Евгений Пожидаев – Проект «Близнец» (страница 13)

Слегка киваю головой мужчине:

— Доброго вечера, Петр Валерьевич, — для проформы разгоняю густые клубы дыма перед лицом.

— Здравствуй, Алексей, — безэмоционально отвечает он: понятное дело, кальян интересней какого-то младшего наследника, который еще и ничего не решает в по-настоящему важных делах.

Я усаживаюсь напротив отца. Гальдин в этот момент встает и проходит мимо нас с легкой улыбкой.

— Не буду вам мешать, господа, а то еще ненароком подслушаю родовые секреты.

Отец на это никак не реагирует и тут я понимаю, он указал мне на мужчину не для приветствия, а для того, чтобы я при нем не сболтнул лишнего. Первое, что делает Федор Максимович, когда мы остаемся наедине — это смотрит на часы. Довольно кивает и тихо спрашивает, чтобы никто не услышал:

— Получается, количество Кругов маны напрямую коррелируют с пунктуальностью у тебя? — после этих слов под его бородой появляется улыбка.

Чтобы не выбиваться из роли, да и в целом… в общем, смеюсь так, будто бы шутка меня повеселила. На деле же я лишь снова мысленно закатываю глаза: долго же мне придется выправлять репутацию после предшественника. С другой стороны, значит, и ждать от меня будут совсем не того, что я смогу продемонстрировать и на этом можно сыграть.

Отец тем временем снова становится серьезным.

— Но без фокусов не обошлось? Так?

— О чем ты? — не понимаю я, хотя мысли есть.

— Алексей, не прикидывайся. Игорь мне уже сообщил. Какой к черту «Бизон»? Или тебе что, нравится меня позорить? Почему ты не взял «Чайку»?

Действительно — почему? Наверное, да и только потому, что хитрый братец не позволил моему слуге пригнать машину представительского класса из родового автопарка. Однако сказать я об этом даже не думаю — успешные и влиятельные аристократы никогда не оправдываются. А я планирую стать как раз таким.

— Отец, это всего лишь…

— А, да плевать, — отмахивается он. — Главное, что ты за голову взялся.

А затем отец мне рассказывает, почему вообще пригласил меня на это мероприятие. Как выяснилось, в последнее время между нашим родом и Гальдиными длится, так скажем, активный период холодной войны. Конечно, я не мог не спросить — зачем тогда здесь глава их рода и наследник?

— Был у меня перед Гальдиным должок, вот и пригласил. Зато теперь нет.

— Наверняка ждешь от него какой-нибудь провокации? — спросил я, намекая, что просто так он бы сюда не пришел. И надо же зарабатывать очки репутации в глазах главы рода, а такие разговоры позволяют это сделать без особых затрат для меня.

— Конечно, «фокус» они точно выкинут. Может, попытаются сорвать презентацию или распугают потенциальных крупных покупателей и инвесторов, уже после нее.

Слова отца идеально вяжутся с тем, что Гальдин и его дружок Жаров охотно изображают дружелюбие, хотя сами явно меня недолюбливают.

Отец предрекает меня, чтобы я был готов действовать, если что-то случится и будет угрожать успеху нашей презентации улучшенной модели ПАДов. Все это выливается в довольно длительную лекцию, которую я успешно пропускаю мимо ушей, так как и сам все прекрасно понимаю, но вынужден отыгрывать роль смиренного сына.

— Я не подведу, — отвечаю.

— Хорошо. Игоря с девочками я уже предупредил, — говорит отец и затягивается дымом, громко побулькивая пузырями в колбе кальяна.

Тем временем я размышляю: неужели, правда, эти Гальдины настолько отмороженные, что их сын хочет меня отравить прямо здесь? Это ведь не просто срыв мероприятия — это веский повод к началу родовой войны, что разрешено законами империи. Главное — сообщить об этом заранее, чтобы все было официально. Да и потом — на кой-черт травить меня, если я не претендую на «престол»?

— И это, кха-кха, — прокашливается отец, — не вздумай пить с Гальдиным и Жаровым, обычно это хорошим не заканчивается.

— Разумеется, — изображаю удивление, будто бы даже не думал.

В этот момент ассоциативный крючок материализуется сам собой, и я вспоминаю не особо важный, как мне показалось на тот момент, отрывок из досье. В общем, всякий раз, когда прежний Алексей встречался с Гальдиным и Жаровым, они, мягко сказать, напивались.

Причем, что удивительно, в какой-то момент именно для Алексея это начало всегда заканчивалось плохо: разбитая в хлам «Жемчужина», грубая попытка подкатить к дочке влиятельного аристократа… — они же выходили сухими из воды.

Двигаюсь теперь уже по «скачанным» воспоминаниям, совсем свежим. Как выяснилось, Алексею все же хватило ума понять, что Гальдин и Жаров не были его настоящими друзьями, а лишь спаивали его, чтобы он творил себе во вред. Да, Алексей любил выпить, особенно, если его подначить к этому, а потому это не составляло большого труда.

