Евгений Плотников – Бабушка на воде вилами писала. Сборник рассказов, стихов и литературных пародий (страница 7)

Телевизор нагревался медленно, что называется, «со смаком», внутри его чрева что-то похрустывало, лампы, получая электричество, издавали едва различимый характерный звук, напоминающий сладостный стон, возникающий при утреннем потягивании. «Ну! Ну, давай!» – торопил Павел Семенович. Темный до этого экран наполнился светом и начал выдавать четко различимую картинку. Шел краткий обзор предыдущих серий. «Успел!» – облегченно вздохнул Павел Семенович. После перечисления имен и фамилий большинства людей, причастных к созданию фильма, появились кадры с надписью «директор картины». «Наконец-то! – Павел Семенович знал, что фильмы практически всегда начинались после указания директора картины. – Все, фильм начался…»

Лорд

Лорд выбрался из-под пристроенного к амбару гаража, где появился на свет, и отправился исследовать окрестности. До этого он уже вылезал из своего логова, но далеко от него не отходил. Сейчас же, немного повзрослев и воспользовавшись отсутствием матери, Лорд поставил перед собой задачу изучить окружающий мир, находящийся в чужих дворах по ту сторону улицы. За длинным одноэтажным домом, выкрашенным в зеленый цвет, Лорд заметил огромную лужу, подошел, понюхал холодную весеннюю воду, попробовал лапой. Ощущения Лорду понравились, он тявкнул от удовольствия, демонстрируя положительный результат, достигнутый после изучение нового объекта.

Щенка заметил напарник Николая Степановича по работе, Валерий Шкодских, возвращавшийся вечером домой. Зная, что сын Николая Степановича, Гена, мечтает о собаке, Валерий метнулся домой, схватил хозяйственную сумку, выскочил, подкрался к Лорду; простое действие по поимке небольшого кобелька Валерию только представлялось. Сдаваться просто так Лорд совсем даже не собирался, он решил биться. Щенок изворачивался, злобно урчал, успел пару раз укусить за палец агрессивного человека, пытавшегося нахлобучить на Лорда непонятный предмет. Однако укушенный палец соперника оказался единственной одержанной победой молодой собаки в поединке с человеком.

Возбужденный Валерий Шкодских с поклажей в руках вбежал во двор своего товарища, подозвал Гену, поставил на землю продолговатую клеенчатую сумку синего в зеленую клетку цвета; несмотря на хлипкий вид, сумка была оснащена уплотненными ручками и жестким дном. Гена подошел. Валерий осторожно открыл застежку-молнию, освободил из заточения своего нового приятеля, с которым познакомился во время недавней схватки:

– Щенка поймал. Ты же хотел собаку?

Желто-коричневого окраса с белыми подпалинами на лапах и белым пятном возле черного носа щенок, осторожно обнюхиваясь, занялся изучением незнакомой местности. Во двор вышли Николай Степанович и Антонина Егоровна.

– Надо тебе его? – спросил довольный собой Валерий, обращаясь к Гене.

Гена кивнул и посмотрел на родителей. Николай Степанович деловито взял в руки щенка, осмотрел; Антонина Егоровна только сказала: «Какой хорошенький».

– А я подошел к дому, смотрю – стоит возле лужи, я сразу подумал: Генка ведь собаку хотел. Я бегом домой, сумку хвать – и назад. Он меня, зараза, за палец укусил, – Валерий осмотрел пострадавший палец. – Ну, что? Берете?

– Берем, – за всех ответил Николай Степанович.

– Заходи, Валера, посидим, – пригласила Антонина Егоровна.

– Нет, пойду. Татьяна ждет. Я же еще с работы до дому не дошел, за сумкой только заскочил, – Валерий попрощался и так же быстро ушел, как и появился.

Щенка назвали Лорд. Как раз в это время, когда Лорд появился стараниями Валерия Шкодских, Гена испытывал пристрастие к творчеству американского писателя Джека Лондона, поэтому имя щенку Гена выбирал среди английских кличек для собак. Хотел что-нибудь позаковыристей. Первым вариантом был Соллекс из повести Джека Лондона «Зов предков»; Гене нравился характер книжного пса, готового дать отпор любому, кто посягал на его независимость. Но Гена не хотел совпадений с литературными персонажами, поэтому от первого варианта отказался.

В качестве второго варианта выбор пал на Солсбери – столицу государства Южная Родезия2, расположенного в Африке, бывшей английской колонии. Это название Гена увидел на географической карте, висевшей во всю стену на кухне. Гена сам ее туда повесил. Но тут воспротивились родители: «Язык можно сломать». Тогда Гена решил назвать щенка «Лорд» – язык ломать не надо и слово английское. Правда, щенок совсем не соответствовал такой кличке, как Лорд, его происхождение было далеко от благородного.

Лорд повзрослел, был совершенно беззлобным, лояльным по отношению к окружающим, но невероятно хитрым. Конфликтовал Лорд только с соседским псом Караем – черной лайкой с белыми отметинами на груди и лапах, соперничая за лидерство. Единственным человеком, которого Лорд по неизвестной причине невзлюбил, оказался Завгородний – электрик с расположенного неподалеку предприятия.

