Евгений Пономарев – Кулига. Описание деревни Кулига и ее окрестностей (страница 25)

Кулаки деревни торжествовали победу над советской властью. Они в лице этих бандитов видели «героев и освободителей», потому и вышли встречать их хлебом и солью. Помпраздничномумразодетые Некрасова Наталья Артемьевна, Баянкин Иван Прохорович, Баянкин Федор Андреевич и др. низко кланялись, просили принять от Катышинского сообщества хлеб-соль и заверяли своих «героев» в оказании им всевозможной поддержки вплоть до людского состава. Как бы в доказательство своих обещаний они представили Баянкина Гавриила Ивановича с большим белым бантом на груди и нескольких других человек, которые тут же были зачислены в бандитский отряд. Не успели закончить церемонии с «хлебом-солью», как кто-то из белобандитов увидал проходившего домой Некрасова Михаила Марковича и закричал: А что у вас красная сволочь разгуливает свободно – взять его!» И тут же набросились на Михаила Марковича и начали избивать его. Избили до такой степени, что он потерял сознание, но садисты не удовлетворились этим. Они не бросили его на улице, а волоком утащили в пожарную, где, обливая водой, приводили в чувство и вновь приступали к истязаниям. И быть бы ему убитым, да родственники – кулаки взяли его на поруки, и он был спасен.

В первый же день после отступления красных в Катышке начался кулацко-бандитский разгул. Повсюду слышались крики, стоны и плачь. Деревянный пол в пожарной был залит кровью ни в чем ни повинных, честных тружеников деревни. Так Кулигинские «казаки», Деевские и Арамашевские белобандиты ознаменовали свое вступление в д. Катышку, никем не защищенную. В первую очередь они начали избивать отцов, матерей и жен тех, кто ушел с Катышинским отрядом защищать молодую Советскую республику.

А один из местных жителей Казанцев Степан Львович на собрании в пожарной внес такое предложение: «собрать всех красных зверенышей (детей красногвардейцев) и я сам им широким топором на колодке поотрубаю головы». И его предложение многие поддержали. Но нашлись и более благоразумные люди, отклонили такое дикое бесчеловечное предложение. Но взрослых не щадили. После избиения Некрасова М.М. до полусмерти был избит Долганов Петр Павлович, который вскоре и умер. Истерзали до смерти Долганова Ивана Афанасьевича за то, что его сын и брат ушли добровольцами в Красную Армию. Сначала били его дома, а потом по дороге в пожарную, но этим выродкам и того мало. Тогда они привязали его ногами к хвосту лошади и волокли до самой волости 4 км. По дороге у него глаза из орбит выскочили, он похож был на трепещущий кусок мяса со слабо бьющимся сердцем. Несколько ударов штыком, вонзенных в кровавую массу, лишили его последних признаков жизни.

А вот в д. Косяковой палачи замучили насмерть Телегина Федула Кузьмича 27 лет за то, что его брат Телегин Борис-прапорщик старой армии добровольцем ушел в Красную Армию, а не в белую; Петрова Никиту Михайловича 26 лет и Доронина Германа Сергеевича 20 лет. Всех их привязали по одиночке к соснам и медленно кололи штыками до последнего вздоха».

Вот так были представлены события тех дней.

В увековечение Долганова Ивана Афанасьевича памяти сейчас в центре Катышки у дороги, около часовни соорудили ему памятник.

В память об Телегине Ф.К., Петрова Н.М. и Доронина Г.С., погибших в «Постной Редке» в урочище между деревней Косяково и селом Арамашево установлен обелиск погибшим в гражданскую войну в августе 1918 года красных партизан.

Период Гражданской войны был страшным периодом для деревни Кулига и окрестных деревень Арамашевской волости.

Местная жительница Арина (Ираида) Мироновна рассказывала следующее: «Когда кугигинцев предупредили о том, что в деревню направлен отряд красных карателей, бабы с ребетёнками побежали на кулигинские покосы спасаться у Пузырихи» (Дарья Пузырева проживала на хуторе среди покосов за речкой Сиверной в 2 км на западе от деревни Кулига – прим. Е.П.). Этот факт подтверждала своими рассказами и моя бабушка Харитина Ильинична. По её словам: «….в Кулигу прискакал гонец и сказал, что в Кулигу едут каратели всех расстреливать. Бабы с ревом забрали детей и укрывались несколько дней на покосах у хутора Пузырихи. Не нашли каратели кулигинцев, разгневались, а когда отступать стали, то по деревне из пушек стреляли, а снаряды на угор за Камнем падали». Действительно на противоположном от деревни берегу реки Шайтанка можно и сейчас найти несколько воронок от этих упавших более 100 лет назад снарядов.

Интересна история и о создании сельсоветов. Сами собой они не организовывались. Нужна была некая движущая сила по их образованию. Такой силой стала первая солдатская секция, организованная в деревне Катышка.

