Евгений Нетт – Я в третий раз ребенок?! (страница 22)

Было видно, что дедушке трудно даются такие слова. Он долго прожил, вырастил двоих сыновей и дочь, но только сейчас рассмотрел то, что всё это время упускал. Не знаю, что именно, но это что-то сделало его гораздо мягче и тактичнее.

Переведя дух, Зар’та продолжил.

— Ты боишься ошибок — и это правильная позиция. Но не пробуя, добиться хоть чего-то не удалось бы даже Первым. Как насчёт того, чтобы вместо этикета включить в программу твоего обучения те из основ управления, к которым у тебя больше лежит душа?

— Не то, чтобы я так уж хотел кем-то управлять…

— Удовлетворишься положением рядового члена в отряде авантюристов? — Дедушка чуть улыбнулся, после чего подмигнул: — А мне казалось, что ты гораздо амбициознее…

— Вообще-то, поначалу я хотел путешествовать один. Доверять непонятно кому свою жизнь… Для такого я слишком недоверчив. — По выражению лица Зар’та я как-то сразу понял, что он припомнил события годовалой давности. Те самые, упоминанием которых меня можно будет вогнать в краску ещё лет так двадцать…

— Если ты откажешься, то я пойму это. Но опыт управления малыми и большими группами людей в жизни лишним никогда не будет, это я тебе как бывший авантюрист говорю.

— Ты⁈ — У меня натурально отпала челюсть, а глаза, наверное, заняли треть площади лица. — Авантюрист⁈

— Только тс-с, об этом даже твой отец не знает. Но — да, я в течении пяти лет после своего совершеннолетия исследовал северные земли демонического континента в составе команды, собравшейся по пути к месту. — Вечер откровений, не иначе! — Если хочешь, я покажу тебе кое-какие трофеи, оставшиеся с тех времён.

— Хочу! — Ну и плевать, что такое поведение недостойно такого взрослого меня. Узнать, что серьезный и одним своим видом заставляющий окружающих трепетать Зар’та, известный своей любовью к порядку и традициям, был авантюристом… Да если отец об этом услышит, его ж инфаркт хватит! — Но не сейчас. Надо послать отряд…

— Я послал людей ещё до того, как предложил тебе собрать отряд. — Он развёл руками, как бы извиняясь. Правда, раскаяния в его глазах было ни на грош. И это мне импонировало: если и быть лидером, то только таким. Жёстким, решительным и в меру хитрым. — Извинишь меня за это?

— Это было благоразумно, дедушка. Тут не за что извиняться. — Сам способ вовлечь ребёнка в какое-то не особо ему интересное действо был весьма специфичен, но дедушка старался, так что на кое-что глаза можно и закрыть. — А про обучение… Этикет я ведь уже освоил, верно?

— Да, тесты по всем основным моментам ты уже сдал. — Не стал отпираться «старик», хитрость которого была так легко раскрыта. — Остались только танцы, но это тебя ждёт не раньше, чем через пару лет.

— Я не против попробовать научиться руководить, но, дедушка, я категорически против становления главой рода. И с возрастом это вряд ли изменится!

— Конечно, во мне ещё теплится надежда на то, что ты изменишь своё мнение, но получив ту же базу, что и Гериан, ты сможешь хотя бы ему помочь в случае чего. — Звучит логично, но тут главное обставить всё так, чтобы меня плавно не припахали работать во благо рода вопреки моему желанию. — Ну так что, подумаешь? Занятия начнёшь с теории малых отрядов. Это именно то, что больше всего нужно авантюристу.

— Хорошо. — Интересно, если у меня будут дети, то их так же придётся уламывать учить то, что им кажется ненужным? Это ж ад! Не зря, ой, не зря я старательно избегал этой сомнительной чести! — Я согласен.

— Вот и ладненько. — Я аж поперхнулся от услышанного. «Ладненько» — и из уст моего железобетонного деда… — Как насчёт посмотреть на всё то, что мне удалось добыть в своих путешествиях и привезти на этот континент?..

За перебором самых разных вещей, хранящихся в отдельном помещении с закосом под музей, мы провели что-то около трёх часов. Оружие, броня, артефакты, предметы культуры, редкие минералы, книги и даже неиспользованные магические свитки с редкой, расовой магией — в молодости дед явно был тем ещё хомяком, так как иначе объяснить наличие у него подобных личных, чисто коллекционных запасов я не мог.

И ведь в этом мире не было даже намёка на всякие пространственные карманы — они же инвентари, а при попытке отыскать подобное среди навыков системы та в насмешку демонстрировала кукиш. Были артефакты навроде той пластины, что иногда носил при себе дед, но там объёма — хрен да маленько, а маны жрало много. Артефакт сугубо бытовой, с которым весьма удобно было тягать всякие мелочи, но просто опасно использовать в дороге, где каждая крупица маны может сохранить жизнь в неожиданно начавшемся бою.