Путь электрика на работу пролегал мимо стоящих в два ряда одноэтажных коттеджей, где жил Гена с родителями; у коттеджей имелись приусадебные участки с возведенными хозяйственными постройками, организованными огородами и с любовно оборудованными грядками. Саму же территорию, где располагались эти замечательные сооружения, их обитатели прозвали «аулом».

Рано утром Лорд занимал позицию на окраине «аула» и ждал появления Завгороднего. Когда выбранный для забав объект приближался на достаточно близкое расстояние, Лорд выскакивал из своего укрытия и кружил с лаем вокруг неприятеля, отвлекая, затем, воспользовавшись подходящим моментом, кусал сзади. Физического вреда от укусов собаки не очень крупного размера не было – Завгородний всегда облачался в плотный брезентовый костюм сварщика, а в зимнее время надевал его также поверх теплой одежды. Но психологическое давление электрик, несомненно, испытывал; частые выбросы адреналина в кровь истощали организм Завгороднего. Электрик пробовал изменять маршрут, но Лорд его все равно вычислял и продолжал изводить. Завгородний неоднократно жаловался Николаю Степановичу, просил оградить себя от «мерзкой псины»:

– Он меня кусает!

– Ты на себя посмотри, кусает. Надел сварочный костюм, да еще сапоги кирзовые под штанами. Да тебя волкодав не прокусит.

Пришлось вечером сажать Лорда на цепь. Со временем ситуация сама собой разрешилась – Лорд переключился на Карая, а Завгородний сменил место работы, по не связанной с противостоянием между ним и собакой причине.

Дуся смотрела, как мама нарезала ломтями соленую кету, предварительно вымоченную. Острый нож вонзался в нежное рыбье мясо, легко проходил сквозь него, немного замедлялся, чтобы перерезать хребтовую кость, и алый ломоть при помощи маминых рук перемещался на тарелку. Дуся не отрывала глаз от лакомых кусков. Мама выбрала самый большой, со спинным плавником, ломоть и передала Дусе. Запах, исходящий от рыбы, вызывал обильное слюноотделение; Дуся потянула за края кеты, разделила ломоть по хребту и впилась зубами в аппетитное мясо. Съедать все сразу Дуся не стала – захотела продлить удовольствие. На улице играли ребята, и Дуся присоединилась к ним.

В выходной день Николай Степанович, Антонина Егоровна и Гена, взяв с собой Лорда, отправились погулять и пройтись по близлежащим магазинам. Лорд бежал впереди, на расстоянии, при этом постоянно держа хозяев в поле зрения. На пути следования показались обшитые досками по диагонали бревенчатые дома, напоминавшие деревенские избы; в проходящую сквозь них улочку, где играли Дуся с ребятами, Лорд вбежал первым.

На некоторых домах местами сохранилась грязно-малахитовая либо темно-синяя облупившаяся краска, два дома радовали глаз свежевыкрашенным зеленым цветом, почти у всех наличники были белыми, украшенные голубыми ромбами. Не обращая никакого внимания на играющих детей, глядя прямо перед собой, Лорд спокойно приближался к ватаге ребят. Дуся, заигравшись, отвела руку с недоеденной рыбой в сторону, причем как раз в ту сторону, где пробегал Лорд. Поравнявшись с Дусей, голова хитрой собаки резко повернулась, челюсти сомкнулись, зафиксировав Дусин деликатес, затем голова заняла первоначальное положение – глядя вперед, и Лорд так же спокойно продолжил движение.

У Дуси возмутительный поступок собаки вызвал бурю негодования. Большую часть Дуся съесть успела, но там, кроме мяса, оставался еще вкусный подкожный жир, особенно в районе спинного плавника; да и сама кожа обладала не менее приятными вкусовыми качествами, если ее предварительно опалить над огнем. Дуся пустилась вдогонку. Лорд ускорился. Как ни старалась Дуся приблизиться, дистанция между ними абсолютно не сокращалась. Осознав, наконец, бессмысленность своего намерения вернуть принадлежащую ей собственность, Дуся вернулась к ребятам, правда, несколько раз с сожалением оглянулась в сторону удаляющегося прохвоста. Лорд, убедившись в отсутствии преследования, спокойно завершил начатый Дусей процесс поедания вкусной слабосоленой кеты и с легким сердцем вернулся к исследованию малоизвестных ему окрестностей.

Лорд погиб в конце октября, прожив полтора года из своей собачьей жизни. Ночью во время бурана его застрелил сотрудник ведомственной охраны железнодорожной станции Корниенко. Этому человеку Лорд ничего плохого не сделал. Корниенко был одержим шкурным интересом, в прямом смысле этого слова; в то время была мода на собачьи шапки, а если ты не разводишь собак специально для этой цели, то собачью шкуру надо было где-то добывать. Вот Корниенко и вышел на охоту во время своего ночного дежурства, воспользовавшись неблагоприятными погодными условиями. Сотрудник охраны лишил жизни заодно и Фунтика – собаку из крайнего дома, одинакового с Лордом окраса. Фунтик в потасовки Лорда с Караем не вмешивался, признавая их авторитет над собой.