Евгений Пожидаев – Проект «Близнец». Том 3 (страница 9)

Его черный берет уже на боку, а фирменные очки-гогглы — на глазах. Значит, снова на него нашло…

Глава 5

Иду к месту тира, которое на голом бетоне отмечено красным крестом, нарисованным с помощью баллончика — как раз в стиле Жезаря. Немного грубовато, но в целом все понятно.

Каждый шаг, каждое движение рукой, головой или корпусом — плавное и легкое. Сервоприводы — мышцы и связки «Метаморфа» — работают идеально.

Они не гудят, не скрипят, а лишь едва слышно гудят и скользят по смазанному металлу, когда доспех приходит в движение. В локтевых и коленных сгибах — гибкие черные полимерные вставки. Они тоже матовые, но мягкие, как кожа ската.

Усилители скрыты под слоем брони, но их присутствие четко ощущается. Они не стесняют движений, наоборот — усиливают их.

В кистях ПАДа — титановые экзосухожилия. Они сжимают кулаки с давлением гидравлического пресса: ни меч, ни любой огнестрел точно не вылетит из рук. Более того, с настолько крепкой хваткой я могу даже карабкаться по стенам и скалам. И это при всей массе «Метаморфа».

В голенях — амортизационные пружины, готовые выбросить меня в стремительный прыжок. С их же помощью можно выдавать настолько мощные удары ногами, что врагам явно не поздоровится.

Вдоль позвоночника — ряд черных сегментов, похожих на позвонки древнего динозавра. Как говорит Жезарь, это кинетический стабилизатор, гасящий избыточную инерцию и делающий движения неестественно плавными.

Но и это еще не всё. Впрочем, пора уже взяться за дело, ведь маны я испускаю достаточно, чтобы запитать «Метаморфа». Первым делом он покрывается едва заметным энергетическим доспехом — вторым слоем: пленкой из мелких слегка фиолетовых шестиугольников.

— Идеальная форма! Пчелы не зря делают свои соты в форме гексагонов! — комментирует Яков Савельевич. — Да и псевдомышцы со связками работают как надо.

Дальше я прогоняю ману небольшими волнами через магические каналы и узлы. ПАД становится с каждой секундой всё более податливым для магии, он превращается в продолжение моей магической структуры, что уже неотделима от самого организма. Более того, в «Метаморфе» даже есть два хранилища для маны, что-то вроде аккумуляторов.

Жезарь заверял меня, что они не настолько тяжелые, насколько принесут пользы. Тоже думаю, что использовать запасенную ману в любую секунду — полезная возможность. Нечто вроде системы второго шанса.

Наконец узлы и каналы достаточно прогреты маной. На магическом уровне я чувствую, как они расширяются и гудят — полностью готовы адаптироваться под любой аспект.

Решаю начать с огня. Мана зарождается в ядре, затем проходит по спирали через Круги. И вот она, готовая взорваться пламенем, уже мчится по каналам «Метаморфа». Вытягиваю руку вперед — мощный поток огня вырывается в сторону деревянной бочки. Сносит ее, разбивает о бетонную стену и превращает в черные угли.

— Огонь — есть! — Жезарь уже не вытанцовывает на месте, он поправил берет и ведет себя вполне адекватно.

Я бы даже сказал, как уважаемый пожилой джентльмен, что к старости не растерял шарма.

Я тем временем выпускаю в ПАД новую порцию маны. В этот раз она, образно выражаясь, не мчится по каналам, а бежит. Это аспект воды, благо за спиной есть емкость с ней для упрощения работы и экономии энергии. Легко формирую водные хлысты и бью ими по манекену. Сразу после отправляю в него несколько острых ледяных ледышек.

— Вода, лед, — констатирует Яков Савельевич, — отлично, продолжаем.

И я продолжаю. Атакую мишени все новыми аспектами, пока весь мой арсенал, как мага-универсала, просто не заканчивается. После этого уже нет смысла проверять магическую составляющую «Метаморфа»: она работает идеально.

А вот проверить некоторые другие узлы и технические решения не помешает.

— Держи, Алексей! — Жезарь подхватывает черный массивный автомат с двумя вместительными магазинами, щелкает по нему пальцами, будто играет с любимым питомцем, и протягивает мне.

— Отличный выбор, — одобрительно киваю.

Беру тяжелый автомат в левую руку, дергаю затвор и целюсь во все тот же многострадальный манекен. Жму указательным пальцем левой руки на спусковой крючок, и на конце дула вспыхивает огненный цветок.

Пули летят точно в цель. Отдача, конечно же, у такого мощного оружия есть. Но я ее просто не ощущаю, будто и нет ее вовсе. Это работают те самые стабилизаторы, что почти полностью гасят отдачу от тяжелого оружия. Единственное, левой рукой ощущаю чуть больше тепла, но это не критично. По итогу пули ложатся практически в одну точку — впечатляет.

Возвращаю автомат Жезарю. Остается протестировать лишь одну инновацию. Иду к деревянному огородному чучелу. От него хоть что-то осталось. Вытягиваю правую руку за спину, чтобы схватить рукоять «Когтя дракона». Казалось бы, что это возможно только в видеоиграх.

