Евгений Пчелов – История Рюриковичей (страница 81)
Князь Андрей Михайлович Белосельский-Белозерский. Гравюра XVIII в.
Дочь от первого брака Александра Михайловича (с Варварой Яковлевной Татищевой) – Зинаида Александровна (1789–1862) вышла замуж за князя Никиту Григорьевича Волконского. Это – знаменитая Зинаида Волконская, хозяйка прославленного московского салона, собиравшего крупнейших деятелей русской культуры того времени (подробнее о ней в разделе о князьях Волконских).
От второго брака (с Анной Григорьевной Козицкой, дочери Григория Васильевича Козицкого, одного из секретарей Екатерины II) Александр Михайлович имел нескольких детей, в том числе сына Эспера (1802–1846). Он закончил Московское училище колонновожатых, служил в лейб-гвардии Гусарском полку. Поручик князь Белосельский-Белозерский привлекался к следствию по делу декабристов, но выяснилось, что он не состоял в тайных обществах, хотя и знал об их существовании. Воевал с турками в войну 1828–1829 гг., затем – на Кавказе, умер генерал-майором, заразившись тифом во время ревизии лазаретов Николаевской железной дороги (Петербург – Москва). От брака с Еленой Павловной Бибиковой (1812–1888), падчерицей генерала А.Х. Бенкендорфа, у Эспера Александровича родилось шесть детей.
Князь Константин Эсперович (1843–1920), свиты генерал-майор и генерал-адъютант, член совета Главного управления государственного коннозаводства, умер в Париже, в эмиграции. Он был женат на Надежде Дмитриевне Скобелевой (1847–1920), сестре прославленного «белого генерала» Михаила Дмитриевича Скобелева. Их старший сын князь Сергей Константинович (1867–1951), выпускник Пажеского корпуса, кавалерист, к моменту революции был в чине генерал-лейтенанта начальником Кавказской кавалерийской дивизии. Его сестра Ольга Константиновна (1874–1923) была первой женой генерал-майора, начальника императорской Военно-походной канцелярии князя Владимира Николаевича Орлова (1869–1927). Племянница Скобелева, княгиня Орлова осталась в истории русского искусства благодаря тому, что позировала Валентину Серову для одного из лучших его портретов: изысканная дама, одетая по последней моде, грациозно восседает на фоне изящного интерьера, а её слегка повёрнутую на зрителя голову венчает широкополая тёмная шляпа. Когда художника спросили, почему он столько внимания уделил этому аксессуару, Серов остроумно ответил: «Иначе это не была бы княгиня Орлова». Ныне этот шедевр украшает один из залов Русского музея в Петербурге.
Сын князя Орлова и Ольги Константиновны – князь Николай Владимирович Орлов (1891–1961) в апреле 1917 г. обвенчался с княжной императорской крови Надеждой Петровной (1898–1988), принадлежавшей к ветви Николаевичей Дома Романовых и приходившейся родной племянницей верховному главнокомандующему русской армии во время Первой мировой войны великому князю Николаю Николаевичу младшему.
Сын Сергея Константиновича – князь Сергей Сергеевич Белосельский-Белозерский (1895–1978) сыграл своими пожертвованиями и личным участием большую роль в истории Русской Православной Церкви Заграницей, был неустанным попечителем о её нуждах. К сожалению, сыновей у него не было (только две дочери), и с его смертью род князей Белосельских-Белозерских закончился.
Фамилия князей Ухтомских происходит от названия их владения – Ухтомской волости, находившейся по реке Ухтоме. Этот род, так же как и князья Белосельские, не занимал высоких должностей в Московском государстве, не поднимаясь выше воевод и стольников, а в XVIII веке только двое из князей Ухтомских дослужились до генеральских чинов. Но какое это имеет значение, если из рода князей Ухтомских вышло несколько выдающихся деятелей: искусства, науки и церкви.
В XVIII веке среди русских архитекторов заблистало имя князя Дмитрия Васильевича Ухтомского (1719–1774). Звание архитектора он получил в 1745 г. Городской архитектор Москвы, Ухтомский стремился улучшить облик города. По его проекту в 1750-х гг. построили Кузнецкий мост через реку Неглинную. В Москве князь основал первую в древней столице архитектурную школу («команду»), среди её учеников – А.Ф. Кокоринов, И.Е. Старов, М.Ф. Казаков. К сожалению, творений самого зодчего почти не сохранилось. Исключение – пятиярусная колокольня Троице-Сергиевой лавры высотой свыше 80 метров. Ухтомский начал работу над ней в 1748 г. Он предполагал украсить её 32 статуями, которые аллегорически обозначали различные добродетели, например, «любовь к Отечеству» или «мужество». Проект одобрила императрица Елизавета Петровна, а вот у Синода он вызвал возражения: «для строящейся колокольни украшения тем статуям, которые в упомянутом архитектора князя Ухтомского изъяснении показаны, быть неприлично». Поэтому статуи заменили вазами. Но и в таком виде колокольня, созданная Ухтомским, являет собой один из шедевров русской архитектуры стиля барокко.
