Евгений Прядеев – Семейные разборки (страница 11)

Прозвучало опять двусмысленно. Вот и пойми теперь в этих словесных кружевах, Грабецкий мне дружить предлагает или все-таки так изощренно угрожает?

– Скажем так, – я запнулся, подбирая наиболее удачную, на мой взгляд, формулировку. – У меня нет причин отвечать вам категорическим отказом. Однако и обещать что-либо будет не совсем корректным. Поэтому давайте будем просто считать, что ваша просьба услышана. Хорошо?

В трубке вздохнули еще раз. Честное слово, если бы я не знал, кто именно мой собеседник, то может быть, мне даже стало бы его немножечко жалко. По голосу прямо-таки убитый горем отец, который готов на все, чтобы вернуть любимую доченьку под крышу родного дома. Но проблема была именно в том, что я прекрасно представлял, с кем беседую.

– До свидания, Вицентий Владимирович, – закруглил я эту странную беседу и нажал кнопку отбоя. Покрутил мобильник в руке, соображая, что же все-таки это было. Подумал еще немного и набрал номер телефона из памяти.

– Не спишь, конечно же, – вместо приветствия буркнул я собеседнику. – Все составляешь планы по захвату мира?

– Исключительно твоими молитвами, – отозвался Эдик. – А ты чего полуночничаешь? Все еще за Максима переживаешь? Поверь мне, у него все хорошо.

– Ты то откуда знаешь? – изумился я. В голову немедленно просочилась мысль, что в квартире Мерзкого установлены веб-камеры и полковник именно в эту минуту внимательно наблюдает за подчиненным и его гостьей. – Ты за ним подсматриваешь, что ли? Ну ты и извращенец!

– Сам ты извращенец, – усталым голосом ответил Эдик. – Делать мне больше нечего, только за брачными играми отдельных недорослей подсматривать. Я в морге, вообще-то.

– Уже? – притворно восхитился я. – Сам пришел? Ничего себе! А что, у госслужащих даже с таким транспортом напряженка?

– Очень смешно, – фыркнул полковник. – Ты бы хоть КВН что ли смотрел для тренировки чувства юмора. Я заключение жду по покойнику, в теле которого не сумели наскрести и пятидесяти миллиграммов крови. Такое ощущение, что тело в духовом шкафу высушивали.

– Брр, мерзость какая. Не порти мне будущий сон такими кошмарами, – непроизвольно поежился я от возникшей в голове картины. – А откуда тогда про Максима знаешь? Он с тобой что ли?

– Нужен он мне здесь, – зевнул Эдик. – Просто, если бы что-то случилось, то мне бы уже позвонили. А раз нет, то значит все у твоего Максима хорошо. Ну, может быть, только не выспится.

– Вот у вас, товарищ полковник, шутки вообще плоские. Такие даже в журнале «Мурзилка» не печатали, – мстительно припечатал я полковника. – Я, вообще-то, по делу звоню.

– Что случилось? – голос моего собеседника мгновенно изменился.

– Мне только что звонил князь Грабецкий, – не стал я размазывать кашу по тарелке. – Предлагал сотрудничество, ну а заодно, мир, дружбу и жвачку.

– О-о-очень интересно, – протянул полковник. – И что? Просил найти его дочь?

– То есть ты был в курсе, что Нина его дочь? – не поверил я своим ушам. – И вот так спокойно позволил своему сотруднику уехать с дочерью главы семейства вампиров? А что будет с Мерзким, ты подумал?

– Да отстань ты от меня, – взорвался вдруг Эдик. – Ничего не будет с твоим Максимом. Ты вот лучше скажи мне, почему князь тебе позвонил, а не мне? Не потому ли, что у его дочки рыльце в пушку?

– Из-за чего? – Не понял я. – Из-за того, что она к Мерзкому поехала?

– Да причем здесь Мерзликин! – еще больше повысил голос полковник. – У меня в наличии четыре выпитых тела и во всех случаях на записях камер видеонаблюдения в окрестном районе одна и та же физиономия засветилась. Сказать чья? Поэтому считай, что майор Мерзликин на оперативном задании. Осуществляет непосредственное наблюдение за подозреваемым в серии тяжких преступлений! Понятно тебе?

Я молчал. Отнял телефон от уха, убедился, что мне все это не кажется, и я по-прежнему разговариваю действительно с полковником госбезопасности Седых. Действительно с ним, ошибки не было.

– Ну и сука же ты, – выдохнул я в трубку и отключился.

Столько лет знаю Эдика, а вот к таким вывертам привыкнуть никак не могу. Что за привычка использовать в своих интересах буквально всех окружающих? Ну как, скажите, можно спокойно жить на белом свете, если в результате оказывается, что даже секс с понравившейся девчонкой – это часть оперативной комбинации.

Не удивлюсь, если, узнав о таких привычках руководства, Мерзкий попросится обратно на Кавказ. Там, конечно же, тоже приколов хватает, но не таких жестоких, как в госбезопасности. Впрочем, не все у безопасников такие, правды ради, полковник Седых – сволочь уникальная.

