Евгений Ренгач – Князь Искажений. Том 3 (страница 64)
Я успел вовремя. Соколовская как раз собиралась уходить.
— Спасибо тебе за помощь. — Я протянул графине кристаллы.
— Ну что ты, Андрей, не надо было… — Вероника попыталась отказаться.
Я посмотрел на неё «княжеским» взглядом. Это подействовало.
— Хотя, если подумать, они мне не помешают… — Она осторожно спрятала кристаллы в сумку.
И я и она понимали — её Род переживает не лучшие времена. Лишних кристаллов у неё нет. Так что им точно найдётся применение.
Этим я не ограничился. С собой я принёс одно ведро со слезами василиска. Перелив часть в банку, протянул ей.
— Андрей, если это то, что я думаю, то эта банка стоит целое состояние…
— Вот и отлично! Слёзы василиска используют в исцеляющих зельях. Ты точно найдёшь, как их применить!
Больше она со мной не спорила.
Нагруженная подарками, Соколовская вышла за пределы имения. Её машина была припаркована за углом. Девушка положила вещи на заднее сиденье и как-то по-особенному на меня посмотрела.
— Андрей, я с самого знакомства чувствую в тебе что-то необычное… Можно, я проверю тебя своим Даром?
— Не возражаю.
Соколовская тут же сжала мою ладонь в своей. По коже побежала энергия.
Мне было понятно, что она делает — сканирует меня Даром Целителя. Её развитые способности могли обнаружить то, что было недоступно обычным магам…
— Ой! — Вероника отшатнулась, глядя на меня распахнутыми от ужаса глазами. — Андрей, у тебя же огромные способности! Невероятный магический потенциал, Таланты… И почти все они неактивны! Как такое может быть?
Как я и ожидал, Вероника увидела больше остальных. И она была права. Из трёх моих Ветвей работала только одна. Да и большинство Навыков ещё не восстановились.
Несмотря на возросшую силу, я всё ещё был бледной копией себя прежнего.
— Получил сильную травму. — Я не стал вдаваться в подробности.
— Если хочешь, я могу помочь! — Она с надеждой заглянула мне в глаза.
Я задумался. Мне понравилось, как она развивала способности Юли. Не без ошибок, но их было несложно исправить.
Я привык решать все проблемы сам. Но её Дар действительно может быть полезен…
— Хорошо. Я позвоню тебе, когда появится время.
— Буду тебя ждать! Обещаю, что не подведу.
Графиня села в автомобиль, ударила по педали газа и умчалась прочь.
Я проводил её задумчивым взглядом. Даже интересно, что из этого выйдет…
Остаток вечера прошёл стандартно. Ужин, общение с семьёй и кормление питомцев. Хотел почитать перед сном, но сил на это уже не хватило. День был долгий, и я заслужил отдых…
Устроившись на матрасе, я погрузился в сон.
Разбудил меня доносящийся из клетки голос гипноящерки.
—
В следующее мгновение зазвонил энергофон. Судя по надписи на экране, со мной пытался связаться адвокат Белозёрский.
— Слушаю, Станислав Яковлевич. Какие-то новости по моему делу?
— Андрей, мне очень жаль. — Голос адвоката звучал глухо. — Но я всё тщательно взвесил и принял решение. Я отказываюсь от вашего дела. С этого дня вы больше не мой клиент!
Глава 19
— Скажите честно. Вы пьяны?
Звонок Белозёрского был максимально неожиданным. Когда мы с адвокатом разговаривали в последний раз, у него было боевое настроение. Получив от меня все необходимые доказательства, он был настроен на победу в суде.
Сейчас же он собирался разорвать заключённый между нами договор.
По своему опыту я знал, что для таких решений нужна сильная причина. Или, как минимум, изменённое алкоголем сознание!
Голос Белозёрского даже не дрогнул.
— Нет, Андрей. Я совершенно трезв. Это решение я принял после того, как тщательно всё обдумал. Работать с вами слишком опасно. Я не могу рисковать своей жизнью и жизнями моих людей!
Я активировал Навык и внимательно прислушался к его словам.
Как и всегда, Станислав Яковлевич говорил чётко и уверенно. Вместе с тем, в его голосе не было прежних эмоций. Белозёрский, которого я знал, вечно был на взводе и на кого-то постоянно кричал.
Сейчас же он был спокоен. Ненормально, противоестественно спокоен.
Да что там. За всё время нашего разговора он даже ни разу не выругался!
Не похоже на него…
— Скажите честно. На вас надавили?
— Нет, Андрей. — Голос Белозёрского оставался таким же безэмоциональным. — Говорю же — это моё обдуманное решение… Я просто взвесил все «за» и «против»!
Я анализировал каждый произнесённый им звук. Но, как я ни старался, даже моё тренированное ухо не уловило ни единого признака лжи.
Он говорил правду. Или, по крайней мере, сам считал свои слова правдой.
— Это я уже слышал. Надеюсь, вы помните, что дали мне Обещание? Вы связали себя со мной магическими узами.
— Разумеется, помню. Но, Андрей Николаевич, Обещание предусматривало, что я не могу вас предать или обмануть. Отказываясь от договора, я ничего не нарушаю. Никакого предательства или обмана! Всего лишь честно принятое решение…
Я мысленно усмехнулся. А ведь этот чертяка хорош! Настоящий юрист. Крутит условиями Обещания так, как считает нужным.
И, увы, в данном случае Белозёрский был по-своему прав. Он и в самом деле не обманывал меня и не предавал.
Так что формально все условия были соблюдены.
Тем не менее, моя интуиция подсказывала — в этом деле всё не так просто, как он пытается представить. Что-то явно происходит…
Смысла давить на адвоката по энергофону не было. Вытащить из него нормальные ответы не получится, сколько ни пытайся. Чтобы выяснить всё наверняка, нужно встретиться с ним лично.
И самое главное — он ничего не должен заподозрить!
— Жаль это слышать. Я рассчитывал, что вы поможете мне выиграть дело.
— Увы, Андрей, но не в этот раз. Мой помощник пришлёт вам все материалы. Счастливо оставаться!
В трубке раздались короткие гудки. Произнеся последние слова, адвокат тут же бросил трубку.
Всё это время Брысь сидел рядом со мной. Его острые уши шевелились и едва заметно подрагивали. Лохматый шпион слышал каждое слово и сейчас смотрел на меня непонимающим взглядом.
— Хозяин, что ты теперррь будешь делать? Найдёшь нового адвоката?
— Нет, глазастый. Для начала разберусь, что случилось со старым. Есть у меня подозрение, что тут что-то нечисто!
Я опустился на пол и занял удобную позу. Использовав Дар, активировал связывающую меня с Белозёрским энергетическую нить.
Обещание — сложная магия. Она работает в обе стороны, соединяя людей невидимыми узами. Когда Белозёрский принёс мне Обещание, между нами возникла особая связь. Не такая сильная, как с членами Рода или моими питомцами, но, тем не менее, вполне ощутимая.