В начале XX века в церковной и научной жизни России приобрели известность родные братья – Александр Алексеевич (1872–1937) и Алексей Алексеевич (1875–1942) Ухтомские. Старший воспитывался в Нижегородском кадетском корпусе, по окончании которого поступил в Московскую духовную академию. В 1895 г. он принял постриг с именем Андрея, в 1907-м хиротонисан во епископа Мамдышского, третьего викария Казанской епархии, с 1911-го – епископ Сухумский, с 1913-го – Уфимский и Мензелинский. Духовником епископа Андрея был владыка Антоний (Храповицкий), который затем в эмиграции возглавил Синод Русской Православной Церкви Заграницей. Кандидат богословия, епископ Андрей придерживался умеренно либеральных взглядов, выступал за свободу вероисповедания, был близок к кадетским кругам. Он вёл простую, аскетичную жизнь, пользовался широкой известностью. После Февральской революции владыка вошёл в состав нового Синода и, по словам митрополита Евлогия, «прогремел на всю Россию своим либерализмом». В мае 1917 г. он посетил Рогожское кладбище в Москве и предложил старообрядческим епископам Белокриницкой иерархии план соединения с Русской православной церковью на Красной площади. Октябрьские события епископ встретил враждебно. К советской власти относился отрицательно, хотя признавал, что её цели – благо, но для их осществления выбраны неверные методы. Рядовых большевиков считал честными, но обманутыми людьми. Когда Уфа оказалась на белой территории, епископ Андрей был избран в созданное на Сибирском Поместном соборе 1918 года Временное Высшее Церковное Управление, возглавлял духовенство Третьей армии адмирала А.В. Колчака. После поражения Белого движения в феврале 1920 г. владыка был арестован большевиками в Новониколаевске, но через десять месяцев выпущен на свободу в связи с заявлением о раскаянии «в прежних нападках на советскую власть за её декрет об отделении Церкви от государства». Потом начались его мытарства и метания: в 1922 г. он вновь арестован и привезён на Лубянку, но вскоре отпущен; в 1923 г. – сослан в Среднюю Азию. Там в 1925-м принял миропомазание от старообрядцев-беглопоповцев, тем самым перейдя в раскол. Поэтому местоблюститель патриаршего престола митрополит Пётр Крутицкий запретил его в священнослужении. В 1927 и 1928 гг. новые аресты. Просидев в одиночной камере ярославского изолятора три года, в 1931 г. епископ Андрей уехал в Москву, где через несколько месяцев ещё раз был арестован и выслан в Алма-Ату. В 1932 г. получил Святые Дары и миро от старообрядческого архиепископа Московского и всея Руси Мелетия. В письме от 1933 года, адресованном председателю Совнаркома В.М. Молотову, Андрей (Ухтомский) просил дать возможность созвать собор, цель которого заключалась бы в «нравственном оправдании социализма». В сентябре 1937 г. «тройка» Управления НКВД Ярославской области приговорила князя Ухтомского к расстрелу.
Епископ Андрей (князь Александр Алексеевич Ухтомский). Фото начала XX в.
Брат епископа Андрея – князь Алексей Алексеевич Ухтомский, кстати, тоже видный деятель старообрядчества, получил известность на другом поприще. Как и брат, он получил образование в Нижегородском кадетском корпусе и Московской духовной академии, но затем окончил физико-математический факультет Петербургского университета и остался на кафедре физиологии животных. В 1911 г. Ухтомский защитил магистерскую диссертацию «О зависимости кортикальных двигательных эффектов от побочных центральных влияний». В 1911–1915 гг. преподавал физиологию в Психоневрологическом институте, которым руководил В.М. Бехтерев, с 1918 г. – в Петроградском университете, а в 1922-м занял в нём кафедру физиологии животных, которую возглавлял до конца жизни. Одновременно с 1935 г. Алексей Алексеевич был директором основанного им Института физиологии Ленинградского университета, а с 1937-го – также руководителем электрофизиологической лаборатории Академии наук СССР. Ухтомский разработал фундаментальное учение о доминанте как принципе деятельности нервных центров. «В настоящее время доминанта признана одним из основных механизмов деятельности мозга. Это понятие широко применяется для объяснения многих феноменов высшей нервной деятельности и поведения, например таких, как явления концентрации и иррадиации торможения, взаимодействия коры и подкорковых образований и т. д.» (Большая медицинская энциклопедия. Изд. 3-е. Т. 26). Основатель одного из крупнейших направлений современной физиологии, Ухтомский много сил отдал педагогической работе. За свои научные труды он в 1932 г. получил Ленинскую премию, а в 1935-м был избран академиком Академии наук СССР. Скончался князь-академик с Евангелием в руках во время блокады Ленинграда. Он умер от голода.