Евгений Нетт – ЛЕКС. Книга I (страница 19)

Они, вырезав охрану, уже не ожидали встретить серьёзное сопротивление, и потому в первые пол-минуты я убивал их, как свиней на бойне.

Один, три, пять – первая «партия» ничтожеств, коим сунули в руки катализаторы и объяснили, что воображать и как целиться, даже не поняла, что их убило.

– Окружай, окруж… – жгут ртути, следуя заложенной в него «программе», выстрелил на два десятка метров и пробил вагон насквозь, нанизав на себя командира группы террористов, как бабочку на булавку.

– Смерть голубокровным!.. – взлетевший прямо на пути гранаты экран из титана обрушил осколки на голову бросившему её, и неизвестный мужчина затих навечно.

– Достал суку!.. – особенно разрушительный залп с грохотом и дымом прорвался через полуметровый слой ртути, но развалился вместе с остановившей его рельефной структурой из титана.

Но вся слабость одиночных «болванчиков» разбивалась об их количество и командиров, которых я не мог достать с такой дистанции. Они координировали атаки, а катализатор чем дальше, тем чаще сыпал ошибками.

«Ты в середине большого дерьма, Лекс!».

Синхронно из окон вскинулась четвёрка стрелков, а волна ртути, встретившись с первым залпом, воющим от насытившего его электричества, потеряла стабильность. Браслет пискнул и выдал ошибку, прерывая технику и вынуждая меня пересоздавать защиту.

Ртуть, исчезнув и появившись, пропала снова, и этот цикл повторился ещё дважды, трижды, четырежды. И с каждым разом я перехватывал смертоносные сгустки неизвестной природы всё ближе к себе, теряя контроль над ситуацией.

«Чёртовы ублюдки не мажут, что б их!» – сцепив зубы, я рефлекторно махнул рукой в сторону, срубая тонкими жгутами ртути ближайшие деревья. Вековые сосны с треском обрушились передо мной, ворохом поднятого сора и густой зеленью ветвей на секунды лишая террористов возможности в меня спокойно целиться. – «Так дальше не пойдёт. Проклятье!».

Корка льда, по моей воле сковавшая раскалившийся браслет, таяла и шипела, отводя тепло от металлического корпуса. Капли воды стекали на кожу, раздражая свежие ожоги, и от боли перед глазами всё чаще вспыхивали чёрные пятна.

– Лазарь, бегом! Бегом! – голос Дмитрия раздался где-то позади ровно перед тем, как между мной и террористами с грохотом опустилось несколько массивных, одинаковых стальных плит.

Одновременно по траве дугой расползлось ненастоящее пламя, от которого, впрочем, в небо хлынул вполне материальный и не нуждающийся в поддержании дым.

– Жив, сволочь! – Виктор, высунувшийся из-за дерева, выглядел так, словно только что отмахал с десяток стометровок. Но судя по тону, он вполне себе радовался озвученному факту, а не сокрушался. – Валим, пока целы! Остальные уже речку пересекли, не тормози, Лекс!

– Понял, не дурак, – я развернулся, бегом припустив за парнями, лично подавшими мне пример. За моей спиной всё ещё клубилась ртуть, от запястья пахло горелой плотью и раскалённым металлом, но я всё равно испытывал сейчас невероятное облегчение.

«Дожил, «Лекс». Радуешься тому, что на помощь прибыла парочка недорослей. Но будь я проклят, если они не появились очень и очень вовремя».

Но темнота леса сокрыла нас в своих тенях, как родных детей.

Террористы остались позади, а на передний план вышло дыхание, напряжение в мышцах и попытки не убиться к такой-то матери среди буераков, сухостоя и оврагов.

«Одно лишь радует – никто и никогда не узнает, что от толпы мужиков с ружьями драпал не бездарный абитуриент, а опытный, горделивый маг» – промелькнула последняя мысль перед тем, как я всецело сосредоточился на беге…

Глава 8. Надежд наивных позорный крах.

Лес встречал гостей гулкой, первобытной тишиной, нарушаемой лишь нашим дыханием, хрустом веток под ногами, да уханьем недовольных вторжением сов.

Полумрак сгущался с каждой минутой, а кроны вековых сосен смыкались над головой так плотно, что последние отблески заката терялись в вышине. Все звуки извне глушились целиком и полностью, так что даже если нас и преследовали, то мы этого просто не слышали.

Я бежал замыкающим, за Виктором, который, в свою очередь, ступал след в след за прокладывающим дорогу Дмитрием. Ртуть мою спину уже не прикрывала – браслет приказал долго жить уже спустя пять минут бега, но снять его было невозможно.

Кожа под металлическим ремешком и корпусом устройства спеклась, и каждый шаг отдавался в руке тянущей, заставляющей материться себе под нос агонией. Я слабо себе представлял, во что превратилось моё запястье под металлом, но приятного было мало.

«Проклятый кусок железа. Надо было всё-таки выделить на эксперименты чуть больше времени. Впрочем, знал бы, где упаду – соломки бы подстелил. Или матрасик…».

