Евгений Пожидаев – Кузнец. Том 4 (страница 31)

А в поместье, не считая меня и старшего брата, собрались Матвей, Виктор, Максим, Никита и еще несколько людей, причем не все из них аристократы. Зато всем собравшимся я доверяю не меньше, чем себе самому. Кроме того, почти все они уже втянуты в противостояние, конечно, не в прямое, но все же.

И пока мы собирались, пока слуги все подготавливали было время пообщаться на отвлеченные темы. Матвей, после знакомства с Геной, не козырял стихами, он все порывался подговорить моего брата на спарринг.

Понятно дело, что не сейчас — позже, а само желание помериться силами вызвано тем, что Гена буквально прославился среди некоторых благородных, когда убил Щеглова еще и под убойной дозой берсерка.

Гора поглядывал на Гену с некоторым подозрением, но ничего против не говорил и в целом на конфликт не нарывался. Макс и Никита — ну, эти молодые парни после встречи и тесной работы с Горой уже никого не стеснялись.

Сам же Гена лишь одобрительно кивал мне. Он в какой-то мере восхищался, что у меня уже столько друзей, причем, как он сам говорил, не какой-то школоты, а вполне уважаемых, солидных мужчин и парней.

Ближе к началу совета появился Илья и, разумеется, он общался с моим братом чаще, чем остальные. По его хитрым глазам я видел, что он снова думал о бизнесе и разных выгодных сделках. Впрочем, стоило совету начаться, как Илья быстро переключился.

— Теперь, когда все в курсе… — начал старший брат. — Я по-прежнему настаиваю на объявлении Войны Родов.

— И это возможно, — не мог не признать я и пояснил для тех, кто не совсем понимал, о чем речь. — Это старинное право на открытый конфликт между родами. Однако выслушаем и других.

— Ну, разумеется, не для спарринга же мы здесь собрались. И не для заключения сделок, — ухмыльнулся Гена, сначала покосился на Матвея, а затем на Илью.

— Люблю я помериться силой, чего уж… — проворчал Матвей, затем отмахнулся и заговорил уже более зычным басом. — Предлагаю поступить хитрее. Можно вызвать лидеров ЧКЩ… пардон, ЧК, на дуэли. Я думаю, что нет никакой необходимости втягивать в бойню всех вассалов и гвардию. Такое уже может не понравиться императору, а нам зачем привлекать к себе такое пристальное внимание.

— Интересная идея, — ответил я и сейчас обдумывал все возможные варианты.

— Они ни за что не согласятся, — Гена пожал плечами.

— Пробовать надо, — ответил Матвей.

Затем слово перешло к Виктору.

— Если мы объявим Родовую Войну, то Гильдия может вмешаться и заморозить наши активы. Никакого больше исследования Каньонов, а ученым найдут других Искателей.

К сожалению, в этих словах есть доля истины. Все же сейчас Гильдия ведет с нами дела. Но организации совсем не нужны проблемы с родами и тем более они не станут ввязываться в конфликт между ними.

— Так и Несокрушимый тогда не наш будет, — тихо-тихо проговорил Матвей, очень уж его не радовала возможность такого Исхода.

— Виктор прав, — согласился я. — Нельзя потерять то, к чему мы так долго шли.

— М-да, вы тут прямо на своей волне… Ладно, в пекло. Потом у кого-нибудь спрошу, — Гена намекнул, что его, вообще-то, не ввели в курс дела по поводу нашего исследования древних руин и всего этажа.

— Расскажу позже, — ответил я, чтобы брат не дулся.

Около часа мы еще вели беседы и думали о том, как бы лучше все обыграть. В итоге решение было принято и вот тогда я наконец разрешил Вере Павловне показать все, на что она способна.

По щелчку пальцев слуги полились в просторную залу непрерывным потоком. Каждый гость и участник совета был накормлен, как следует. Позже Виктор признался мне, что переоценивал «Три Кабана», впредь хотел бы быть моим гостем чаще. Шутка, конечно, но даже в такой непростой ситуации юмор помогает не перенапрягаться.

Мы с Еленой ушли в мой кабинет, чтобы составить документы. Странное дело, но я не мог вот так просто взять и позвонить Петру Альбертовичу Черепанову и Олегу Владимировичу Казанцеву. Нет, их номера добыть — не вопрос, вот только такой звонок едва ли можно будет использовать, как способ для официального вызова на дуэль, а потому пришлось немного повозиться с бюрократией. К слову, все это Елена взяла на себя, она большая молодец.

В итоге выступить представителем рода Черновых и доставить письменные вызовы на, что важно — не смертельную, дуэль адресатам вызвался Илья.

Я не стал его отговаривать только потому, что твердо был уверен — он знает, что делает. Однако гвардейцев с ним поехало столько, что со стороны процессию можно было принять за кортеж важного иногороднего князя.