Как бы не так! Почувствовав специфическое положение руки, «Метаморф» автоматически считывает мое желание пустить в бой холодное оружие.

Реагирует моментально, только я беру рукоять, как сложные технические ножны за спиной раскрываются. И теперь мне не нужно тянуть клинок наверх, пока острие выйдет наружу. Достаточно лишь потянуть рукоять вниз, и клинок, будто рычаг с опорой на плече, быстро оказывается передо мной.

Один точный взмах — чучело разваливается на две части.

— Браво! Бра-во!

Оборачиваюсь и вижу, как Яков Савельевич начинает медленно хлопать. Он улыбается, а значит, доволен испытаниями. Как и я, разве что восторга от «Метаморфа» он не видит на моем лице из-за шлема.

⁂

— Всё, Алексей, снял? Отлично, можешь езжать домой и передохнуть… Давай-давай, наверняка тебя там ждет любвеобильная красотка.

— Понял, Яков Савельевич. До скорого, — киваю я.

Когда он так говорит — это значит, что разговора не получится. Более того, если сам Жезарь намекает, что хочет остаться один, значит, люди его снова бесят больше, чем что-либо на свете. В том числе и я. А поэтому не вижу смысла возражать этому «творцу». Пусть мастер делает свое дело, а то еще будет ступор с выполнением заказа — уж очень такие люди могут быть капризными, но полезные и этого не отнять.

— Подшаманю немного, заберешь через три дня, — Яков Савельевич говорит это и отворачивается. Он поправляет черный берет и над чем-то глубоко задумывается.

— Обязательно, — отвечаю я и ухожу.

Через минуту я снова за рулем «Соболя» и мчусь обратно в поместье. Идет небольшой дождь, дворники синхронно сгоняют воду с лобового стекла. Свет фар встречных машин разбегается желтыми размытыми лучами по каплям в воздухе. Стало прохладно, я включил печку.

Уже через несколько дней я смогу испытать «Метаморф» в реальном бою. Может быть, это случится на одном из ближайших заданий, где-нибудь на границе Российской Империи с одной из недружественных стран.

Или это может быть внутренний локальный конфликт. Конкурентов и недоброжелателей у меня много. Главное — не привлекать излишнего внимания Империи и «друзей» к моему новому ПАДу.

⁂

— Аманда, изумительно готовишь, — доедая завтрак, говорю я.

— Спасибо, Алексей Федорович, — довольно улыбается моя верная помощница.

Теперь, когда прием пищи позади, можно обсудить дела. Причем Аманда об этом хорошо знает и почти сразу после того, как я встаю из-за стола, спрашивает:

— Будут какие-то распоряжения на сегодня?

— Нет… а вообще-то — да, есть одно, — задумываюсь на секунду, — найми горничных. Хочу, чтобы в поместье было не просто чисто, а идеально чисто.

— Лично всех проверю на соответствие, — отвечает Аманда, делая пометки в планшете. — Сделаю в ближайшее время, господин.

Я подхватываю рацию и выхожу на террасу:

— Артем, бери бойцов, сейчас подвезут ПАДы. Нужно разгрузить.

— Есть, Алексей Федорович! — радостно отвечает он.

Вместе с капитаном гвардии и бойцами мы выходим к центральному входу — встречать грузовик. Никиту с Денисом я не звал, у них много собственных дел, но и они подтягиваются.

Грузовик разворачивается дверками к входу и останавливается. Из него выходит водитель с бланком, почтенно кланяется мне и протягивает документ:

— Распишитесь, Алексей Федорович?

— Как только мои парни убедятся в целостности груза, — спокойно отвечаю я.

— Да-да, разумеется, — кивает мужчина и терпеливо замирает в ожидании.

Артем, Дем и остальные бойцы принимаются вытягивать из кузова деревянные ящики и ставить на каменную дорожку. Никита с Денисом тем временем вскрывают их с помощью ломиков и проверяют не только целостность, но и комплект.

В больших ящиках — «Драгоритные покровы» двух моделей для магов и модель «Б» для людей без дара. Первых, конечно, больше, банально потому, что жизнь мага, как боевой единицы, в сражении ценится много больше, чем рядового бойца. Да и ПАДы для меня — это все еще не обычные ежедневные покупки, а вполне себе приличные траты.

— Все отлично, господин! — в конце выгрузки сообщает мне Федотов.

— До свидания, — говорю я водителю и возвращаю документ с моей подписью.

— Благодарю, Алексей Федорович, — кивает он, прощается и уезжает.

— Что, парни, пришло время примерить ПАДы и потренироваться? — с коварной улыбкой спрашиваю я. Отлично представляю, насколько более качественными и сложными будут теперь тренировки.

— С радостью, господин! — зычно отвечает Федотов, а затем и остальные бойцы.

Собственно, именно с этого дня я и бойцы начинаем усиленные тренировки. Каждый из парней теперь тренируется по новым стандартам: физическая подготовка, работа с магией, сражение в ПАДе, отработка тактики против бойцов в ПАДах и магических существ.