Евгений Панежин – Наследие Маозари – 3 (страница 8)
Нашим гидом вызвался быть Баг, он рассказывал о городе, и охотно отвечал на все наши вопросы. Оказалось, что в городе множество различных мастерских, где выделывают кожу, ткут ткани, шьют одежду… Но больше всего меня восхитило производство изделий из сока пимы… Дерево – пиму мы узнали сразу, хоть здесь она и немного отличалась от пимы на нашем материке. У местной была немного другая форма листа, и на листьях были красные прожилки. Каждая пима была на отдельном плавучем участке… Я попросил Бага, подвести нас поближе к растению… Мы зашли на плавучею платформу, на которой трудились пара мужичков. Они поклонились Багу, со словами приветствия, и отошли в сторону, с интересом разглядывая нашу компанию. Подойдя ближе к дереву, я увидел, что из его ствола торчали несколько тонких трубок, с которых медленно стекали ниточки сока в различные деревянные формы; топоров, ножей, наконечников копий и стрел, посуды, деталей каких-то механизмов. Приблизившись ко мне, Баг сказал, что практически все изделия в королевстве изготавливаются вот таким способом, сок заливается в формы, а после высыхания, его окропляют кровью сургов. Заметив небольшой лючок в корнях дерева, я спросил у Бага, что это такое. Оказалось, что это крышка прикрывает небольшую нору, которая ведёт к корням растения, и через неё работники обслуживающие пиму подкармливают её рыбьей требухой, чтобы она вырабатывала больше сока… Вот же, подумал я, и сделал шаг назад, с опаской глядя на пиму! Теперь понятно, почему у этих деревьев листья с красными прожилками, местные сделали из них плотоядные растения, а у меня с ними связаны жуткие воспоминания…
– Баг, а из какого материала сделаны ваши плавучие платформы? – спросил я.
Оказалось, что и здесь не обошлось без пимы… В местных джунглях есть растение с толстым пористым стволом. Специальные группы местных добывают стволы этих растений, сушат их, обрабатывают соком пимы, а после окропляют кровью сургов. И в итоге получаются длинные, толстые, и очень прочные брёвна, которые весят чуть больше пенопласта, и примерно такие же по плавучести. Из этих бревен и изготавливается плавучие платформы, которые потом крепятся на распорки к другим платформам…
Мы ещё несколько часов бродили по слегка качающимся улицам города, а потом решили зайти пообедать в уютное заведение. И пока наши охранники перевязывали нам руки, связывая их спереди, изумлённые подавальщицы накрывали на стол. На обед у нас были всё те же жареные сихи, которых мы запивали кисловатым пивом. Увидев, как Баг рассчитывается с хозяином заведения, я заинтересовался, и попросил у Бага посмотреть местную валюту. Это были квадратные монеты с выпуклыми волнистыми полосками с одной стороны, и профилем короля с другой, и сделаны они были всё из того же окроплённого сока пимы… М-да, подумал я, чтобы они делали, если бы в местном лесу не произрастала пима?..
Пообедав, мы вышли на улицу, и увидели неприятную картину, два в дупель пьяных мужика громко ругались, хватая друг друга за грудки. Потом один из них, что-то громко выкрикнув, плюнул своему собеседнику в лицо. Второй не стал утираться, а вместо этого, сильно толкнул первого в грудь, натянутые канаты, заменяющие местным перила, были не на всех улицах города, не было их и здесь, и мужик спиной полетел в воду. А дальше мы воочию наблюдали то, из-за чего нельзя купаться в местном озере. Мужик ненадолго вынырнул, страшно заорав, и тут же вокруг него вспенилась вода, а после покраснела от тел сихов и крови мужика. Второй упал на колени, и вытянув вперёд руку, с ужасом закричал, рыдая навзрыд: «Не-ет!!! Хе-ел!!! Бра-ат!!!».
– М-да, херовенько у вас тут с техникой безопасности! – ошеломлённо проговорил я.
Рыдающего мужика увела стража, а мы продолжили свою экскурсию… По пути Баг намекнул, что пора бы нам начать рассчитываться за прогулку. Под впечатлением от увиденного, я решил рассказать Багу о Гаше и о его проклятой деревни, представив всё это, как легенду. Я подумал, что мой рассказ поможет Багу найти решение, на случай, если в местном лесу заведётся похожая тварь, или Гашу как-то удастся выбраться из заточения… После моего рассказа Баг долго смеялся, а отсмеявшись, начал нам объяснять, что это всё выдумка, так не бывает, и такой способности, чтобы держать сургов на расстоянии, попросту не может существовать…
– Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам, – назидательным тоном процитировал я Шекспира.
А потом подумал: а почему бы и нет… И следующей историей была «Ромео и Джульетта». Рассказывал я в красках, стараясь имитировать голоса героев. А когда я закончил, почти все плакали, не стесняясь любопытных прохожих, даже Оркус подозрительно шмыгал носом. Тим так вообще, пытался мне что-то сказать, но всё время сбивался на рыдания…
Так, за обсуждением Шекспировской трагедии, мы добрались до северного края города, где открывался замечательный вид на далекие горы.
