Евгений Ренгач – Князь Искажений. Том 3 (страница 42)

Профессор отдал сотрудникам распоряжения, и мы с ним спустились в лабораторию.

Жуковский оказался прав. Когда мы вошли, анализатор как раз вздрогнул в последний раз и выдал узкую бумажку с результатами. Стоящая рядом с ним Вероника схватила её на лету и жадно вчиталась в текст.

С каждой прочитанной строкой глаза девушки расширялись всё больше и больше.

— Ого! Никогда не видела ничего подобного…

Мы с профессором встали у неё за спиной. Все вместе склонились, изучая полученные анализатором данные.

В теории, анализатор должен был просканировать обломки камня и дать нам подробный разбор.

И, надо сказать, результаты получились… необычные.

Показатели во всех основных столбцах были максимальными. В нескольких графах цифры оказались настолько большими, что не уместились в отведённые для них ячейки и вышли за поля.

Тип энергии и вовсе было невозможно разобрать. Вместо столбца, где он должен был стоять, зияла дыра с обожжёнными краями.

Кажется, анализатор просто не выдержал напряжения…

Я взял из рук Вероники второй листок. Это была энергетическая карта. Фактически, снимок энергетической структуры найденного нами камня.

Передо мной раскрылось бесконечное переплетение линий и сложных рисунков разного цвета, от ярко-зелёного до перламутрового и кроваво-красного.

За свою жизнь я видел множество карт. Но никогда не встречал ничего подобного.

Стандартная карта должна быть в десятки раз проще…

— И что всё это означает?

Я повернулся к Жуковскому.

У меня были собственные предположения. Но, в конце концов, профессором здесь был именно он.

Вот пусть и объяснит всё с научной точки зрения!

Директор Института взлохматил волосы. Вопрос был сложный, и я ожидал, что он начнёт бормотать что-то неопределённое или и вовсе откажется отвечать.

Вместо этого профессор бросил на меня задумчивый взгляд.

— Андрей, скажите ещё раз, где вы нашли этот камень?

— В пещере, в которую мы попали через пространственную аномалию.

Мы с Вероникой, дополняя друг друга, рассказали ему о нашем рейде в озёрное Искажение. В сжатом виде профессор уже слышал эту историю от Соколовской, но теперь мы с графиней не скупились на детали. Описание пещеры и встреченных нами монстров, растения, которые мы там нашли, — мы рассказали ему всё.

Когда мне показалось, что этого недостаточно, я взял красный карандаш и листок бумаги и по памяти воспроизвёл камень во всех деталях.

Получилось весьма точно. Рука, набитая на создании Рун, не подвела и в этот раз.

Вероника склонилась над рисунком, не в силах оторвать от него глаз.

— Андрей, это очень красиво! Ты бы мог стать отличным художником…

— Только не с моим характером. Я заскучал бы уже на третий день.

Это была чистая правда. Спокойные профессии — не для меня. Там, где не шумит битва, я быстро теряю вкус к жизни…

Жуковский выслушал нас очень внимательно. Рисунок он тоже разглядел со всех сторон.

Между его бровями залегла задумчивая морщинка.

— Мне приходилось слышать о таких аномалиях. Все, кто в них попадали, никогда не возвращались обратно… Вот уж не думал, что там может быть что-то подобное! Как же вы оттуда выбрались?

— Проход был открыт. Мы просто им воспользовались.

На самом деле это, конечно, было не совсем так. Найти выход из той пещеры мы сумели только благодаря магическим глазам Брыся.

Рассказывать Жуковскому о питомце я не собирался. По первому впечатлению, профессор действительно заслуживал доверия.

Но, как говорится, не всё сразу…

Во взгляде директора Института появилось подозрение. Он понимал — я что-то не договариваю. Но допытываться не стал.

— Значит, проход был открыт… Что ж, это хороший знак! Я свяжусь со Штабом и попрошу послать группы в озёрное и другие аналогичные Искажения. Возможно, что нам удастся найти другие камни…

В целом, идея была здравой. В озёрном Искажении мог сохраниться проход в пещеру. Хотя, если честно, я сильно в этом сомневался. Слишком уж серьёзными были разрушения! Скорее всего, там ничего не сохранилось.

Но попытаться всё равно следовало…

— Насчёт этого камня. Конкретно таких показателей я не встречал ещё никогда. Тем не менее, некоторые элементы кажутся мне знакомыми. Вот, Андрей, сравните две энергетические карты!

Жуковский подошёл к массивному стеллажу и спустя пару минут вернулся с потрёпанной картой в руках. Он развернул её на столе, и я сравнил оба рисунка.

Во многом они различались. Разные цвета, другие линии. Но всё такие что-то общее в них однозначно было!

Что-то, что я не мог объяснить…

— Что это за карта?

— Андрей, вы когда-нибудь слышали про Зону 42?

Вероника вздрогнула, словно от пощёчины. А вот я остался равнодушен.

— Нет, не приходилось.

— Неудивительно! — Профессор понимающе кивнул. — Об этом месте крайне редко говорят. Во Всенете о нём не прочитаешь. Фактически, это секретный объект международного статуса…

— А если конкретнее?

— Это Искажение. Точнее говоря, целая зона Искажений различного статуса. Многие считают это место самым опасным местом на Земле. — Жуковский содрогнулся, словно сами слова причиняли ему боль. — Мне довелось там однажды побывать. И, скажу вам откровенно, я только недавно начал нормально спать. Кошмары были настолько реальными, что я даже боялся сомкнуть глаза…

Я задумался. Триста лет назад подобного места не было. Существуй оно хоть где угодно, и я бы обязательно о нём знал.

А значит, это что-то новенькое. И, судя по всему, ответы стоит искать именно там!

— Я хочу туда попасть. Как мне это сделать?

— Увы, Андрей, но сделать это крайне сложно даже мне. — Профессор развёл руками. — Требуется особая процедура согласования, множество разрешений.

— Я готов подождать. Сможете оформить мне пропуск?

— Андрей, вы не понимаете! В Зону 42 пускают только избранных. Охотников с безупречной репутацией и огромным авторитетом…

— Это вы не поняли. Если я что-то решил сделать, то сделаю это любой ценой. — В моём голосе появились стальные нотки. Именно таким тоном триста лет назад я отдавал приказы своим людям. — Просто начните процедуру. Всё, что зависит от меня, я сделаю сам!

Как я уже понял, несмотря на забавную внешность, слабаком и рохлей профессор не был. Но сейчас, не выдержав, отступил даже он.

— Ох, Андрей, глядя на вас, я вспоминаю все истории о Князе Искажений… Сразу видно, что гены великого предка на вас не отдохнули! — На губах Жуковского появилось что-то наподобие улыбки. — Хорошо. Я сделаю всё, что от меня зависит!

— Вот и хорошо.

Отправляясь в Институт, я не рассчитывал получить хоть какие-то результаты. Тем не менее, визит сюда превзошёл все мои ожидания.

Пусть наводка была слабой, это был шаг вперёд. И у меня было такое чувство, что мы на правильном пути…

Тут мир вокруг наполнился болью. Меня как будто ударили под дых. В глазах появились кровавые мушки.

— Хозяин, что с тобой пррроисходит⁈ — Брысь был рядом. Я почувствовал, как его мохнатая лапа легла мне на плечо. — Это Искажение, верррно⁈