Евгений Новицкий – Тень за кадром (страница 17)
— Они все лесбиянки, — убежденно ответил Миша. — Так что с ними все так же устроено…
— Какую жуткую картину ты, Миша, рисуешь, — покачал я головой.
— А ты мне разве не жуткие рисуешь? — парировал он. — У тебя выходит, что отцы насилуют своих дочерей и вообще черт знает что творится… Да на фоне этого шашни режиссеришек и актрисулек — цветочки просто… Скажешь, нет?
— Скажу — да, — вынужденно согласился я. — А конкретно про Тригорину что-нибудь еще знаешь?
— Вроде как нет, — хмыкнул Миша, подумав. — Она же на студии не появляется. Из постели, как видно, не вылазит. Не удивлюсь, если у нее в этом плане даже все по часам расписано…
К Маргарите я решил зайти днем. Так, видимо, выше вероятность застать ее одну. Да и Воронов до вечера на съемках…
В третьем часу дня дверь мне открыла женщина — и недоуменно на меня уставилась.
«Действительно, ничего, — оценивал я ее тем временем. — Даже очень ничего. Все-таки у этого Воронова вкус есть — и жену себе отыскал что надо, и любовницу»…
— Вы ко мне? — сухо спросила тем временем Маргарита.
— Да, — кивнул я.
— И по какому вопросу? — хмыкнула она.
— Видите ли, Маргарита… э-э, извините, не знаю вашего отчества…
— Можно и без отчеств, — вставила она.
— Прекрасно, — оценил я. — Так вот, Маргарита, я… поклонник вашего таланта.
— Что вы говорите! — вскинула она брови. — И кто вам дал мой адрес?
— Я вас случайно нашел, — искренне сказал я. — То есть увидел на улице. И так узнал, где вы живете.
— Вы что, следили за мной? — Маргарита, казалось, не верила ни одному моему слову.
— Нет-нет, — замотал я головой. — Это вышло случайно. Я просто хотел познакомиться.
— И почему же не подошли на улице?
— Не посмел.
Маргарита недоверчиво фыркнула:
— А домой ко мне прийти осмелились?
— Ну да. Набрался храбрости — и вот.
— Еще и выпили, наверно, — ткнула она пальцем в небо.
Я чуть было не ответил, что не пью на работе, но ограничился первой половиной фразы:
— Я не пью.
— Похвально, — ответила Маргарита.
Тут на площадке, откуда ни возьмись, оказалась какая-то старуха, которая прошествовала в квартиру между мной и Маргаритой, при этом неодобрительно покосившись и на нее, и на меня.
Маргарита нахмурилась.
— Знаете что, — понизила она голос, — пройдемте лучше в мою комнату.
На подобное приглашение я даже не рассчитывал. То ли она действительно тащит к себе в постель всех подряд, то ли я ей чем-то понравился… А почему бы, собственно, и нет?
Впрочем, что значит «в постель»? Пока ведь только в комнату…
Мы прошли. Маргарита показала мне на свободный стул, сама села на край кровати и негромко сказала:
— Ну а теперь правду, пожалуйста.
— То есть? — удивился я.
— Зачем вы пришли? — продолжала она. — Только не надо сказок про поклонника. Ни разу в жизни меня еще никто нигде не узнавал…
— Ну а я узнал, — не сдавался я. Хотя и сам чувствовал, что с каждой минутой становлюсь все более неубедительным.
— Да где вы меня могли видеть… — поморщилась Маргарита.
— В одном фильме.
— В каком именно?
Надо было спросить у Миши, где она снималась…
— Я не помню названия…
— Бросьте! — уже раздраженно оборвала меня женщина. — Последний раз я снималась семь лет назад.
— А я вас запомнил…
— В эпизоде!
— Но вы красивая! И эпизода достаточно, чтобы запомнить…
Маргарита глубоко вздохнула:
— Значит, так. Выбирайте. Или говорите правду, или прямо сейчас уходите.
— Я скажу правду, — сразу отозвался я.
— Говорите, — внимательно посмотрела на меня Маргарита.
— Я… ну, скажем так: приятель Романа Воронова…
— «Скажем» — или «так»? — уточнила женщина.
«Она еще и неглупа», — оценил я.
А вслух ответил:
— Приятель. Но только он не знает, что я здесь.
— То есть вы проявляете инициативу? — спросила она.
Не разобрав сразу, о чем это она, я осторожно подтвердил:
— Да.
— Ясно, — нахмурилась она. — Сейчас будете уговаривать, чтобы я оставила вашего Романа в покое…
— Зачем мне это нужно? — невольно усмехнулся я.
— Но вы же не только его приятель! — Маргарита стала распаляться. — Вы наверняка и женушке его такой же участливый знакомый! И вот пришли умолять меня не разрушать семью…
— Совсем не то, — перебил я.
— А что тогда? — осеклась она.
— Я по поводу… его дочери.
Маргарита не понимала.