Евгений Прошкин – Палачи (страница 58)
— Я вижу, — сказал подполковник. — А раньше была. И на карте она отмечена. Вот я и решил, пока ты спишь, выяснить, кому понадобилось ее заделывать. Да еще так небрежно. Кстати, что снилось?
— Ничего, — соврал Гарин.
— Ничего? С тобой такое случается?
— Иногда.
— То есть ты по-прежнему не знаешь, где находится Марина?
— Нет, я…
«Скажи „да“!» — потребовал Пси-Мастер внутри его головы.
«Ты здесь?»
«А ты догадлив! Скажи „да“, ты и так уже затянул паузу».
«Ты скажешь мне, где Марина?»
«Нет. Но я дам тебе пару подсказок».
«Зачем тебе помогать нам?»
«Потому что покамест мне с вами по пути».
«А когда станет не по пути?»
«Какой же ты нудный! Ты можешь просто сказать „да“?»
— Да, — вслух ответил Олег.
— «Нет, я… да»? — Михаил перестал таранить стену и обернулся к нему. — Как это понимать?
— И да, и нет, — отчаянно импровизировал Гарин. — Я не знаю точного места, только направление.
— И что за направление?
«Пси-Мастер, что мне ответить?»
«Как ты меня назвал?»
«Пси-Мастер».
«То есть я уже не старый чокнутый придурок?»
«Нет. Извини меня. Что мне ответить? Подскажи, ты же обещал!»
«Хорошо. Вот тебе первая подсказка. Куда дует юго-восточный ветер?»
«На юго-восток».
«А если подумать?»
— Она на северо-западе! — выпалил Олег.
— На северо-западе? — нахмурился Столяров. — От чего?
«От чего? Мне нужна еще подсказка!»
«Получай. Когда падает „А“ и пропадает „Б“, где остается „И“?»
«Ты издеваешься!»
«Отнюдь».
«Кто такие эти „А“ и „Б“?»
«Ты еще глупей, чем я думал. Разумеется, это буквы».
«Какие буквы? „А“, „Б“ и „И“? Значит, всего шесть комбинаций: аби, аиб, баи, биа, иаб, иба. Чушь какая-то! Как там было? „А“ падает, „Б“ пропадает? — повторил Гарин. — А-а-а! „А“ упала, „Б“ пропала, „И“ осталась… на трубе?»
«Бинго!»
— К северо-западу от трубы! — ответил он.
— Откуда ты это узнал? — спросил Михаил. — Ты же сказал, что тебе ничего не снилось.
— Снилось, просто я все забыл. А когда ты спросил — вспомнил.
— Может быть, ты еще что-нибудь вспомнишь?
— Может быть. Но пока — только это.
Видимо, этот ответ удовлетворил подполковника, и он вернулся к прерванному занятию. Дважды врезавшись в стену плечом, он опомнился.
— Чего это я? Ты ведь уже не спишь, можно шуметь. — И ударил в стену ногой. На окаменевший линолеум посыпалась штукатурка. — Ну вот, другое дело!
После десятка мощных ударов и трех выстрелов замаскированная под стену дверь с грохотом распахнулась. Столяров дождался, пока осядет пыль, подобрал фонарик и шагнул в потайное помещение.
— Я был прав! — доложил он оттуда. — Это чей-то схрон. О, гранаты! Целая коробка! И тротил! Ящик тротила! Как же я все это потащу… О-о, вопрос отпал! Здесь экзоскелет! С броней! Всего один. Надеюсь, ты не претендуешь? О-о-о-о!
Это восторженное «О-о-о-о!» сильно заинтриговало Олега. В самом деле, что могло обрадовать Михаила вдвое больше, чем боевая броня, и вчетверо сильней, чем его любимые гранаты? Так и не зашнуровав до конца ботинки, которые с него спящего снял Столяров, Гарин шагнул к двери. Но Михаил и сам шел ему навстречу.
— Мы ведь недалеко от саркофага, — непривычно задумчивым, даже лиричным голосом сказал он. — Если верить легенде, где-то здесь находился Исполнитель Желаний.
— Ты про кристалл, которому поклонялись «монолитовцы»? — уточнил Олег. — Может быть. И что?
— Да ничего. Просто я очень давно мечтал пострелять из такой штуки.
На широком ремне, переброшенном через плечо Столярова, висел небольшой пулемет.
— Ствол вроде коротковат, — неуверенно сказал Гарин. — Да и приклад тоже.
— Ствол! — фыркнул Михаил. — Что б ты понимал! Отличный «десантный» ствол, триста сорок девять миллиметров. А приклад, кстати, раскладывается. Штурмовая рукоятка, все дела! Калибр, правда, детский: пять пятьдесят шесть. Зато он ручной, совсем ручной. Без патронов весит меньше шести килограммов.
Он погладил брезентовую сумку, подвешенную к пулемету, как будто почесал брюшко любимой кошке. Хотя Столяров не производил впечатления человека, у которого есть любимая кошка. Похоже, все, что он любил в этой жизни, помимо сына, находилось сейчас в его руках, и Олег даже слегка ревновал товарища к находке.
— Что за машинка? — спросил он.
— FN Minimi SPW, — ответил Михаил, счастливый, как ребенок. — Special Purpose Weapon. Бельгийская разработка.
— Понятно. — Гарин наконец зашнуровал ботинки. — Ну что, пойдем?
— Ага. Подождешь, пока я переоденусь? — Столяров метнулся к схрону.
Олег усмехнулся.
— Ты прямо как девочка, которая собирается на танцы.
— Танцы? — из-за двери удивился Михаил. — Что за доисторический жаргон? Даже в моей молодости это называлось дискотекой. А в твоей, наверное, дэнс-пати или что-то вроде того.
— Не отвлекайся, филолог! — Гарин постарался, чтобы в его голосе звучала только ирония, а не волнение, которое он на самом деле испытывал.
«Твои проделки?» — мысленно спросил он.
«О чем ты, глупыш?»
«Не притворяйся, что не понял! Зачем ты провоцируешь Столярова?»