18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Евгений Никитин – Шаляпин. Горький. Нижний Новгород (страница 8)

18

– Да бросьте вы Маркса сосать! Слушайте соловьев. Много больше душе говорят… А вон и “лумпены” ваши на барках…

Да, мы все его любили. В мою комнату приносил он “Макара Чудру”3. Я поражалась его безграмотной орфографии и правила рукопись.

– Ох, уже эти ваши яти и еры… К чему они? Только фабулу засоряют. Читайте и смотрите – ять или е. А о содержании ни полслова…

Хорошо мы жили в этой странной ссылке».

Пешкову эти отношения хорошо запомнились, он ими дорожил. В последнем письме к Е. Д. Кусковой, от 22 января 1929 года, сказал: «Вы, уважаемая Екатерина Дмитриевна, упрекаете меня в грубости отношения моего к эмиграции и одностороннем освещении мною русской действительности. Искренно говорю: никому, кроме Вас, я на эти упреки отвечать не стал бы, да и Вам отвечаю не потому, что хочу оправдываться, а потому, что у меня к Вам есть определенное отношение, началом коего служит моя первая встреча с Вами летом 93 года в Нижнем, когда Вы, больная, жили в Вознесенском переулке».

При содействии В. Г. Короленко молодой литератор сначала стал автором «Самарской газеты» (в ней в октябре 1894 года был напечатан очерк М. Горького «Два босяка»), а затем, в декабре, получил приглашение занять место постоянного сотрудника-фельетониста, составителя обзоров и беллетриста. Пешков приглашение принял и 20 февраля 1895 года выехал в Самару без Каменской. Написал ей в конце февраля:

«Мы уже достаточно много задали трепок друг другу – кончим!

Я не буду отвечать на твое письмо – это бесполезно, это не поведет ни к чему. Я, – говорю по совести, – не виню тебя ни в чем и ни в чем не оправдываю себя, я только убежден, что из дальнейших отношений у нас не выйдет ничего. Т. е. может выйти много худого.

Кончим. Будет».

В Самаре Алексей Пешков стал профессиональным литератором. Газета регулярно печатала его очерки, рассказы, фельетоны. Здесь молодой человек встретил девушку, которая стала его законной супругой, – Екатерину Павловну Волжину. Она работала корректором в «Самарской газете». Венчание состоялось в Самаре 30 августа 1896 года. Ранее, весной, Пешков поссорился с редактором «Самарской газеты» А. А. Дробыш-Дробышевским, после чего перешел на работу в «Нижегородский листок», также стал корреспондентом «Одесских новостей».

Анна Николаевна Шмидт (1851–1905) родилась в Нижнем Новгороде, в семье юриста, дворянина.

Несмотря на то что Анна училась только у домашних учителей, она сумела в 1873 году сдать экзамен, чтобы стать преподавателем французского языка в женской Мариинской гимназии. Отец ее служил в Польше, откуда по суду был сослан в Астрахань; там Шмидт начала журналистскую деятельность в местной газете. Там же Анна начала подрабатывать уроками и переводами, а по возвращении в Нижний Новгород в 1894 году стала постоянным сотрудником вначале «Волгаря», а затем «Нижегородского листка», где и проработала до своей кончины. Шмидт делала репортажи, отчеты о земских собраниях, вела театральную хронику, писала рецензии о концертах, оперных и драматических спектаклях, статьи-отчеты обо всех театральных гастролях.

М. Горький, который познакомился с ней в редакции «Нижегородского листка», где они оба сотрудничали, писал, что у нее был подлинный репортерский дар проникать повсюду – она умудрялась даже прятаться в шкафах, чтобы присутствовать на закрытых заседаниях земства. С 1900 г. увлеклась теологической философией Владимира Соловьева, переписывалась с ним (26 писем, 7 ответных). Анна Шмидт написала ряд мистических сочинений. Не имея достаточного образования, из личного мистического откровения, подобно авторам-визионерам, она построила свою гностическую систему. Её сочинения получили высокую оценку русского философа Сергия Булгакова.

Скромная провинциалка вызвала любопытство среди людей, близких к знаменитостям Серебряного века, своей историей «мистической любви», связавшей ее с русским религиозным философом и поэтом Владимиром Соловьевым.

Переписывался с Анной Шмидт и Александр Блок.

Скончалась она 18 августа 1905 года в Москве. Похоронена на Петропавловском кладбище Нижнего Новгорода (могила не сохранилась).

В Нижний Новгород Пешков приехал 15 мая 1896 года. На следующий день написал невесте: «Вчера приехал и уже вчера ездил осматривать Выставку – хаос полнейший, откроется 26-го. Сегодня посылаю первый фельетон в “Новости”. С Ашешовым (редактором “Нижегородского листка”. – Е. Н.) встретился холодно – Дробыш написал ему письмо в 25 поч<товых> листиков и в этом письме оклеветал меня. Я даже не читал письма – пускай. Буду у них – у Ашеш<ова> – работать, упорно приглашают. Давыдов (журналист, сотрудник “Самарской газеты”. – Е. Н.) скучает по той же причине, что и я, но он счастливее меня – к нему “она” приедет 27-го. <…> Квартиры пока еще не нашел и живу с Д<митрием> Я<ковлевичем> (Давыдовым. – Е. Н.). Наверное так с ним и устроюсь, ибо искать квартиру некогда и бесполезно – нет квартир». Д. Я. Давыдов жил в доме № 5 в Холодном переулке.

