Евгений Прядеев – Позывной «Курсант». Книга вторая (страница 10)
В общем, ещё почти час я слушал воспоминания старшего майора госбезопасности. Причем, они, эти воспоминания, как-то резко снова свернули от ареста к детству и юности.
Естественно, я пытался осторожно намекнуть, тот период событий, в котором все стало плохо, гораздо интереснее, чем тот, где они с Сережей ходили на каток и покупали баранки Мариночке. Но Бекетов намеков не понимал. Он упорно рассказывал о своей дружбе с родителями Реутова.
Потом вообще предложил прогуляться, с чем я, само собой, поспорить не мог. И мы битый час таскались по аллеям парка. А на улице, как бы, вообще не лето. Замерз, честно говоря, словно пес бездомный. Уже ничему был не рад. Начал грешным делом с надеждой подглядывать по сторонам, ожидая возвращения Клячина. Хотелось обратно в Школу. Честное слово. Даже скромный барак в данный момент казался мне отличным местом. Там буржуйка… Пацаны…
Когда вдалеке появился Николай Николаевич, я обрадовался ему, как родному.
– О… А вот и Клячин… – Бекетов повернулся в ту сторону, куда пялился я. – Значит, пора возвращаться тебе, Алексей.
Он остановился, посмотрел на меня пристально.
– Как же удивительно ты похож на отца… А вот взгляд… Взгляд Марины. Один в один…
Я мысленно выругался матом раз двадцать. Достал уже с Мариночкой. Сколько можно? Вполне понятно, Бекетов реально матерью Алеши был увлечен. Вон, до сих пор мужика плющит. Может, он потому и помогает? Типа, старая любовь не ржавеет. Это я ещё хоть как-то понять могу. Более-менее подходящее обоснование.
Люди разные. Некоторые реально годами по первой влюблённости сохнут. А у Бекетова, похоже, до сих пор нет семьи. По крайней мере, в разговоре ничего подобного не всплывало. Хотя, с другой стороны, для старшего майора государственной безопасности момент кристальной чистоты биографии тоже немаловажен. Где-то слышал байку, будто в советское время чиновников заставляли жениться чуть ли не по приказу. А уж на такой должности, как у Бекетова, вообще должна быть образцовая семья. Жена с хорошей родословной и дети, которые цитируют Карла Маркса с рождения. Нет, должна быть семья.
– На следующих выходных снова увидимся. – Игорь Иванович шагнул ко мне и крепко обнял. Так крепко, что у меня из груди вырвался стон. Ну, или это от радости, что наша прогулка, наконец, завершилась. Все равно толку от неё никакого.
Пока Бекетов демонстрировал наглядно свое хорошее расположение, я скромно топтался на месте. Хватать его в сыновьи объятия не очень хотелось. Поэтому сделал вид, будто засмущался. Мол, не дорос ещё, чтоб вот так запросто вести себя со старшими майорами.
– Ну, все… Иди… – Он, наконец, отпустил меня и даже подтолкнул в спину к Клячину, который, кстати, подходить к нам не стал. Замер истуканом неподалёку, с интересом рассматривая голые деревья.
– Замерз? – С усмешкой спросил старший лейтенант госбезопасности, когда я поравнялся с ним.
– Слов нет, насколько. Сейчас что-нибудь отвалится, честное слово. – Я поёжился.
На улице ещё не было морозно, но осенняя мокрая слякоть упорно пробиралась под одежду. А это ещё хуже.
– Идём. Отвезу тебя. – Клячин пошел к выходу из парка и я с огромнейшим удовольствием рванул следом за ним, стараясь не отставать.
– А у Вас как дела? Все сделали? Видели Зайцева? – Зубы слегка постукивали, поэтому старался говорить коротко. Рубленными фразами.
– Видел. – Клячин равнодушно пожал плечами. – Гнида, конечно. На роже написано.
– Слушайте, а что Игорь Иванович имел в виду под распоряжением "решить проблему"?
Чекист повернулся и посмотрел на меня с каким-то странным выражением.
– Ты, Алексей, голову не забивай. Не твоя это забота. Зайцев – он такой… Мусор. Дерьмо, а не человек. Недопустимо нам сейчас подобные экземпляры в свои ряды включать. Надо ещё разобраться, как он в список попал. Крайне ненадёжный товарищ.
На этом все пояснения закончились. А мне, в принципе, было достаточно. Главное, что Василия исключат из Школы. А куда отправят? На самом деле, меня не касается.
Мы дотопали до "Воронка". Я с огромным удовольствием забрался внутрь. Клячин уселся за руль, завел мотор и только в этот момент я заметил одну крохотную деталь. Но именно тогда, отъезжая от Сокольников, не придал ей значения. На скуле Николая Николаевича появилась еле заметная ссадина. Маленькая совсем. И в тот момент я отметил её в памяти чисто машинально. Даже не сообразив, а была ли она изначально. Мне очень хотелось обратно в барак, а до всего остального просто не было дела. В голове вертелась радостная мысль – мы едем обратно в Школу.
Глава 7
В которой я пребываю в растерянности.
– Как исчез? – Я уставился на Бернеса, бестолково хлопая глазами. – Марк, ты чего несешь? Он ведь не фокусник, чтоб такие штуки проворачивать. И не туман, чтоб раствориться в воздухе. Это, между прочим, человек. Взрослый. Ничего не смущает? Никого?
Вид у меня был, наверное, сильно офигевший. Логично. Офигевший вид, потому что я – реально офигел. Можно было бы сказать, удивился, но не скажу. Удивиться – это узнать нечто неожиданное. Слегка неожиданное. Типа – серьезно? Надо же! И пойти дальше заниматься своими делами. А Марк сейчас говорил то, чего быть не может.
– Как, как… Вот так! – Бернес развел руками. – Мы сами не поняли. Это произошло в одно мгновение. Глазом не успели моргнуть. Сказал, сейчас, мороженого куплю. Тележка стояла… Ну, может, шагах в двадцати от нас. И все. Ни мороженного, ни Зайца. Кинулись минут через пять-десять, а его и след простыл.
– Какое мороженое? Какое "куплю"? Откуда у него деньги? – Я задавал вопросы друг за другом, без остановки, а сам думал, что за чушь несу? Ведь откровенная чушь, на самом деле.
Разве важно все это? Василий пропал. Вот – главное. Черт… Пропажа Василия вторична. Кого я пытаюсь обмануть? Пропал, да и хрен бы с ним. Но! Теперь внимательно осмысляем каждое слово. Василий пропал после того, как Бекетов велел Клячину решить проблему. В чем и есть основной затык! Совпадение? Очень сомневаюсь.
– Дык нам Панасыч выдал. Погоди… – Бернес метнулся к тумбочке, открыл дверцу, вынул оттуда что-то, и подскочил обратно ко мне. – Смотри… Я купил себе на память… Беречь буду. Внукам показывать…
Он с гордостью показал небольшую открытку с изображением Кремля. Я, честно говоря, еле сдержал огромное желание опустить Марка с небес на землю. Внукам он собрался показывать… До детей бы сначала дожить.
Однако, вовремя прижал язык. В конце концов, Бернес ни в чем не виноват. Зачем на нем срываться?
– Шикарно! Отлично! Великолепно! Обзавидуешься. А с Зайцем-то что? – Снова повторил я свой не очень умный вопрос.
Не очень умный по той причине, что ответа на него нет. Как и Зайца. Его тоже нет.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.