Евгений Пермяк – Сказки о технике (страница 2)

Как Самовар запрягли

Про одно и то же разные люди по-разному сказки сказывают. Вот что я от бабушки слышал. У мастера Фоки, на все руки доки, сын был. Тоже Фокой звали. В отца Фока Фокич дошлый пошёл. Ничего мимо его глаз не ускользало. Всему дело давал. Ворону и ту перед дождём каркать выучил – погоду предсказывать.

Сидит как-то Фока Фокич – чай пьёт. А из самовара через паровик густо пар валит. Со свистом. Даже чайник на конфорке вздрагивает.

– Ишь ты, какая сила пропадает! Не худо бы тебя на работу приставить, – говорит Фока Фокич и соображает, как это сделать можно.

– Это ещё что? – запыхтел, зафыркал ленивый самовар. – С меня и того хватит, что я кипяток кипячу, чайник грею, душеньку песней веселю, на столе красуюсь.

– Оно верно, – говорит Фока Фокич. – Только песни распевать да на людях красоваться всякий может. Неплохо бы тебя, Самовар, хлеб молотить приспособить.

Как услыхал это Самовар – вскипел, кипятком плеваться начал. Того гляди, убежит. А Фока Фокич сгрёб его да на молотильный ток вынес и давай там к нему рабочее колесо с хитрым рычагом пристраивать.

Пристроил он колесо с хитрым рычагом и ну Самовар на полный пар кипятить. Во всю головушку Самовар кипит, колесо вертит, хитрым рычагом, как рукой работает.

Переметнул Фока Фокич с рабочего колеса на молотильный маховичок приводной ремень и:

– Эх, поспевай, не зевай, снопы развязывай, в молотилку суй.

Стал Самовар хлеб молотить, паровой машиной прозываться. А характер тот же остался. Сварливый. Того гляди, от злости лопнет – паром обварит.

– Вот ты как! – говорит Фока Фокич. – Погоди, я тебе работёнку получше удумаю.

Долго думать не пришлось. Захромала как-то у Фоки Фокича лошадь. А в город ехать надо. И надумал Фока Фокич Самовар запрячь.

Повалил Фока Фокич Самовар набок. Загнул ему трубу, чтоб она в небо глядела. Приладил под него крепкие колёса. Отковал хитрые рычаги-шатуны да и заставил их колёса вертеть. А чтобы Самовар со злости не лопнул, добрым железом его оковал. Потом прицепил к Самовару тарантас, а к тарантасу телегу, загрузил, чем надо, поднял пары и:

– Эх, поспевай, куда надо поворачивай. Пару поддавай!

Стал Самовар людей и поклажу возить – паровозом прозываться. А характером ещё злее стал.

– Ну ладно, – говорит Фока Фокич. – Я тебе не такую работу удумаю.

Опять долго ждать не пришлось. Лето безветренное выдалось. Паруса на кораблях, как трава в засуху, сникли. А за море ехать надо. Хлеб везти. Тут-то и надумал Фока Фокич Самовар на корабль перенести.

Сказано – сделано. Трубу ещё выше нарастил. Самовар в трюм поставил. Корабельные колёса смастерил, а к ним шатунные рычаги приспособил и:

– Эй, не зевай, успевай! Рулём рули – куда надо правь.

Начал самовар людей да товары за море возить – пароходом прозываться. Тут-то уж он вовсе послушным стал. Уступчивым.

Вот как оно, дело-то, было. Другие, может быть, и по-другому рассказывают. Только моя бабушка врать не будет. Сама она это всё видела и мне пересказала. А я – вам.

Чугун и Сталь

Пролилась огневой струёй из жаркой печи горячая Сталь. Засверкала золотыми звёздами, остыла дорогими слитками и зазналась. Перед серым Чугуном так стала себя выхвалять, что тот чуть не изоржавел со стыда.

– Я, – говорит Сталь, – нержавеющая, нетемнеющая, хитро сваренная! Как алмаз крепка, как змея гибка. Закалюсь – не отколюсь! Пилить, сверлить, резать – всё могу, на всё пригодна. Хочешь – булатом стану, хочешь – иглой! Мостом лягу. Рельсами побегу. Машиной заработаю. Пружиной совьюсь. А ты что, Чугун? На сковородки, на утюги только и годен. Ну да разве ещё на станины второсортные да на шестерни молотильные! Не ковок, не ловок, хрупок, как лёд. Не модный металл.

Говорит так Сталь, на весь цех себя славит. И самолётом-то она полетит, и кораблём-то поплывёт, и чем только, чем она не станет… Даже перо писчее не забыла. Часовую стрелку и ту не пропустила. Всё перебрала. Столько наговорила про себя, что в семи коробах не свезти. Но ничего лишнего не прибавила. Была в её стальном звоне правда.

Конечно, Чугуну далеко до Стали. Только об одном ей забывать не надо бы: о том, что Чугуну она родной дочерью доводится, что она ему своей жизнью обязана…

Ну, а в остальном всё правильно, если, конечно, совесть во внимание не принимать.

Про два колеса

В одном новом велосипеде жили-были два колеса. Переднее и Заднее – ведущее и ведомое. Так как ведущего от ведомого отличить иногда очень трудно и на этой почве нередко возникают споры, велосипедные колёса тоже заспорили.

Заднее колесо утверждало:

– Если я двигаю велосипед, если я его веду, – значит, я и есть ведущее колесо.

Переднее Колесо на это резонно отвечало:

– Где видано, чтобы ведущий шёл позади, а ведомый спереди? Я качусь первым и веду тебя по моему следу. Значит, я и есть ведущее колесо.

На это Заднее Колесо приводило пример с пастухом и баранами.

– Когда пастух гонит баранов, он тоже находится позади, но никто не скажет, что бараны ведут пастуха, а не он их.

– Если ты позволяешь себе сравнивать меня с животными, – возмущалось Переднее Колесо, – то не лучше ли представить себе осла, который, идя на поводу за хозяином, стал бы утверждать себя ведущим, а хозяина ведомым.

– Как тебе не стыдно? – взвизгнуло на повороте Заднее Колесо. – Это нелепое сравнение по внешнему сходству. Нужно смотреть глубже. Мои спицы напряжены до предела. Я, изнашивая преждевременно мою шину, привожу тебя в движение. И ты бежишь налегке. На холостом ходу. Да ещё виляешь, куда тебе вздумается, и при этом называешь себя ведущим колесом.

– Перестань говорить глупости, – снова возразило Переднее Колесо. – Я не виляю, куда мне вздумается. Я веду тебя, выбирая лучшую дорогу. Я первым принимаю на себя толчки и удары. Моя камера в проколах и заплатах. Кому бы нужно было твоё прямолинейное ограниченное движение, если бы не моё лавирование? Я веду тебя. Я! – кричало, дребезжа щитком, предохраняющим от грязи, Переднее Колесо. – Без меня нет Велосипеда. Велосипед – это я!

– Тогда отвинтись и катись! – предложило Заднее Колесо. – Посмотрим, каким будет твоё качение без моих усилий… Посмот… – не договорило оно, свалившись набок, потому что в этот миг Переднее Колесо отвинтилось и покатилось в одиночку… Оно катилось метр, два, три… тридцать метров, а затем тоже свалилось набок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.