Евгений Пожидаев – Оружие души. Кузнец. Том 2 (страница 28)

А дальше только хуже. Мы бежали среди машин и по тротуару. Гоблины вываливались отовсюду. Буквально! Некоторые вылезали из раскуроченных машин, другие падали из окон второго и третьего этажей. Мы легко с ними разделывались и приближались к грузовику.

Нам по пути встречались военные и другие Искатели. Впрочем, не так уж их было и много, как того требовала ситуация. Я не был в курсе всех событий, а потому понятия не имел, почему в этом маленьком городке не следили за Подземельем. Прорыв — это ошибка, которая обычно стоит большого количества жизней, а затем неизбежной «зачистки» в рядах местных Искателей, военных и всяких деловых людей, что привыкли руководить из кабинетов.

Гоблинов становилось только больше. Теперь они уже бегали по улице целыми группами. Мы методично убивали их и пробивали себе путь к грузовику. Я знал, что он на перекрестке в конце проспекта с четырехполосным движением.

— Господин! Господин! — Наглый размахивал рукой с грузовика.

— Ждите! — выкрикнул я, вонзая клинок в узкую грудь зеленой твари.

Как оказалось, добраться до грузовика было не так уж и сложно. Вместе с «Молотом» мы уложили где-то пятьдесят гоблинов. Среди них не было особенно сильных монстров, все они были вовсе не ровней тем тварям, с которыми мы сталкивались в последнее время на этажах Подземелья.

Я подсадил Алену, Иван протянул ей руку. После Тимур, Денис и наконец — я. Все мы забрались на грузовик, чтобы обороняться от гоблинов. Если появятся мародеры, то сперва им придется пробиться через зеленых монстров, уже потом через меня и моих бойцов.

Отбиваться было легко… Легко, пока не хлынули вторая, третья, четвертая и черт знает сколько еще волн. Причем с каждой последующей гоблины становились только опаснее. У них крепла броня, оружие становилось смертоноснее, а сами твари были сильнее и умнее.

Гоблины-лучники — вот эти твари могли доставить реальных проблем, однако мы с ними справлялись. Гвардейцы стреляли из арбалетов, Алена — из лука. Я метал молот, запускал лезвия и использовал меч аспекта воздуха, как и Иван с Тимуром. Денис тоже нам помогал, только он не использовал посох, ведь в городе запросто можно было устроить пожар.

— Кто убьет больше гоблинов, получит награду! — воскликнул я, чтобы хоть как-то подбодрить своих людей, — Гвардейцы, вы тоже участвуете!

— Да куда ж нам, господин, до Искателей?

Наглый улыбнулся, срубая голову очередному гоблину. Зеленый сиганул с соседней машины и повис на краю грузового контейнера, неумело размахивая топором.

— А вы соревнуйтесь между собой! — ответил я, молот в этот момент прошиб гоблина насквозь и вырубил еще одного.

— Я в деле! — в глазах Наглого промелькнул охотничий азарт.

Знал бы еще он, насколько на самом деле слабы даже сильнейшие из гоблинов… Они могли нас взять разве что числом. А между тем их становилось все больше. Интересно, где вообще городские Искатели и чем они заняты? Или это грузовику с гвардейцами так не повезло оказаться на этой улице?

Очень скоро вокруг грузовика выросли зеленые кучи из дохлых монстров. Другие гоблины разбегались и прыгали прямо по ним вверх. Теперь они уже целыми группами сразу пытались забраться на стальной контейнер. Уж не знаю — мы чаще топтали пальцы, что хватались за край или рубили головы, что показывались на уровне наших колен.

Так или иначе вскоре гоблинам уже не нужно было проявлять чудеса ловкости. Они свободно карабкались по трупам сородичей и обрушивали на нас мечи с топорами.

Сражение длилось часами. Казалось, я уже ни о чем не думал, а только сжимал в руках молот и меч. Гоблины дохли, как мухи. Но и гвардейцы не были Искателями, а потому раненые появились быстрее, чем мы того ждали. Их пришлось определить в центр крыши и защищать. Кто-то просто не мог сражаться, кто-то истекал кровью, а некоторые все еще неуклюже оборонялись мечами и арбалетами.

Наконец, в конце улицы мы увидели не просто группу Искателей, а целую толпу. Их было человек сорок. При поддержке военных, они стеной мчались вперед, истребляя на своем пути гоблинов. В какой-то момент они дошли и до нас. На этом сражение за грузовик и жизни закончилось.

— Шестьдесят три, — прошептал Тимур, лежа на спине и тяжело дыша.

— Семьдесят один, — буркнул Иван, он смотрел на гору дохлых зеленых монстров, будто не веря в происходящее.

— Пятьдесят семь, — на выдохе сказала Алена.

— Пятьдесят девять, — Денис только пожал плечами.

— Во даете! — удивился Наглый. — А у нас рекорд — сорок восемь.