XVI Всероссийская промышленная и художественная выставка

Редакция газеты «Нижегородский листок», в которой Алексей Максимович проработал несколько лет, находилась в трехэтажном доходном доме из красного кирпича, принадлежавшем мещанину Ф. Е. Приспешникову и расположенном на пересечении Грузинской улицы с Большой Покровской.

Во время работы на выставке происходили всевозможные знакомства. 27 мая Пешков сообщил невесте: «Вообще – печать здесь в чести. Это не Самара. Для нас устроено на выставке специальное бюро, где мы можем работать, нас приглашают на всевозможные обеды, собрания, заседания. Это всё утомительно и скучно. Министров сюда приехало – куча!.. Познакомился с разными “особами” – с Григоровичем, Каразиным, Верещагиным. Вчера был у губернатора, который сделал мне выговор за резкость тона. Он – премилый, вежливый и очень разговорчивый; беседовали мы часа полтора, и он обещал мне давать всевозможные указания и справки».

Здание банка на Б. Покровской улице. За ним – редакция газеты «Нижегородский листок»

22 августа 1896 года Пешков выехал в Самару для венчания, вернулся в Нижний Новгород вместе с супругой 2 сентября. Молодые поселились в доме купчихи А. Ф. Гузеевой в Вознесенском переулке (сейчас Нижегородская улица). Е. П. Пешкова вспоминала: «Приехав в Нижний, мы сняли квартиру за 11 рублей в месяц, сначала две комнаты, а потом уже третью, в этом же доме <…> Мы привезли из Самары домработницу моей матери».

11 января 1897 года супруги Пешковы из Нижнего Новгорода уехали в Крым. Побывав в Севастополе, Херсонесе и Ялте, в феврале они прибыли в Алупку и поселились в пансионе Е. И. Токмаковой. Здесь Алексей Максимович познакомился с доктором А. Н. Алексиным. 8 мая Пешковы выехали в Кременчуг, откуда 10-го числа направились в Мануйловку, где остановились у своей знакомой по Алупке А. А. Орловской. Здесь у Пешковых 27 июля родился первенец – сын Максим. Из Мануйловки выехали 23 октября. Побывав в Москве и Торжке, 29 октября приехали в село Каменное, где тогда жила семья Н. З. Васильева, остановились у них.

Памятник М. Горького на набережной Федоровского. Скульптор И. П. Шмагун

В январе 1898 года Пешковы выехали из Каменного, побывав в Твери и Москве, 20-го числа вернулись в Нижний Новгород, остановились у А. Е. Богдановича, родственника Екатерины Павловны. Через неделю, 27 января, сняли квартиру в доме К. П. Карташёва в Тихом переулке. Через полтора месяца, 16 марта, перебрались на новое место жительства – на Ильинскую улицу.

В апреле 1898 года произошло важное для Пешкова событие – столичное издательство С. П. Дороватовского и А. П. Чарушникова выпустило в свет два тома «Очерков и рассказов» М. Горького. После этого писатель стал не только всероссийски, но и всемирно известным.

В ночь с 6 на 7 мая 1898 года А. М. Пешкова арестовали в связи с делом проживавшего в Тифлисе революционера Ф. Е. Афанасьева, у которого нашли фотографию писателя с надписью: «Дорогому Феде Афанасьеву на память о Максимыче». Сразу после ареста Пешкова отправили в Тифлис, где заключили в тюрьму, в Метехский замок. Через три недели, 28 мая, выпустили на свободу, поскольку полиция пришла к выводу, что «к установлению виновности его в причастности к социал-демократической пропаганде не имеется достаточных оснований».

31 июля Пешков вернулся в Нижний Новгород, сначала остановился в почтовой гостинице, находящейся в Чернопрудном переулке. 2 августа из гостиницы переехал в дом Пименова на Гребешке. Через неделю, 11 августа, поселился в доме П. А. Ржонсницкой на Новой улице. Через полтора месяца, в конце сентября, еще раз поменял место жительства – перебрался в дом Каменева на Ново-никольской улице. 4 ноября 1898 года Пешковы переехали на новую квартиру – в дом Н. Х. Курепина на Полевой (сейчас улица Горького, дом № 82).

14 марта 1899 года писатель выехал в Ялту, к А. П. Чехову, побывав также в Севастополе и Москве, 19 апреля вернулся в Нижний Новгород, в тот же дом Н. Х. Курепина на Полевой улице.

Лето (с 28 июня до середины августа) Пешков провел в Васильсурске, на даче В. А. Кильчевского. С 29 сентября по 22 октября находился в Петербурге. 25 октября возвратился в Нижний Новгород. На следующий день в связи с болезнью своей близкой знакомой М. С. Позерн выехал в Самару. 3 ноября из Самары уехал в Москву. 6 ноября вернулся в Нижний Новгород. 2 декабря Пешков из Нижнего Новгорода уехал в Смоленск, побывав также в Москве, 8 декабря вернулся в Нижний Новгород.