Евгений Нетт – Пси-ON. Книга IV (страница 3)
Через пять-десять лет ситуация, бесспорно, изменится в лучшую сторону даже с учётом увеличения частоты появления новых разломов, но пока без моего вмешательства такие «катастрофы» собирали обильную кровавую жатву.
Но самым неприятным было то, что мне, в силу созданного образа Лжебога, придётся и в этот раз сопроводить своё появление с многочисленными разрушениями и смертями. Общий итог будет значительно лучше, чем если бы я просто проигнорировал разлом или явился на всё готовенькое, но всё равно чему-то внутри меня было… противно, пожалуй.
И это хорошо, ибо в тот злосчастный день три года назад, начав свой крестовый поход, я вообще чуть не превратился в бездушное, жестокое чудовище. Эмоции потухли в скорости мышления, а человечность забилась в самый дальний угол.
Я очень не любил вспоминать о тех субъективно очень далёких временах, но время от времени всё равно специально забирался в самые глубины памяти, дабы напомнить на себе о том, чем я мог и всё ещё могу стать. Так сказать, проходил через повторный курс прививок на предмет того, почему быть человеком хотя бы отчасти – это благо.
И сейчас, вместе с полной рублёных граней маской примерив лик Лжебога, я вновь заставил себя вспомнить… и объединил одинокий поток «человеческого» сознания с тем, чем на самом деле являлся мой разум.
Спустя минуту в небе над атлантическим океаном растворилась едва заметная точка…
Глава 2. Через прицел.
Вой пролетающих над головами бомбардировщиков сменился сначала угрожающим визгом сбрасываемых ими бомб, а следом и чередой разрывов, сотрясших землю и запаливших в пригороде Нью-Дели с десяток новых, просуществовавших несколько секунд и скрывшихся за чадящим дымом солнц. И не думающее тухнуть пламя, осевшее на нескольких квадратных километрах, словно бы разбегалось в стороны под многоголосый, пробирающий до костей клёкот, стрёкот и даже вой сгорающих заживо мутантов.
Весьма разномастные и многочисленные, они, тем не менее, «делали ставку» на один вполне конкретный инсектоидный вид, в котором нашлось место тварям размерами от собаки до слона. Эти мутанты все, как один были неприятной желтовато-болотной раскраски, и могли похвастаться отлично подходящим для охоты и убийства строением тел. С привычными землянам жуками их мало что роднило, но общее впечатление оседало в сознании каждого, кому выпадало сомнительное удовольствие лицезреть поле боя: инсектоиды, быстрые, крепкие и смертельно опасные.
Несмотря на то, что больше мерзопакостных ублюдков «в моменте» не становилось, стянутых на место оперативных групп ОМП, подкреплённых местными войсками, всё равно категорически не хватало для обеспечения надёжного периметра. Уже в третий раз авиация наносила массированный удар по скоплениям мутантов, не считая, конечно же, поражения особо крупных целей, но ни конца, ни края врагам видно не было.
Периметр ОМП теряли дважды, и сейчас, получив свежую порцию подкреплений, готовились занять его в третий раз.
– Отделению – приготовиться! – Сергей в последний раз проверил капсулы с газом пси-винтовки, доведя их содержимое до предельно допустимых параметров. В пылу боя так не поизвращаешься, но перед стычкой – почему нет? Лишняя мощность выстрела псиону-слабосилку никогда не будет лишней, особенно в ситуации, когда своих мало, а врагов совсем наоборот, чрезмерно много. Системы бронекостюма мужчина так же проверил, вычленив в небе стайку из десятка пернатых мутантов, удаляющихся в сторону центра города. Упустили, но на такие мелочи сейчас никто даже внимания не обращал. – Задача – обеспечить прикрытие фортификаторов, занять укрепления и сдержать натиск до прибытия элиты! – Рыкнул командир их отделения из двенадцати бойцов, среди которых лишь четверо, включая самого Сергея, были псионами, и несли на себе экспериментальное высокоэффективное пси-вооружение. – Пути для отступления присмотреть заранее, есть все шансы, что и в этот раз нам не удастся закрепиться. В случае моего выхода из строя командование переходит Смирнову, вопросы?!
Ответов не последовало, так как вопросов ни у кого не было.
– Тогда, всему отделению – цепью, вперёд!
Сергей хмыкнул про себя, вслух оттарабанив что-то вроде «Есть!». Их отделение не принимало участия в первых двух попытках оцепить периметр, но даже так псион мог сказать, что совсем недавно тут было ещё жарче.