Следовательно, дедушка всё это пёр если не на своём горбу, то в гружёных телегах, и набраться должен был целый караван. С учётом того, что из Рокстоуна к границе северных областей демонического континента на хорошем коне ехать что-то около года, в лучшем случае — девяти месяцев, то один только процесс вывоза трофеев должен был быть тем ещё приключением.

Но в какой-то момент экскурсия подошла к концу. Я посмотрел всё, что мне было интересно и чего можно было касаться руками, — особо едкий череп какой-то рогатой твари, например, трогать категорически не рекомендовалось, а среди демонов из этих костей частенько делали оружие, за счёт чего сам череп выглядел малость некомплектным, — и выслушал парочку историй, в изложении дедушки походивших на хроники путешествия по Аду.

Если ему верить, — а я верил, — то на континенте демонов тебя сожрать не пытается разве что песок и воздух, и то только если это не запчасти элементаля какого. Всё остальное, начиная от растений с насекомыми и заканчивая зверьми, опасно даже для сильных людей. В группе дедушки в те годы не было никого ниже ранга эксперта, и при этом отряд неоднократно терял бойцов, в городах добирая новых.

В какой-то момент основной костяк с дедом во главе притёрся друг к другу, и потери сошли на нет, но урок для себя я вынес.

Даже местные, сильные местные, там мрут как мухи, а кто-то вроде меня, не знающий тамошних реалий, гарантированно отыщет совершенно идиотскую смерть. Так что пока Бригантию, людское королевство, мне покидать очень нежелательно.

Даже со всеми минусами птичьих прав, на которых иллити тут поселились, и склонностью людей к интригам, тут было намного безопаснее.

— Ознакомься. Проведём первый, ознакомительный урок.

Дедушка протянул мне исписанный мелким почерком лист бумаги. Отчёт как отчёт — глава группы, некто Ривер, сообщал, что до места они добрались без проблем.

Выставив охранение в виде троих членов совсем небольшой группы, оставшиеся двое предпочитающих элемент земли магов быстро прочесали лес, за каких-то полтора часа отыскав хорошо замаскированный склад рабов. Согласно заранее полученным инструкциям, отряд связался с «базой» и дождался прибытия поддержки в лице десятки бойцов-иллити, на плечи которых легло сопровождение более чем двадцати рабов в город.

В то же время, достигшая своей основной цели пятёрка перешла к выполнению второстепенной задачи, включающей в себя организацию засады и уничтожение банды, которой был обещан «товар». Отчёт не был богат на детали, но это, скорее всего, было следствием высокого положения моего деда, у которого и на внуков-то времени оставалось немного, а на чтение красочного описания каждого чиха его не было вовсе. Несколько строк, подводящих итог — вот и всё, с чем должен был ознакомиться глава рода.

Но кое-что меня сильно заинтересовало, и этим кое-чем были пять печатей на обратной стороне листа.

— Я прочитал, но у меня есть вопрос. Что обозначают эти символы?

Два круга, два квадрата и треугольник. Вписанные в контуры этих фигур отличались, но среди них были и похожие друг на друга элементы. При этом печати при касании оставляли после себя ощущение чужой магии, и ощущения эти, опять же, разнились от одного символа к другому. Я не обладал достаточными познаниями в магии, и потому причины мог только предполагать.

— Что ж, видимо, твой наставник-человек не посчитал нужным посвятить тебя в распространенный среди демонов, зверолюдей и всяких достойных магов обычай…

— Или просто не смог. Или не успел. — Вроде уже прошло больше года с тех пор, как дедушка познакомился с моим первым учителем, но его скептическое отношение к наставнику из расы людей нисколько не поменялось. — Дедушка, Глассовер не так плох, как ты считаешь.

— И всё-таки, он, со своими знаниями и жизненным опытом, мог научить тебя много большему.

— Возможно. Но он давал мне всё, что считал нужным, и искренне радовался моим успехам. — Старик и сейчас продолжал обучать меня общим наукам, но его начало подводить здоровье, и в последние месяцы он заметно сдал, передав часть своих обязанностей учителям рода. Фактически, с Глассовером я изучал только естествознание, включающее в себя почти все науки, в моём первом мире получившие отдельные названия. — Не в упрёк тебе, дедушка, но тогда у меня не было особого выбора.

— Это всё слова, Золан. Истинный показатель — прогресс. Ты хоть и тянешь с получением продвинутого ранга… — Тяну? Да я пашу, как конь, чтобы потом не застопориться в своём прогрессе на несколько лет! Толку-то от того, что я перейду на следующий ранг, не освоив всё, что можно и нужно, на начальном? Мой подход, возможно, не особо эффектен, но его эффективность сложно недооценить. В конце концов, я достойно выживал в тренировочном бою против Целестии, за счёт опыта, навыков и объемов маны сравняв свою, прокачанную, магию начального уровня с классической продвинутой. — … но всего года занятий со мной и наставниками рода хватило для того, чтобы ты сумел заинтересовать Целестию. А она — признанный гений, не поступивший в академию магии лишь из-за политических причин.