Евгений Покинтелица – Игрок (страница 51)

Мне совсем не хотелось в это верить. Но звучит весьма логично. Аж злость берёт, что даже возразить ничего не могу.

— Но я раскрыл свои силы полностью, тем самым показав, что просто так сломать он меня не сможет. Вот почему мы так резко изменили маршрут. Если ваши слова правда, то всё сходится. Он всё продумал заранее. Только леший и некромант спутали его планы, — пробормотал я, — Кстати. Если он и правда всё это устроил, зачем ему было мешать расхитителям гробниц забрать Григория?

— Сложно сказать, возможно, захотел забрать эту силу себе, а может просто тоже понимал, какие последствия могут быть у высвобождения подобного зла. Он ведь психопат, а не злодей жаждущий увидеть мир в огне, — ответил директор.

Вроде всё сходится. Почти.

— Кое-что ещё. Если торговля рабами это выдумка Виктора, то как вышло, что нас атаковали бандиты, позиционирующие себя как работорговцы?

— Понимаю, что может прозвучать надуманно, но, скорее всего, он сам их и нанял. Из твоей личностной характеристики можно предположить, что ты не самый боевитый человек. Поэтому он ожидал, что подобное тебя сломит и позволит быстро отвезти туда, куда надо без лишних трат времени и сил, — сказал мужчина, — В конце концов, многие ли рискнут пойти против группы вооруженных бандитов?

— Тогда зачем вообще всё это шоу было? Почему меня не отфигачили толпой и не упаковали в какие-то блокирующие цепи?

— Ну, во-первых, ты нужен был Виктору живым, так что рисковать перегнуть палку он бы не стал. А даже выруби они тебя в реале и запихай в багажник — удерживать всё это время тоже удалось бы лишь в реале, где весь план может разрушиться благодаря бдительным гражданам или патрульным. Во-вторых, подобных артефактов невероятно мало и они астрономически дорогие. Сдерживать зазеркальца куда сложнее, чем убить. Так что Виктор себе подобное вряд ли мог позволить. Так что ему ничего не осталось, кроме как играть хорошего друга и везти тебя добровольно, — сказал директор, — Да и, в конце концов, где ты видел бандитов, которые станут маяться такой ерундой с испытаниями честь по чести? Такое только в кино бывает. В реале же у преступников правила всегда работают только в их пользу.

Я почувствовал укол стыда. Осознание собственной наивности больно ужалило мою гордость. Не то, чтобы я сильно гордился теми событиями, особенно зная чем всё закончилось. Но где-то в глубине души чувствовал себя крутым. Смог защитить друга и прогнать бандитов. А оно вот как.

— Но ведь он чуть не погиб из-за меня… — я уже сам отчаялся, но всё же высказал последнее возражение.

— Ещё бы он на такое не пошёл. Виктор зациклен на тебе. Конечно, он будет сражаться за тебя. Даже если сам предпочёл бы этого избежать.

Чем больше я вспоминаю все прошедшие события и пропускаю их через призму новых фактов, тем больше всё сходится.

Я схватился за голову и уткнулся лицом в колени, пытаясь взять себя в руки. Безумие какое-то. Люди, которых я считал врагами — вполне дружелюбны и миролюбивы. Человек, которого я считал своим другом и которому доверял — оказался подлой тварью, которая разрушила мою жизнь.

Как вообще дальше жить-то? Я же, выходит, вообще правду и ложь различить не способен. Может и сейчас мне пудрят мозги, а я ведусь? Или это всё мои глюки, а самого меня уже доят на фабрике? А может даже фабрики никакой нет и я сейчас в психлечебнице? Может всё же я сошёл с ума и живу в мире своих безумных фантазий?

Ну не может же реальность быть такой! Ну не может!

— Понимаю. Принять факты бывает тяжело. Но чтобы убедиться, посмотри на вчерашнюю запись. Мы отправили группу захвата, чтобы его взять. Спустя несколько часов после твоего ухода.

— Как вы нас нашли? — спросил я.

— Ты ведь сразу после нашего разговора вызвал такси и купил билеты на самолёт в Москву онлайн. Адрес звонка, айпи заказа. Вот и адрес. Сопоставив схожие случаи за малый период времени после звонка, мы смогли вычислить несколько возможных точек, в которые выслали группы захвата.

Вот же я олух. Так легко подставил нас. Да, Виктор, судя по всему, а мне не друг. Но ошибка есть ошибка.

— Вот погляди.

Он включил телевизор, висящий на стене, покликал пультом и видео пошли одно за другим. Пульт он отдал мне, чтобы я мог остановить на нужных мне моментах.

Судя по всему, оно было с нательных камер, но при этом довольно дорогих, ведь качество позволяло хорошенько рассмотреть происходящее.

Ныряют в Зазеркалье, выныривают уже в номере, видимо, рассчитывая вырубить его без боя. Виктор открывает глаза и тут же утягивает их обратно. Это ясно по короткому кадру, когда изображение заволакивает серым. На доли секунды, но я заметил. Когда перемещаюсь сам, выходит похоже. Что-то практически незаметное, но, привыкнув, начинаешь легко замечать точный момент перемещения.