Как пишет Расветов-Долганов А.И. в своей статье «Революция в деревне. О ревсобытиях в Арамашевской волости»85, в конце января 1918 года в деревне Катышке организовалась секция из демобилизованных солдат. Председателем был выбран артиллерист Казанцев Я., секретарем Долганов А. И.

На третий день секцией был проведен сход всех граждан для реорганизации власти. Старосту заменили советом в составе 50 чел., большинство из которых демобилизованные солдаты. Президиум с/совета тот-же, что и у солдат-секции.

Так, первая большевистская организация в Арамашевской волости сформировалась в деревне Катышка.

Далее автор повествует о том, что в конце августа начали появляться разные и весьма подозрительныя личности. А в деревне Кулига сформировался кулацкий отряд, который готовил нападение на Катышинский Совет. Расветов-Долганов А.И. пишет: «Конная разведка Катышинского совета, объезжая отдаленные местности, где могут скрываться отряды белых, в поле на Кулигинской заимке встретила 3-х мужиков д. Кулиги. Последния признали разведку за белых, рассказали цель их обхода заимки, т.е. ожидания белых и поддерживание связи с дер. Деевой, имевшей приличное скопление белых элементов. Разведка 3-х мужиков вестовых доставили в Катышинский совет, в том числе привели председателя Кулигинского совета. Когда увидели, что их ведут в Катышку, поняли, что перед ними не белыя, а красные, взмолились о пощаде, но дело предателями было сделано, а поэтому отпустить их домой, т.е. в Кулигу, совет нашел не возможным. Пришлось разведчиков белых задержать.

Кулигинцы, видя, что большевики взяли в плен их разведчиков, решили отнять силой. И вот в ночь с 7 на 8-е сентября в западной стороне раздались выстрелы. Один из разведчиков, выделенных из отряда, прошел не заметно сторожевые посты, пробрался в Катышку, но был замечен, а взять всё же не пришлось. Выстрелы за Катышкой участились. Военком прежде всего сбегал на посты, где уже шла перестрелка, узнав в чём дело, предложил артиллерии, стоящей у ж.д. моста, обстрелять противника. Дано было 8 арт. выстрелов, снаряды легли в цель. Кулигинский отряд отступил. Какие потери потерпел белогвардейский отряд, выяснить не пришлось, с нашей же стороны потерь не было».

Об убийстве трех кулигинских жителей мне рассказывала и моя соседка Арина (Ираида) Мироновна. По её словам, дело обстояло в следующем: «Когда в Катышке Совет создали большевики, они начали во всех деревнях и Кулиге тоже кто не за них арестовывать. В Кулиге трех мужиков арестовали, держали в Катышке их под замком, просили за них со всей деревни 5 тыщь рублей. Вся деревня собрала деньги и тогда красные ещё попросили 2 тыщи. Все деньги отдали, а мужиков все равно не вернули, на станции в Самоцвете всех троих поубивали».

Нужно отметить, что практика наложения «контрибуции» на весь населенный пункт по подозрению некоторых его жителей в «контрреволюционной деятельности» действительно существовала.

Почему же такие деревни как Катышка были за красногвардейцев, а Кулига за белогвардейцев? Можно предположить следующее. Рядом с Кулигой находится село Деево, в том момент в нем уже присутствовали колчаковцы. Кроме того, деревня Кулига в то время была развитой: били и жатвеные машины, сеялки, молотилки, веялки, кузница, большое количество дворов и хозяйственных построек, потребительское общество. Нахождение рядом элементов сильной, хорошо организованной и вооруженной армии давало свой перевес в политических взглядах. Кроме того, большинство населения деревни – были зажиточные крестьяне. Соответственно, можно предположить, что жители могли воспротивиться становлению советской власти, которая предполагала экспроприацию средств производства. А близость деревни Катышка к железной дороге тоже сыграло свою роль. Через железнодорожную станцию проходил большой поток народа, в том числе возвращающихся с войны солдат, чьи семьи в их отсутствие обнищали.

Противостояние этих двух сил влекла за собой бесчисленные жертвы как с одной стороны, так и с другой. И зачастую этими жертвами становились невинные люди. Революционная борьба перерастала в крестьянскую войну со своей свирепостью, уходила своими корнями в местную почву, выдергивая на поверхность озлобленность и старые обиды.

В период гражданской войны был дважды взорван и Катышенскийжелезнодорожный мост через Реж. Первый раз, когда наступали белые, его взорвали красные, второй, когда наступали красные, его взорвали белые.

Эти факты соотносятся с приведенными выше выписками из документов. Резюмирую можно сказать, что на долю кулигинцев во время гражданской войны выпало немало бед и страданий: взятие некоторых жителей в заложники, вымогательство и шантаж, причинение насилия, и даже убийство кулигинцев.