– А мне твой Максим поначалу адекватным показался, – раздалось откуда-то снизу. От неожиданности я подпрыгнул, впрочем, уже в полете понимая, кто причина моего испуга.

– Я-то думал, что это ты отмороженный, – продолжал тем временем Степан, – а оказывается нет. Есть в этом мире и более странные персонажи. У него проблемы с личной жизнью?

– Да нет, – ответил я, успокаивая дыхание. – Наоборот, его девушки всегда вниманием не обделяли. Он у нас красавчиком слыл.

– Ну значит тогда он этот… Как его… – Степан с такой силой зачесал свой шерстяной затылок, как будто планировал добыть огонь трением. – По телевизору про них рассказывали…Во, вспомнил, экстремал! Решил, значит, новые ощущения испытать от вампирши… Только ведь, не факт, что понравится…

– Да заткнись ты, – матюгнулся я и достал очередную сигарету. Да-да, я в курсе, что курение вредно, и капля никотина убивает лошадь. Но, во-первых, я не лошадь, а во-вторых, в нашем сумасшедшем мире могут прожить алкоголики с наркоманами, либо фанатики здорового образа жизни. В любом случае, какая-то зависимость быть должна. Моя еще не самая вредная.

– Подслушивать, между прочим, нехорошо, – попенял я домовому, делая затяжку.

– Да будет тебе известно, что я не подслушивал, а исполнял свои непосредственные обязанности, – выпятил грудь вперед Степан. – Я кто? До-мо-вой! Должен за порядком следить и всякими неблагонадежными персонажами, типа тебя и твоих дружков. Ну, и к тому же, ты сам орал на весь подъезд со своим Эдиком. Тут кто угодно в курсе твоих дел будет…

Мне оставалось только досадливо махнуть рукой.

– И ты это, – подергал меня за штанину Степан. – Не матерись на полковника. Он, конечно, сука, тут спора нет. Но вдруг обидится… А зачем нам обиженные полковники? От него, наверняка, и польза иногда бывает…

– Да ты что?! Вот какая лично тебе от него польза была? – недоуменно посмотрел я на Степана.

– Пока, может, и не было, – слегка смутился домовой. – Но так мы и общаемся еще не очень близко. А вдруг он мне что-то хорошее сделает… От ведьмы, например, спасет… Или кота ее пристрелит…

– Степа, поговорю я с твоей ведьмой, не канифоль мне мозги!

Домовой понял, что перегнул со своими жалобами и снова исчез в стене, как будто его здесь и не было. Подозреваю, что кто-нибудь из соседей, увидев, как я громко матерюсь в одиночестве у балкона, решил бы, что я допился до белой горячки. А особо сердобольные сразу позвонили бы в «скорую».

Я так устал от всех этих переживаний, что у меня не было сил ни ругаться, ни возмущаться. Мерзкий на своей волне, у него внезапно синдром рыцаря проснулся, Эдик комбинации замысловатые крутит, как обычно не договаривая и никому ничего не объясняя… Князь, который не может пятую точку от мягкого кресла своей фазенды оторвать, его помощник с чудным именем Кантариил, наверняка запомнивший, как люди пошли против его воли…

В этот момент я сильно позавидовал Мирону, который пришел домой, обнял жену и сказал, что она у него «самая лучшая». Не знаю, может это у них условная фраза такая, но Наташка не стала ничего больше спрашивать у своего ненаглядного, а просто увела его спать. И спит Мироха, ни о чем не думая, расслабленный и довольный жизнью.

Я плюнул на все, вернулся в квартиру и, стараясь не шуметь, пробрался под бочок Светлане. В конце концов, я дома, рядом самая красивая девушка и она, в отличии от некоторых, человек. И, постаравшись расслабиться, уснул.

Спалось, надо признать, плохо. Вернее даже сказать, отвратительно.

Всю ночь мне снились какие-то дома, в которых я пытаюсь отыскать Мерзкого, но каждый раз слышу только язвительный смех Нины. По ушам давит противный треск, на что-то очень похожий, но я не могу понять, на что именно. Потом в какофонию звуков добавляются удары. Кто-то бьет большими колотушками по стенам домов, от чего они начинают раскачиваться. Звуки ударов давят мне на виски, но я продолжаю бежать в поисках своего друга.

В какой-то момент мне удается разглядеть вдалеке чье-то тело, завернутое в белые простыни, но я не вижу, Максим это или кто-то другой. Я бегу изо всех сил, но по ощущениям только топчусь на месте. Я бегу все быстрее и быстрее, а сердце внутри меня уже начинает поглаживать ладошка липкого страха. Она все-таки сорвалась и убила моего друга! Или сделала его вампиром? Интересно, вампир сможет пройти медкомиссию, чтобы служить в госбезопасности?

Я начинаю вспоминать своё прошлое, как я ругался с врачами и объяснял, что повышенные лейкоциты совсем необязательно являются признаками тяжелой инфекции, а сердце тренированного человека вполне может биться реже любой нормы. Глядя на мое пузико, врачи скептически фыркали словам про спортсмена, но коробка хороших конфет или бутылка дорого виски решали в итоге вопрос в мою пользу.