– Баг, – позвал я.
– Что? – ответил он.
– А в том дневнике случайно не говорилось, с какой стороны был гон? – поинтересовался я.
– Нет, про стороны света ничего не было… Упоминалось только про какой-то город, якобы именно с него и выходили чудовища. И назывался он как-то странно, – сказал Баг, и ненадолго задумался… – то ли Масори, то ли Магори…
– Случайно не Маозари?! – взволнованно спросил я.
– Да, точно! Маозари!.. А ты что-то знаешь про этот город? – заинтересовано спросил он.
Глава 11
Я сказал Багу, что мне уже где-то попадалось это название, но я не помню где. А у самого в голове билась мысль: неужели это город тех самых Маозари, могущественной древней расы, из-за которых и произошла вся эта хрень с росой и перерождениями. Представив, сколько различных ништяков может храниться в этом городе, мне тут же захотелось всё бросить, и бежать на его поиски… Взяв себя в руки, и стараясь делать бесстрастный вид, я мельком глянул на Оркуса, помимо меня, среди присутствующих только он был в курсе, кто такие Маозари. Оркус стоял столбом, с открытым ртом, и выпученными глазами смотрел на меня. Опасаясь, что его поведение вызовет кучу ненужных вопросов, я повернулся к нему спиной, и помахал кистью руки, пытаясь привлечь его внимание, а потом сжал её в кулак. Услышав, как Оркус прокашлялся, и спокойным тоном начал задавать Багу разные вопросы о королевстве, я успокоился, поняв, что он пришёл в себя. После этого прогулка стала мне не интересна, мои мысли постоянно возвращались к городу древних. И я предложил Багу на сегодня закругляться, а по пути рассказать третью историю…
Когда мы остались одни в камере на меня с вопросами набросился Тим. Оказалось, что он заметил наши с Оркусом переглядывания, и теперь настойчиво просил ему всё рассказать.
– Но зачем тебе это, ты же всё равно всё забудешь, когда выпьешь зелье забвения?! – не понял я.
– Вот поэтому и рассказывай! Какая тебе разница, если я потом всё забуду? – уговаривал он.
Немного подумав, я решил, что в этом нет большой тайны, и рассказал на имперском языке Тиму и Лизе всё, что знал о древних. После моего рассказа они сидели шокированные, пытаясь осмыслить всё услышанное, а я заметил насупленный взгляд Мики.
– Мика, не обижайся на нас из-за того, что мы часто говорим на своём языке, и ты нас не понимаешь. Просто запомни, и у стен есть уши! А тебе пора начинать учить наш язык.
– Уши? – удивлённо переспросила Мика, и все с непониманием посмотрели на меня.
Пришлось объяснять всем смысл фразы. А после этого мы договорились, что в свободное время будем по очереди обучать Мику имперскому…
– Господин, – заговорщически произнёс Оркус, убедившись, что остальные нас не слушают, – мы же будем искать этот город?!
– Ох, Оркус, не сыпь мне соль на рану! Если бы не срочные дела, то я бы прям сейчас отправился на его поиски… А вдруг там есть оружие с кнопочкой «убить всех тварей»?! Так что не переживай, как только вытащим отсюда Лизу, и разберёмся с гоном, так сразу снарядим экспедицию в город древних…
Ну или после того, как я закончу магическую академию, задумался я. Ведь если в этом городе начинался местный гон, то там, наверное, всё кишит могучими тварями. И чтобы повысить наши шансы на выживание в столь опасном месте, неплохо бы мне научиться материализации…
Мы ещё немного пообсуждали древних и всё, что с ними связано, а после ужина я решил обсудить наши дальнейшие действия…
– Так вот, народ, – перешёл я к делу, – завтра гуляем по городу, и наслаждаемся спокойствием, а послезавтра отправляемся в путь. Ещё завтра попросим показать, что за плавсредство они нам хотят всучить, и если оно окажется неподходящим, попросим другое… Но мне кажется, ничего стоящего мы здесь не найдём, всё-таки они плавают по спокойному пресному озеру, а мы собираемся плыть по солёному морю, на котором возможны большие волны, и ещё неизвестно, каким оно бывает во время шторма. Так что, скорее всего, мы только отплывем на нем подальше вдоль берега, где я сделаю нам нормальную лодку. А дальше, мы отправимся искать корхов… Выбирать, в какую сторону плыть, нам не приходится… На юг, в сторону дома, мы не поплывём, потому что с нами не будет нашего мотора, – указал я на Лизу, – а там обитает страшный Ктулху, который легко догонит и потопит наше тихоходное судно. Далеко от берега нам тоже отплывать нельзя, так как это смертельно опасно; или заблудимся, или утоним при шторме. Поэтому у нас всего один маршрут, плыть вдоль берега на север. Не думаю, что корхи на своих больших лодках ходят в дальние плавания, поэтому если их поселение находится на этом материке, а не на каком-нибудь острове, то мы рано или поздно найдём следы их жизнедеятельности. Ну а дальше по обстоятельствам…