на экран равнодушный взгляд и вздрогнул. Его лицо исказила гримаса ярости.
— Сёма, дери тебя все химеры… Это что такое⁈ Ты же говорил, что Белозёрский разорвал контракт!
Селивёрстов посмотрел на экран и не поверил собственным глазам. В зал заседания во главе с Андреем вошли все члены Рода Гордеевых, а за ними следом — Белозёрский с помощниками. Лучший адвокат Петербурга выглядел так, будто был готов разорвать противника голыми руками.
Этого просто не могло быть…
— Ваше Сиятельство, я не знаю… — Купец в одно мгновение забыл все слова. — Дымов утверждал, что всё идёт как запланировано…
— Значит, твой Дымов — идиот! — Илья ударил кулаком по столу. Часть энергии вырвалась наружу, и крепкий дубовый стол, покрывшись трещинами, развалился на несколько частей.
Мамонтов вгляделся в экран и неожиданно сам для себя почувствовал страх.
До этого момента он никогда не видел Андрея Гордеева. Он представлял его каким-то жалким сопляком, недостойным мизинца на его пальце.
Барон смог его удивить. Высокий и статный, он двигался с пугающей грацией. Под пиджаком плавно перекатывались небольшие, но отлично развитые мышцы.
Гордеев смотрел прямо и уверенно. Настоящий князь! Связаться с таким способен только настоящий идиот…
Что странно, оставленная Ильёй энергия никак на него не повлияла. Барон на несколько мгновений застыл на пороге, а затем усмехнулся.
И эта усмешка не обещала Мамонтову ничего хорошего.
— Ваше Сиятельство, смею вас заверить — ничего непоправимого не произошло! — Селивёрстов перестал дрожать и попытался взять ситуацию под контроль. — На нашей стороне лучший адвокат страны, Роман Разин. Можете поверить, мы обязательно победим!
— Очень надеюсь на это, Сёма. Очень надеюсь!
Илья снова бросил взгляд на экран и увидел, как Гордеев смотрит прямо в камеру. Барон провёл ладонью по шее.
Не понять, что Андрей имеет в виду, было невозможно.
Илья почувствовал — этот жест предназначается ему. Впервые за всё время он подумал, что приехать в Петербург было не самой лучшей идеей…
— Встать, суд идёт!
Незаметная дверь распахнулась, и в зал вошли сразу трое судей в чёрных мантиях. А ведь я даже не знал, что дело будет рассматриваться коллегиально…
Судьи уселись на свои места. Главный судья зачитал все права и представил стороны. Закончив, он вкрадчиво посмотрел на Белозёрского.
— Станислав Яковлевич, вы как представитель стороны, обратившейся с иском, можете выступить с речью.
— Благодарю! — Адвокат начал подниматься с места, когда я его опередил.
— Спасибо, но речь я произнесу сам.
— Что⁈ Вы мне не доверяете⁈ — Глаза Белозёрского округлились, за спиной раздались удивлённые перешёптывания. — Андрей Николаевич, вы, должно быть, не понимаете… Суд — серьёзное место. Здесь должны выступать профессионалы!
— Я всё прекрасно понимаю. Но речь идёт о судьбе моего Рода. У меня есть право высказать своё мнение.
По бегающему взгляду адвоката было видно, как он нервничает. Я его понимал — он заранее написал речь и подготовил целое выступление. Но и отступать я не планировал.
Да, Белозёрский — отличный юрист. В вопросах права я доверял ему без малейших сомнений. Но это был мой Род.
И начальную речь я не мог доверить кому-то другому.
— Ох, Андрей. — Адвокат понял, что спорить бесполезно, и нервно сглотнул. — Надеюсь, вы знаете, что делаете…
— Насчёт этого можете не сомневаться.
Я повернулся к судьям.
— Уважаемый суд, обращаю ваше внимание на суть дела. Предыдущий глава Рода, Николай Гордеев, был убит наёмником Маэстро по заказу барона Границкого. В деле имеются все необходимые доказательства. Я здесь затем, чтобы вернуть то, что барон незаконно забрал у моего Рода! И я считаю, что имею на это полное право…
Я говорил недолго, ровно положенные пять минут. За это время никто даже не пытался меня перебить. Все слушали, словно завороженные.
Кто-то из журналистов достал камеру и попытался тайком меня снимать. Я не возражал. В своих словах я был уверен на миллион процентов. Если понадобится, готов подписаться под каждым!
— Андрей, откуда такие навыки⁈ — Когда я закончил, Белозёрский зашептал мне на ухо. — Да обалдуи из моей фирмы и вполовину так не умеют выступать!
— Всё просто. Большой опыт.
Я не соврал. В своём времени мне часто приходилось выступать. Большое количество людей никогда меня не смущало, да и на словарный запас я тоже не жаловался. Проникновенные речи давались мне легко и свободно.
Если бы адвокат знал, сколько времени я провёл, пытаясь аргументами склонить аристократов на свою сторону, он бы этому не удивился!
Когда я закончил, судьи несколько секунд молчали, обдумывая сказанное. Затем главный судья кивнул.
— Сильная речь, Ваше Благородие. — Он откашлялся. — Слово предоставляется адвокату Роману Романовичу Разину. Просим вас!
Разин с готовностью вскочил на ноги.
— Уважаемый суд, с доводами барона и его представителя невозможно согласиться…
Он начал говорить, и я сразу понял, почему его считают лучшим адвокатом Империи. В своём дизайнерском пиджаке Разин выглядел безупречно. Его речь была чёткой и уверенной. Каждый аргумент был на своём месте.
Ну прямо настоящий адвокат из сериала! Сам его образ заставлял прислушиваться к его словам. Казалось, что такой человек просто не может ошибаться.
Впрочем, как бы красиво он ни говорил, я чётко понимал, — все его слова не имеют смысла.
Разин отлично держался, но даже всё его мастерство не могло скрыть главного. У него просто не было аргументов!
Судя по всему, весь план Мамонтова и Селивёрстова (в том, что они работают вместе, я уже не сомневался) строился на том, что у меня не будет ни адвоката, ни доказательств. В таком случае Разин сумел бы выиграть дело, сказав всего несколько слов.
Но сегодня явно был не его день…
— Вы закончили? — Судья строго взглянул на замолчавшего адвоката.
— Да, Ваша честь. — Разин с облегчением вздохнул. Взгляд у него был затравленный.
— Что ж, тогда приступаем к прению сторон.
По опыту из прошлого я знал, что под прениями понимается обмен сторон возражениями. Адвокаты могли выдвигать возражения и задавать друг другу вопросами.
Вот она — возможность блеснуть адвокатским мастерством!
Для Разина это стало настоящим приговором.
Я впервые видел Белозёрского в деле. И, надо сказать, я остался под впечатлением. Адвокат действовал резко и уверенно, не оставляя противнику ни единого шанса. А главное — ему действительно было что сказать.
— Господа, барон Границкий злоупотребил своими правами. Сделки, заключённые между ним и Николаем Гордеевым, являются незаконными. Николай был осознанно введён в заблуждение! Доказательства представлены в материалах. А самое главное — Границкий нанял наёмника, известного по кличе Маэстро. Обратите внимание на видеозапись!