Евгений Новицкий – Кино для взрослых (страница 45)

— Откуда ты знаешь, что такой же? — опять насторожился я.

— А то я рабочий материал не видела! — всплеснула руками Валя. — Все, хватит об этом! Если еще что-нибудь возразишь, я просто немедленно уйду!

Я крепко сжал рот и знаками показал ей, что возражений больше не будет.

87

Я подошел к ней и заключил в объятия. Мне хотелось зашептать: «Варя, Варя…» Я еле сдерживался, чтобы не сказать этого. А произносить «Валя, Валя…» почему-то совсем не хотелось.

Сейчас, обнимая и целуя Валю, я впервые почувствовал, что «иллюзия Вари» стала абсолютно полной. Пока Валя молчит, я не могу увидеть или почувствовать в ней ничего, что не соответствовало бы Варе…

Но почему это чувство с такой отчетливостью проявилось только теперь? Неужели все дело в цвете волос?..

Поразительно, но в эту минуту я возжелал Валю куда сильнее, чем в наши прошлые встречи. Наконец-то моя страсть сразу оказалась точно такой же, какую всегда демонстрировала Валя, — сильной, сумасшедшей, самозабвенной…

Я схватил ее на руки, поднес к кровати и бросил на спину. Затем буквально прыгнул сверху и начал сдирать с нее одежду, торопясь и урча, как зверь. Девушке это явно нравилось — было видно, что она уже возбуждена до предела…

С Варей такого не было. То есть даже в постели она всегда оставалась сдержанной, хотя бы в малой степени.

Но до тех пор, пока я не довершил начатое, никакие подобные мысли у меня не возникали. Да я ни о чем и не думал — просто твердо знал, что передо мной Варя.

Войдя в нее, я схватил ладонями ее лицо — и, одновременно с движениями таза, покрывал жадными поцелуями ее лоб, глаза, нос, губы, щеки, подбородок… Ее чудные волосы. Наконец-то темные…

Чувствуя, что разрядка близка, я окончательно потерял самообладание — и с моих губ все-таки сорвалось:

— Варя…

— Что? Что ты сказал? — Эти резкие Валины слова сразу вернули меня на землю.

Валя даже попыталась вырваться из-под меня, но я был чрезвычайно разгорячен и удерживал ее силой.

— Ничего… ничего… я сейчас… сейчас, — шептал я, сам не зная что.

— Пусти, я больше не хочу! — со злостью выкрикнула Валя.

— Погоди… подожди… — молил я.

Но она с силой, всем телом оттолкнула меня и в один миг соскочила с кровати. Разочарованный и уязвленный, я перевернулся на спину и смотрел на нее снизу вверх.

— Если ты до сих пор не можешь выучить мое имя, — отчеканила Валя, — нам не о чем больше говорить. И тем более встречаться.

— Тебе послышалось, — неубедительно оправдался я. — У вас такие похожие имена…

— Молчи лучше, — с презрением отозвалась Валя. — Звук «р» от звука «л» я уж как-нибудь могу отличить.

— Может, мне сходить к логопеду? — Я попытался все обернуть в шутку.

— Сходи к психиатру, — посоветовала Валя. — Ты ведь просто помешался. На этой своей покойнице.

Я моментально посерьезнел.

— Не надо так, — сказал я, внушительно посмотрев на Валю.

— А так, как ты, — надо? — выкрикнула Валя. — Думаешь, девушке понравится, когда ее путают с другой? И неважно, живая она или мертвая. Я еще щажу твои чувства, а то и не так бы о ней выразилась…

— Ты ее не знала, поэтому вообще ничего не должна говорить. А если тебе так неприятно быть на нее похожей, зачем же ты… стала совсем от нее неотличимой?

— Может, мне еще извиниться, что я на кого-то там похожа? — всплеснула руками Валя.

— Ты не просто похожа, — вздохнул я, — в этом все и дело. Перестав быть блондинкой, ты буквально превратилась в нее, понимаешь?.. Но поскольку ты не была с ней знакома, то, видно, и не поймешь всю степень вашего сходства. Это больше чем сходство — это полная идентичность.

— Если б я знала, что на тебя так это подействует, продолжила бы сниматься в парике, — бросила Валя и удалилась в ванную.

88

Какое-то время я бездвижно лежал в постели, прислушиваясь к шуму воды в ванной. Даже курить мне не хотелось.