Начинается бой. С первых же мгновений вообще не похоже на Виктора. Слишком стремительный. Он перекатывается, уклоняясь от заклинания, которое должно было его обездвижить, уходит с линии огня и использует одного из бойцов, как живой щит. Я поставил на паузу.

— Вы вроде отправляли его задержать, а тут стреляют на поражение, — сказал я.

— Приказ был захватить по возможности. При невозможности — ликвидировать. Он опасный психопат, который заражал наших сотрудников, чтобы получать информацию. Как знать, сколько ещё у него таких «заражённых», — спокойно ответил директор.

Звучит паскудно. Но, с каждым кадром я всё больше убеждаюсь, что это было не зря.

Летят заклинания с обеих сторон. Стоп, он ведь ни разу не использовал заклинания в бою при мне. Фигачит каким-то ледяным шипом в одного из бойцов. При этом кинетический щит не применяет. Видимо, не может.

А вот это его любимый трюк, да. Двое бойцов убивают друг друга. Ребяток-то, похоже, слабеньких отправили. Так быстро сломал их волю. Могу только посочувствовать. Или он намеренно занижал силу своих способностей, чтобы дурачить меня? Не лишено смысла, учитывая, что я сейчас увидел. Он намного сильнее и опаснее, чем я думал.

Последние противники пали на землю. А я не могу перестать смотреть на Виктора. На его выражение лица. Никогда его не видел таким в бою. Он смеётся? Ему весело? Он искренне наслаждается убийством?

Нет. Не могу поверить в это. Это наверняка фейк. Меня просто дурачат. Что мешало им смонтировать? Быть не может, что он настолько хороший актёр и умудрялся так хорошо скрывать свою натуру.

«Или ты просто туп, как пробка, и наивен донельзя», шепнул мой внутренний голос, от которого я тут же попытался отмахнуться.

Поднимает что-то с пола. Камера погибшего бойца всё ещё ведёт трансляцию. Лист бумаги? Его глаза бегают по нему, после чего он рычит от ярости, словно зверь, и отбрасывает лист в сторону.

Тот падает на тело бойца. Видно лишь уголок. Но. Это мой почерк. Эти корявые загогулины точно мои. Они не могли знать, что я оставлю ему записку. Да ещё и на листке бумаги из блокнота, который валялся у меня в инвентаре. С такой тоненькой фиолетовой рамочкой.

Не могли. Просто не могли. Они не могли подобное сфальсифицировать.

— Нет, дружочек, ты не уйдёшь. Я сожру тебя. Ты мой. Ты мооооой!

Я узнаю его голос. Но я не узнаю того, кто говорит. Это не мой друг Виктор. Это вообще не человек.

Это сама смерть во плоти.

Глава 29. Примирение

Голос Виктора заставил меня вздрогнуть.

За время с момента получения способностей, я успел повидать множество монстров, злодеев и не раз оказаться на грани гибели. Я не какой-то сверхчеловек, каждый раз мне было страшно. Но это был страх мобилизующий. Он побуждал бежать. Побуждал сражаться. И только сейчас меня пробрало совсем иным страхом. Страхом, который меня сковал.

Раньше я смотрел в бездну. А теперь я в неё упал. И не могу найти точку опоры.

Это. Существо, которое носило личину Виктора. Оно явно не отступится. И оно крайне опасно. Я думал, что сравнялся с ним по силе, но на деле он старательно прикидывался слабаком.

— Мы недооценили его. Отправили обычную группу захвата. Несмотря на их опыт, способности и экипировку, они оказались не готовы к подобному противнику.

Разглагольствующий Николай лишь глубже топил меня в бездне отчаяния. Понятия не имею насколько были круты эти бойцы, но не уверен, что в подобной ситуации смог бы с ними совладать. Как же теперь справиться с тем, кто смог?

Бежать? Пожалуй, это лучший выход. Бежать в другую страну, искать место, где меня не найдут. Хотя нет. Надо сперва позаботиться о сестре. Он вполне может попытаться достать меня через моих близких. Но что делать-то? Пусть она поверит мне, пусть они с семьёй уедут в другую страну, как долго им там оставаться? И поможет ли это?

Я понятия не имею, с кем имею дело и какие у него связи и возможности. Как же тяжело чувствовать себя беспомощным.

— Эй, Артур, ты чего поник?

Я поднял глаза на директора, тот выглядел весьма спокойным. Хотя оно и понятно, это ведь не за ним психопат гоняется.

— Я же сказал, что за хлопоты ты нам уже заплатил. Дальше можешь расслабиться. Корпорация позаботится о твоей безопасности и безопасности твоих близких. Тем более, что ликвидировать Виктора в наших интересах.

Да уж. Я настолько привык воспринимать «Бегемот Медиа» как опасность, что даже не подумал о том, чтобы обратиться к ним за помощью.