Евгений Перовский – 7 партизан (страница 3)

Николай выхватывает у охранника дубинку и вырубает его ударом в голову. Разворачивается, хватает за руки еще одного.

– Угомонись, тут же все свои.

Охранник пытается вырваться, и Николай резко бьет лбом ему в лицо. Охранник оседает на землю. Дядю Колю окружают еще трое и направляют на него помповое ружье.

Николай поднимает руки и получает удар по шее дубинкой. Падает на землю, охранники избивают ногами упавшего.

Охрана и полиция жестко избивает сопротивляющихся. Хватают парня Анны. Разбивают ему лицо прикладом ружья. Бьют дубинкой Анну и тащат вслед за парнем. Затаскивают на ступени Администрации. Бросают перед Шкуриным. Он подходит ближе и ставит ногу в ботинке на голову парню.

– Бунтовать вздумал, мразота! Я тут хозяин! Вы все у меня с руки жрете, твари неблагодарные. Я тут порядок, и закон. А кто не согласен и будет мутить воду…!

Шкурин несколько раз, сверху вниз, бьет ногой по лежащей на ступени голове парня, слышен хруст. Безжизненное тело парня падает на ступени. Анна вскрикивает.

Шкурин подходит и хватает за волосы Анну. Тычет ее лицом в безжизненное лицо парня.

– Смотри! Смотри! Ты сука, завтра первая принесешь документы на землю. И попробуй только опоздать, отдам тебя моим ребяткам, они тебе покажут, что такое настоящий мужик.

Шкурин толкает ее в спину. Анна катится вниз по ступеням.

Шкурин берет мегафон.

– Повторяю для непонятливых и тупых! До конца недели всем явиться и подписать документы.

На площади продолжается избиение жителей. Люди разбегаются под ударами охранников. Полиция арестовывает тех, кто не успел убежать.

Вдалеке, за расправой наблюдает Охотник.

***

На ступенях сидит Анна и держит на коленях безжизненную голову своего парня. Артем и Абдула помогают подняться пенсионерке. Она подбирает с земли свои разбитые очки, вытирает платком с лица кровь.

Абдула поднимается с земли, стоит согнувшись и трясет головой. Подходит и помогает подняться Артему. Неподалеку с трудом поднимается Николай.

–Помогите Ане, это моя соседка. – Клавдия с трудом поднимается с земли – Нужно перенести её Виталика домой.

Абдула направляется к Анне.

– Хорошего парня убили, шакалы.

Артем и Абдула на ступеньках Администрации.

– Отпусти его. – Артем убирает руки Анна от Виталика – Мы отнесем домой.

Анна поднимает непонимающие глаза на помощников.

– Не держи, не надо. – на лице Абдулы гуляют желваки.

Анна встает, к ней подходит Клавдия и берет за руку.

– Пойдем домой. Они помогут, позаботятся о нем.

Артем и Абдула поднимают тело за руки и за ноги. Спускают со ступеней. Артем идет, согнувшись от веса тела.

Николай видит, что Артему тяжело.

– Дай подсоблю.

Артем отпускает ноги, Николай подхватывает.

Скорбная процессия идет по пустой улице поселка. Жители попрятались по домам и наблюдают за шествием из окон.

Высоко в небе парит орел.

***

Абдула и Николай заносят тело Виталика в дом Анна и укладывают на кровать в комнате. Накрывают покрывалом.

Клавдия отводит за руку Анну на кухню. Аккуратно усаживает на стул. Наливает воду в чайник. Ставит чайник на плиту. Осматривает полки на кухне. Находит бутылку водки. Достает стакан, протирает его полотенцем и наливает полстакана водки.

– На, выпей!

Анна отрешенно выпивает водку. У нее перехватывает дыхание, и она возвращается к реальности. Осматривается.

– Очухалась, вот и хорошо.

Анна протягивает руку к бутылке. Клавдия убирает бутылку.

– А вот это, голубушка, тебе точно не помощник. Водка помогает уйти от проблемы, но не решает ее. Тебе придется это пережить, милая моя. Это мужики могут глушить реальность водкой, а нам, женщинам, нужно с этой реальностью жить. На нас все держится в этом мире. Только глупые мужики считают, что мир принадлежит мужчинам, мир принадлежит нам. И нам с ним разбираться. Мы рожаем, и выкармливаем. Мы поддерживаем и пихаем вперед. Мы кормим и лечим. Мы учим и воспитываем. Посмотри вокруг, во всех важных для мира профессиях доминируют женщины. Мужики могут только бряцать оружием и делать важный вид, что от них что-то зависит. Защитники. Но теперь и здесь придется все брать в свои руки. Тебе сейчас не надо думать. Надо что-то делать. Через это и боль отступит. Не уйдет, теперь она всегда с тобой будет, но отступит.

Клавдия берет Анну за руку и ведет в комнату.

– Пойдем, нужно мужиков подлатать. Сейчас с делами разберемся, а потом поплачем. Это полезно, помогает не сойти с ума от горя.

Во дворе Николай протирает тряпкой разбитую голову Артема. Абдула сидит рядом, сжимая и разжимая кулаки.

– Артем, Ты давно вернулся из Москвы? Тыщу лет тебя не видел.

– Пара дней, Дядь Коль.

– Это в Москве тебя так обработали?

– Не, это на родине поприветствовали.

– Смотрю, соскучились по тебе, твои друзья.

– Смертельно

– У нас скучать умеют. А чего приехал?

– В отпуске. Да и по матери соскучился. Так захотелось обнять ее. Утром проснулся и не о чем думать не могу, тянет домой. Собрал сумку и в дорогу. Приехал, обнял и отпустило.

– Знакомо, ко мне в госпиталь когда мать приехала я весь день как пришибленный ходил.

– А почему тебя Левшой зовут?

– В Чечне погоняло прилипло. Люблю мастерить всякие штуки. Чинить там все. Вот и прилипла кличка.

–Шакалы, шакалы, какие шакалы.

–Как же бесит, когда с тобой как со скотиной, обходятся. Почему у нас всегда выбор между кнутом и объедками пряника.

– Мне их пряник не нада. – Абдула вскакивает со ступеней, и садится снова – Я за свое глотку перегрызу. Меня уже раз прогоняли с родной земли. Хватит. Буду их зубами рвать, пока не сдохну.

–Ну, это они быстро организуют.

– Пусть попробуют. Я свое слово сказал. Пожалеют, что со мной связались.

– Силы не равны. Их больше и у них все ресурсы.

– В войне побеждает не тот, кто сильнее, а тот кто готов умереть за правду. Он злее. Ты, русский знаешь, ты в Чечне был.

– Ни хрена вы там не доказали. Русские фашизм победили, а на Кавказе всегда всех вот так держали.

Николай показывает кулак.

Из дома выходят Клавдия и Анна.

– Вы еще здесь драку устройте, мало нам одного мертвеца в доме!