Варя или не Варя? — вот все, что меня заботило. Я по-прежнему склонялся ко второму ответу, но не мог отмахнуться и от первого.

Если она — Варя, то почему так гневно отреагировала, когда я ее так назвал? Игра? Она хочет, чтобы я уверился в том, что она — именно не Варя?

«Давай подумаем, — сказал я себе. — Если бы Варя захотела меня уверить, что она не она, у нее бы это получилось?..»

Да нет, неправильная постановка вопроса. Могла бы Варя сыграть Валю? Это уже ближе. И здесь, думаю, ответ утвердительный.

Но если Валя — Варя, зачем ей все это понадобилось? Зачем инсценировать свою смерть?.. Здесь у меня даже предположений никаких нет. Если только не признать, что она сумасшедшая, но это еще более фантастичный вариант, чем любые другие. Да более нормального человека, чем Варя, я в жизни не встречал!

А как насчет такого вопроса: удалось бы Варе инсценировать свою смерть, если бы по какой угодно причине ей это вдруг понадобилось?

Да и была ли такая инсценировка? Может быть, Варя притворилась Валей, совершенно не озаботившись всем остальным? Просто в расчете на то, что все поверят и никто не станет ничего проверять?.. Это было бы гениально. Прямо сюжет для фильма. Детектива. Буржуазного, разумеется.

Нет, в самом деле, что я знаю о гибели Вари? Что все знают? Кажется, я знаю то же, что и все, — не больше и не меньше… Особенно если поверить в то, что и о нашей с ней связи знали те самые «все».

Я узнал о несчастье со слов Волнистого. Больше никаких подтверждений не было. На студии об этом, надо полагать, узнали от него же.

И никто не пошел на похороны. В смысле — никто с «Мосфильма». А с учебы?

Я вскочил с кровати и хлопнул себя по лбу, чуть не выкрикнув: «Какой же я идиот!»

Ну ведь правда, — идиот. Я давно уже должен был познакомиться с ее однокурсниками, поговорить.

Заодно можно будет убедиться в том, что Варя действительно закончила «Щуку».

А если нет? Если о ней там и не слышали? Что ж, тогда Валя — это Варя.

А вот если слышали, то этого, пожалуй, будет достаточно. Не стала бы ведь Варя второй раз поступать на актерский факультет в другом заведении…

Господи, да Варя прежде всего не стала бы изображать из себя какую-то Валю!

В общем, это тоже ничего не даст. Я почти уверен, что в «Щуке» мне подтвердят, что Варя — их выпускница. То есть я не почти — я абсолютно уверен. Настолько, что можно даже и не проверять.

Нет, все-таки надо проверить. Для очистки совести. Может, это меня успокоит. И я наконец перестану подозревать вздорную Валю в том, что она — всего лишь временный образ, в который вошла великолепная Варя.

Да и с однокурсниками можно связаться. Вдруг кто-то из них был на похоронах? Если я увижу хоть одного живого человека, который там был, я уж точно успокоюсь. Или…

Или — что? Или, наоборот, потеряю всякую надежду? А мне действительно это нужно? Может, Валя остается той единственной соломинкой, за которую я могу зацепиться, лишь по той причине, что я не могу полностью отказаться от мысли, что она — Варя?

От этой мысли мне даже страшно стало. Вдруг я и правда спятил. И если у меня не останется ни малейшей надежды, что Варя жива, вдруг я на самом деле не смогу продолжать жить? Тоже выпрыгну из окна. Или окажусь в дурдоме…

И все-таки я должен сделать все, что в моих силах. Узнать все, что могу. Нельзя прятать голову в песок. Это не выход. Ни в какой ситуации не выход.

89

К тому времени как Валя вышла из ванной, я все-таки успел выкурить несколько сигарет.

Не полностью обернутая полотенцем (грудь была обнажена!), Валя подошла к столу и вытащила из пачки сигарету. Я немедленно поднес ей зажигалку. Затем попытался обнять, но Валя от меня ускользнула:

— Нет-нет, не смей.

— Валя, ну прости, прости, — заумолял я.

— Не могу, — сказала она. И, словно в утешение, добавила: — По крайней мере, не так сразу.

— Ну что я могу сделать, чтобы ты меня простила?..

— Давай подумаем, — хмыкнула Валя. Потом оценивающе посмотрела на меня: — А ты на все согласен?

— Ну, — замялся я, — ну, да… На все, что в моих силах…