– Чёрт! – Виктор споткнулся о корень, но удержался на ногах, вцепившись в ствол ближайшей сосны. Дмитрий притормозил, бросив на нас короткий взгляд через плечо.

– Не расслабляться, Шталь! Помощи не будет ещё часа два минимум, мы сами по себе. Нужно нагнать остальную группу. Возможно, террористов больше, чем одна группа…

– Я… я в порядке, – выдохнул Виктор, нервно облизывая губы. – Оступился. Бывает. Просто никогда не думал, что мне придётся бегать по лесам… и убивать.

«О нет, только моральных терзаний нам сейчас не хватало».

– Добро пожаловать в реальный мир, дружок, – Дмитрий невесело усмехнулся, размяв пальцы, сжимающие рукоять его боевого катализатора. – Дерьмо не обязательно искать, чтобы оно с тобой случилось. И если ты сейчас распустишь нюни, то шансы всех там… – он кивнул вперёд, – упадут ещё ниже.

Виктор поморщился, сплюнув и вытерев со лба пот:

– Я в норме, Дима, в норме, – из уст вчерашнего мальчишки это звучало не слишком убедительно. – Давай уже, шевелись. Лазарь, ты как?

– Бывало и лучше, – честно признался я. – Но бежать я могу. Помирать-то не хочется…

– Тогда продолжаем, – ёмко бросил Дмитрий перед тем, как сорваться с места.

Мы ринулись следом за ним, напрягая глаза и щурясь: подлесок становился всё гуще, цепляясь за одежду колючими ветками и скрывая под прелой листвой особо коварные ямы.

Я уже дважды едва не вывихнул лодыжку, потому что то ли у тела в принципе координация и физические кондиции оставляли желать лучшего, то ли ранение и бой на пределе привели меня в полную негодность. Мышцы гудели, а держался я на адреналине и чистой воле человека, отказывающегося умирать во второй раз за неполную неделю.

– Стоп, – Дмитрий вдруг вскинул руку, и мы замерли, прислушиваясь.

Где-то справа, в десятке-другом метров, раздался треск – громкий и неритмичный. А спустя несколько секунд перед нами из зарослей вылез огромный лось… который испугался нас больше, чем мы его, и скрылся, издав негромкий, тревожный рёв.

Дима держал его на мушке до самой последней секунды, и выдохнул только тогда, когда шаги зверя окончательно стихли.

– Пронесло, – прошептал Виктор. – Тут до реки немного осталось, наверное.

– Наверное? – Дмитрий хмыкнул, косясь на экран «половинки» своего катализатора на левой руке. – С направления мы не сбились. Но расстояние и время в темноте имеют свойство растягиваться…

– Тогда просто идём вперёд. Или кому-то нужна передышка?

Оба парня на мою реплику лишь помотали головами, и мы продолжили забег, изо всех сил стараясь не навернуться: рельеф пошёл волнами, а света становилось всё меньше. Подсветить себе дорогу мы не могли из-за потенциальных преследователей, так что я в какой-то момент начал с трудом различать даже спины впереди бегущих.

Лес начал расступаться лишь спустя четверть часа, когда вся наша троица уже выглядела так, словно провела в чаще целую неделю, и не далее как час назад боролась за малину с медведем.

Бежать было тяжело физически и морально, а отсутствие доступа к «магии» заставляло меня сжимать всё сжимаемое при малейшем внешнем шуме. Поэтому, когда до моего слуха донёсся едва уловимый гул, я напрягся. Когда он перерос в шум воды – обрадовался.

Ну а когда шум превратился в рокот, переходящий в грохот – грязно выругался, не стесняясь в выражениях.

Потому что река, к которой мы вышли, оказалась шире и быстрее, чем я ожидал.

– И это её форсировали женщины и дети? – я скептически поднял бровь, пытаясь отдышаться. Подошёл к камням, устилающим берег.

– Элизабет нашла брод. Там мелко, по пояс. Но течение сильное, – пояснил Дмитрий, рукой указав направление. – Нам в ту сторону. Тут должно быть недалеко, если мы не скосили по пути.

– Это обнадёживает…

Вдоль берега пришлось пройти ещё полсотни метров, прежде чем я заметил на другом берегу фигуры людей, жмущихся друг к другу на небольшом каменистом пляже.

– Они даже не ушли вглубь, к деревьям, – недовольно бросил Шталь. – Но нам переходить здесь. Лазарь?

– Я не настолько плох. Но за беспокойство – спасибо. – Я повёл плечами, глядя на два каменистых берега, между которых, вспениваясь на валунах, громыхала река. В полумраке вода казалась почти чёрной, и увидеть дно было попросту невозможно.

«Если тут перебрались хрупкие девушки вроде Алисии, то я-то и подавно не облажаюсь. Главное – не торопиться».

– Лазарь, ты уверен, что сам справишься? – голос Дмитрия звучал напряжённо, но без вызова, без попытки поддеть или оскорбить. Он стоял по колено в ледяной воде, удерживая равновесие на скольких камнях, и явно был готов протянуть мне руку.