Илья быстро вернулся и сообщил, что все передал. Оставалось лишь ждать ответ. Кстати, мы с Геной еще не решили, буду ли в этих двух дуэлях участвовать я или в одной из них примет участие брат.

По сути, заранее принимать это решение не требовалось, ведь мы вызывали конкретных людей на дуэль от имени рода Черновых. Самого главу объединения — Альберта Альбертовича решили не трогать, было бы максимально странно вызвать дряхлого старика на дуэль, даже если таковым он только казался, а сам был вполне себе в боевой форме.

А итоги исхода дуэли — весьма интересны. Документ специально составлен так, чтобы максимизировать выгоду в случае победы, но и не пообещать кое-что стоящее в случае поражения мы с братом не могли.

Если проиграют Черепанов и Казанцев, то они будут должны публично признать вину, отказаться от претензий к моему роду и выплатить приличную контрибуцию.

В случае моего проигрыша, я буду должен прекратить заниматься изготовлением и продажей холодного оружия в Железнограде и некоторых ближайших городах, кроме того, тоже публично признаю неправоту, а затем выплаты и все, как полагается.

Впрочем, до этого все равно не дойдет, по крайней мере, я в этом уверен.

На следующий день я получил ответ. Илья пришел лично в поместье, чтобы сообщить его мне.

— Казанцев и Черепанов-младший отказались. Они назвали это, кхм-кхм, — прокашлялся друг, пытаясь вспомнить точную формулировку, — да, варварским обычаем.

— Испугались? — я вопросительно приподнял бровь. — Неужели их мускулами был Щеглов?

— Он самый сильный из них… Особенно, если учесть, что вечно пил алхимию, а в день нападения был под «берсерком», — объяснил Илья.

— Да ладно вам заливать, — отмахнулся Гена, что сидел неподалеку на диване. — Не так он и силен, больше слухи.

— Ну не скажи, — нахмурился Илья. — Анализы показали, что у него не кровь в венах, а берсерк! Костный мозг вообще, как манакристалл, да он и сам по себе…

— Да-да-да… А я тогда кто? — усмехнулся Гена.

— Победивший дракона сам становится драконом, — ответил Илья с улыбкой, тот еще мастер лести, хотя… в этом случае оправдано.

— Так, парни. Могу Матвею позвонить, он вам быстро спарринг организует, — я намекнул, что мы собрались здесь не для того.

— Да, извини, — виновато улыбнулся Илья. — Я продолжу: вместо дуэли — вот вы представляете⁈ — они подали жалобу в Имперский Сыск. Обвиняют ваш род в якобы «незаконных убийствах и провокациях».

— Другого я и не ждал, — Гена принял эту новость так спокойно, будто знал заранее.

После всего началось «самое интересное» — против нашего рода начали полноценную экономическую блокаду. Не против меня конкретно, а вообще — против всего рода Черновых и это притом, что основная ветвь вовсе не в Железнограде. Видимо, союзники Черепанова и Казанцева нашлись даже в Москве. Хотя, не отрицаю, что некоторые больше хотели навредить роду, нежели помочь ЧК.

Даже интересно, в какие долги они сами влезли, чтобы все это организовать и неужели мои действия их настолько разъярили, что они решили действовать таким образом?

Нам перестали продавать редкие металлы, а купцы вдруг внезапно «позабыли» про свои заказы. И речь не только про холодное оружие и прочие изделия, но и про добытые из Подземелья ресурсы. Все стало настолько плохо, что мне пришлось дать менеджеру по грузоперевозке — Василию Витальевичу Куркину — выходные.

Но и это еще не все. Недруги начали распространять лживые слухи о том, что я будто бы связан с запрещенной артефакторикой и даже продавал товары подобного толка не только в Железнограде и округе, но и за границей Российской Империи.

— А знаешь, я отступать не намерен, — однажды сказал мне Гена, его глаза сверкнули злобой и коварством.

А после он встал с лавки, отвернулся от фонтана и кому-то набрал. Разговор проходил на повышенных тонах. Тем не менее, по довольному лицу брата я понял, что у него все получилось.

На мой немой вопрос он хмыкнул и ответил кратко:

— Узнаешь вот уже завтра.

Глава 14

У Геннадия Ивановича Чернова всегда было хорошо со связями в столице. С некоторыми парнями, что теперь выросли во влиятельных мужчин при власти, в детстве он ходил в одну школу, с другими — учился в университете.

Самыми полезными знакомствами Геннадий обрастал благодаря тому, что занимался в лучшем спортивном зале Москвы, который специализировался еще и на дорогостоящих специфических тренировках с духовным оружием.

Однако же, одних только знакомств мало и Геннадий Иванович это хорошо понимал, а потому он быстро переводил формальное общение с потенциально полезными людьми в другое русло. Благо дорогих и, действительно, интересных развлечений хватало в Москве.

Порой стоило лишь дважды сходить с новым знакомым на какие-нибудь занимательные мероприятия и уже можно было беседовать с ним о заключении сделок или проворачивать разные взаимовыгодные схемы.