Однако ради справедливости, нужно все-таки учесть, что прежде эти двое, действительно, были настоящими друзьями Алексея, а потом начались какие-то родовые перепалки, «холодная война» и всё такое… В итоге Алексей понял, что Гальдин и Жаров ему не друзья, только после того, как пьяным разбил «Жемчужину». Вот ведь негодяи, все трое! Портить этот шедевр русского автопрома! Как можно! Эх…

После «знаменательного» ДТП Гальдин и Жаров так и продолжили звать Алексея в клубы и рестораны. Один раз он даже съездил и вдруг понял, что выпить ему не столько хочется, сколько предлагали эти двое и всё подливали.

С того момента их «дружба» не просто пошатнулась, а ей пришел конец. Однако парни часто виделись в общих компаниях или по делу, ведь они наследники влиятельных родов и живут в одном городе.

Теперь мне хотя бы понятна ситуация. Вовсе никто не пытался меня отравить. Гальдин с Жаровым, как и прежде, лишь пытались помочь мне напиться, чтобы я вытворил что-нибудь неадекватное. Думаю даже, что их это заставляли делать их старшие родственники. Иначе объяснить напор парней крайне сложно. Вот только я — не прежний Алексей.

Нейтрализапек уже плещется в желудке: он нейтрализует любой яд. Яд алкоголь или нет — это спорный вопрос, однако действующее вещество из капсулы нейтрализует и его. А что касается пьяной речи, неуверенной шатающейся походки и прочих атрибутов — отыграю их идеально. Но что-то я не думаю, будто бы это главный и единственный «фокус», ради которого на мероприятие напросился сам Петр Валерьевич Гальдин. Не стал бы умный глава рода тратить «должок» своего недруга и конкурента по бизнесу на такую мелочь, а значит, нас ждет нечто более интересное.

Знать бы еще, с какой именно стороны ждать подвоха. На самом деле у меня не так много информации про Гальдиных. Цепляет только один момент — они тоже производят ПАДы в Новосибирске. Причем, если верить той информации, что я «вспоминаю» и нахожу на просторах интернета, целых две модели. Имею в виду, что ПАДы с буквой «Б» в названии не считаются отдельными моделями, ведь они для простолюдинов.

Так вот, завод Гальдиных выпускает две разные модели. Одна облегченная, а вторая — тяжелая. Если не вдаваться в подробности, у каждой модели еще есть типы с буквой «Б» в названии. Кроме того, у Гальдиных явно более слабый маркетинг, однако большой выбор позволяет им делать продажи не намного ниже, чем заводу нашего рода. Собственно на фоне этого и существует конфликт, который, время от времени, переходит из одной стадии в другую.

Мы беседуем с отцом какое-то время. Так сказать, поддерживаем традиции хорошего светского вечера, ведь к нам то и дело подходят разные гости — потенциальные покупатели и инвесторы, в том числе благородные, купцы и наши родственники.

Позже, уже на улице, где подготовлена небольшая сцена и расставлены стулья, мы собираемся вместе. От нас отсоединяются, чтобы уйти за кулисы, только Федор Максимович и высокий худой мужчина — директор завода. Он, пожалуй, самый высокооплачиваемый слуга рода, так как контролирует очень многое.

Люди рассаживаются по своим местам. Мы — Орловы, как представители рода, усаживаемся в первые ряды. Что примечательно, чем «важнее» человек, тем ближе он сидит к сцене. Что странно, глава рода Гальдиных, его сын и какой-то мужчина тоже в первом ряду второго сектора зрительских мест.

Презентация персонального артефактного доспеха начинается. Сперва мы смотрим эпичный двухминутный ролик — в нем есть всё: шикарная компьютерная графика, интересная подача материала, перечисление ТТХ и даже немного юмора. А концовка обыграна так: мужчина с экрана, указывает в сторону, как раз за кулисы и говорит, что сейчас оттуда появится сам ПАД.

В этот же момент отец выходит на сцену с противоположной стороны. Он встречается с серым манекеном, что облачен в «Драгоритный Покров» и который катят на специальной тележке слуги рода в центр сцены, и его выступление начинается.

Отец рассказывает самое важное и не затягивает с речью. Затем отвечает на вопросы, что примечательно, Гальдин сидит и помалкивает. Он не хлопает в ладоши, но ведет себя достойно — никаких провокаций или косых взглядов. Значит, подготовил что-то еще и его хода нам теперь придется ждать.

Отец тем временем еще раз напоминает, что улучшенная модель ПАДов будет стоить не настолько дороже, насколько она стала лучше. Вот только говорит он это другими словами, очень заумной фразой — ее точно долго придумывали и доводили до совершенства в отделе маркетинга, а потому публика ликует. Вернее, только часть публики, все-таки равнодушные люди есть везде и всегда, а кого-то просто не впечатляет презентация.