Небо, в это время обычно ярко-голубое и безоблачное, заволокло чёрным и сизым дымом, отчего день обратился ночью. Самыми яркими источниками света стали стены напалма, выигравшими для подразделений ОМП немного времени, и прожектора наземной и воздушной техники. Последняя, к слову, как начала, так и не переставала вести огонь куда-то за пламя, выкашивая натуральные толпы мутантов родом из иных миров. Куда ни кинь взгляд – виднелись руины, тела людей и чудовищ, остовы техники, гражданской и военной, неопознаваемые обломки…
Всё от горизонта до горизонта, – хоть из-за задымления «горизонт» и был на совсем небольшом расстоянии, – было порушено, и Сергей не решался даже сделать скидку на то, что предместья этого конкретного города сами по себе нередко выглядели хуже иных руин. В дом миллионов гражданских пришла беда, а они, ОМП, не смогли её предотвратить. И то, что разлом-«катастрофа» образовался в весьма неблагополучной стране третьего мира, ставящей ОМП палки в колёса, вины защитников Земли не умаляло.
Здесь на постоянной основе было размещено слишком мало сил, чтобы оперативно реагировать на проблемы подобных масштабов, и ценой этого уже стали жизни множества солдат, как местных, так и бойцов ОМП. Хоть как-то сдерживать натиск удавалось лишь за счёт работы авиации, но из-за дерьмово проведённой эвакуации гражданских обработать весь сектор от и до так, чтобы тут не осталось ничего живого, было невозможно.
Вот и рисковали псионы и простые солдаты своими жизнями, собираясь в третий раз предпринять попытку восстановления периметра и организовать, наконец, полноценную зачистку территорий вокруг разлома.
Потому что если они не справятся, то в игру вступит уже вставший на крыло стратегический бомбардировщик с особым зарядом на борту, подрыв которого на той стороне разлома, конечно, поставит жирную точку в проблеме с мутантами, но вместе с тем заставит сам разлом схлопнуться и выплеснуть на Землю двукратную норму Пси вместо половинчатой.
А это, с учётом размеров разлома-«катастрофы»…
Будет очень плохо.
Сергей, дождавшись своей очереди, вылез из-за нерукотворного укрытия, вскинув к плечу пси-винтовку, газ в которой он так предусмотрительно «разогнал». Впереди, в дыму, уже мелькали уродливые тени, так что медлить мужчина не стал. У него был кое-какой опыт, так что он просто и незатейливо начал раз за разом вдавливать спусковой крючок, сосредоточившись на не требующих большой силы псионических манипуляциях, без которого его высокотехнологичное оружие даже на роль горелки не подошло бы.
Пси-винтовка предоставляла особый газ, а за слабым пирокинетом было всё остальное. Ряд точных и требовательных к контролю манипуляций приводил в итоге к тому, что раз в секунду, – личный рекорд Сергея, – из ствола вылетал стремительно разрастающийся густок высокотемпературной плазмы, не оставляющей шансов мутантам, которые при всей своей прочности и живучести всё ещё состояли из органики, и горели диво как хорошо. Сил это действо практически не требовало, и палить даже слабосилок мог часами против тех минут, что у него были, сражайся он «традиционными» методами.
И если поначалу плазма летела «вникуда», вызывая нестройный вой множества глоток сгорающих заживо мутантов, то спустя полминуты псион уже был вынужден бить прицельно. По недобиткам, так как пусть с запозданием, но зарычали пулемёты, которым тут же вторили орудия подоспевших БМП – те пока ещё били фугасными снарядами, не рискуя задеть кого-то из своих. В воздухе засвистели мины, и где-то там, впереди, за чередой взрывов несколько квадратных сотен метров окончательно превратились в филиал Ада на Земле.
Подавление врага проводилось на должном уровне, и за пехотой, по сути, оставался лишь контроль недобитков и редких уцелевших мутантов на пути к границам нового периметра.
И с этим Сергей сотоварищи справился в лёгкую, доведя «своего» псиона-фортификатора до нужной точки, и позволив тому начать, наконец, тяжёлую, но важную сейчас работу.
Повинуясь воле экипированного по высшему разряду псиона начали подниматься почва и обломки, расплываясь однородной массой и формируя фундамент будущих укреплений. Пси, которую невозможно было контролировать в таких условиях, неприятным, – а иначе не будет, когда учат всячески избегать лишнего выхлопа, – потоком заструилась вокруг, но делу это не повредило.
В считанные минуты из, фактически, ничего, выросли трёхметровые стены с позициями для стрелков и тяжёлого вооружения, которое уже поднесли и были готовы оперативно разместить следующие за пехотой расчёты. Образовался достаточно глубокий ров, соединившийся с такими же по левую и правую стороны, где трудились другие псионы-фортификаторы. А в воздухе над головами строителей и прикрывающих их войск мелькали всё новые и новые снаряды, ракеты и бомбы, поток которых и не думал иссякать.