— Твой? — спросил я, обливаясь потом, но наконец-то расслабившись.

— Да, господин, — кивнул Наглый.

И хоть до моего результата им всем далеко, они все равно молодцы. Груз мы отстояли, мертвых и смертельно раненных нет, так еще и помогли очистить город от гоблинов.

Репутация не бывает лишней, а на нас всех был герб моего рода.

Груз был доставлен с существенной задержкой. Но вопросов у отца это не вызвало, он был в курсе новостей и только поэтому посчитал, что я все-таки никого не подвел и не нарушил условия распоряжения.

Сказать по правде, благодарности от отца я не ждал вовсе и не потому, что он такой плохой. Нет.

Я, действительно, уже был не ребенком, а просто выполнял свою работу. А разве будет кто-то благодарить человека за то, что он выполняет свою работу?

Эти мысли помогли мне прийти в себя во время отдыха, после возвращения в поместье. Более того, я никогда не рассчитывал на чью-то благодарность после побед над монстрами в Подземелье, так с чего бы вообще защиту груза ставить в заслугу? Одно радовало — наконец-то я начал выбивать из себя последние крохи инфантилизма, что отчасти компенсировалось памятью прошлой жизни.

Следующий день порадовал хорошей новостью. Одна из лучших строительных бригад в городе наконец-то закончила с функциональной частью кузницы. А это значило, что здание все еще выглядело неприглядно и вообще было не достроено, но зато уже в кузнице можно было поработать.

Горн — сердце кузницы — ждал меня, он еще не познал силу обжигающих углей и неудержимого жара. Меха — они тоже еще ни разу не «дышали», как полагается. Только инструменты, что я привез с собой, скучали по работе и ждали меня. Я позвал Михаила и велел ему сменить деловой костюм на одежду подмастерья и заняться делом.

— В новой кузнице уже можно работать, господин? — радостно и удивленно он посмотрел в окно на неприметное недостроенное здание. — Стройка же еще не завершена.

— Михаил, помнишь, я тебе рассказывал про слугу, который слишком много думал, — спросил я с улыбкой.

— Роман Иванович, я все понял, — он начал расстегивать пуговицу пиджака и поспешил в свою комнату, в крыле для слуг.

После плотного завтрака я увидел черный дым из трубы, что возвышалась над кузницей. Ну не это ли лучшее начало дня? Я поблагодарил Веру Ивановну за вкусную еду. Затем переоделся и пошел в кузницу, как же мне не терпелось насладиться невыносимым жаром, запахом угля и накаленной до белого каления стали.

— Господин изволит ковать? — Елена шла навстречу и поприветствовала меня улыбкой.

— Доброе утро, как в старые добрые времена, — ответил я и надел черные жаростойкие рукавицы.

Елена уже давно не была робкой и неуверенной в себе. Теперь это элегантная, уверенная и деловая девушка, которая управляла прислугой, помогала мне решать важные вопросы и хорошела с каждым днем. И я не только про внешность, Лена училась и набиралась знаний. Все чаще она применяла их на практике и это приносило пользу не только мне, но и в перспективе всему роду Черновых.

— Готово, Роман Иванович! Этот горн просто чудовище, а меха… дуют, как ураган! — на красном лице Миши сияла улыбка, парень обливался потом, но был рад снова поработать.

— Если заготовка готова, можешь передохнуть, — ответил я. — Только не уходи далеко, ты мне можешь понадобиться.

С того самого дня, как Чернобород показал мне свое духовное перо и то, как с помощью гравировки можно зачаровать холодное оружие, почти каждый день я тратил время на изучение символов и теории. Когда-то читал книги часами напролет, когда-то мог позволить себе выделить на это дело жалкие несколько минут. Но я занимался и понимал, от чего и к чему в конечном итоге нужно прийти.

Еще в старой кузнице провинциального поместья я несколько раз пробовал нанести гравировку на обычный безстихийный меч. Все попытки оказывались неудачны. Что-то начало получаться только после того, как я раздобыл инструменты из Глоссополиса — проклятого города.

Я уже давно выяснил, что наковальня и остальные инструменты не прокляты. Но только после изучения теории понял, для чего был нужен тот странный инструмент, похожий на зубило. Именно с помощью него и обычного молота я и сделал свою первую рабочую гравировку. Однако, рабочая — не значит, что качественная. Все же такой метод работы мне был незнаком и приходилось его изучать с нуля.

Долгие месяцы я тренировался и работал над гравировкой. Оттачивал навык, чтобы символы были не просто похожи, а один в один, как в учебнике, и наконец-то у меня начало получаться. Более того, я даже вполне качественно зачаровал около десяти безстихийных мечей.

Как раз в ту неделю, когда я собирался впервые попробовать сделать гравировку с помощью духовного молота, и поступило распоряжение от отца. Времени на это уже не оставалось, нужно было озаботиться переездом. И вот только сегодня я вернулся к неудержимому жару горна и звонкой песне холодной черной наковальни.