Евгений Нетт – Лекс. Книга 3 (страница 22)

Александр размеренно прошёлся по пунктам: женское общежитие оставалось закрытым для студентов мужского пола, в то время как в мужское девушек в последние дни пропускали почти бесконтрольно. Комендант объяснял это традициями и тем, что так было всегда. Журналы посещений на такой случай им не велись вовсе, камеры отсутствовали из соображений о неприкосновенности частной жизни подрастающей аристократии, а сама по себе девушка не вызвала бы подозрений ни в одном из общежитий.

Тем единственным, что хорошего сделал комендант для расследования, оказалась его неприязнь к простолюдинам: студенток низшего сословия он в мужское общежитие не пускал вообще, потому как приличия.

— Сотрудники Имперской Безопасности ведут работу над тем, чтобы сформировать круг наиболее вероятных кандидаток «в подозреваемые», — продолжил принц после непродолжительной паузы. — Но это дело небыстрое и ненадёжное.

— А комендант?

— Понижен до заместителя, — ответил вместо принца Поук. — Формально не уволен — слишком хорошо знает систему, и заменить такого специалиста некем. Но с сего дня он несёт службу под надзором офицера Имперской Безопасности. Больше никаких «неучтённых посетительниц».

— Для нескольких часов, — начал я, помолчав немного и не дождавшись продолжения монолога, — это большая работа. Особенно если учитывать вынужденные полумеры.

Поук поморщился:

— К сожалению, таковы реалии работы с аристократией. Особенно с высшей, — раздражением, сочащимся из его обычно спокойного голоса, можно было наполнять русла пересохших рек. — Но мы действительно не топчемся на месте. Процесс идёт, пусть и не так быстро, как нам того бы хотелось…

Я прокрутил услышанное в голове второй, третий, четвёртый раз. Сопоставил со своими собственными размышлениями… и забросил удочку:

— А если письмо было нужно не для того, чтобы «парализовать» меня? — Александр оторвал взгляд от бумаг, прищурившись, а я продолжил. — Способ, хочу напомнить, не самый надёжный. Особенно если принимать в расчёт… ну, меня. Эгоистичный молодой аристократ сомнительных личных достоинств — не тот, кто испугается за жизнь простолюдинки…

— Самокритично, — Виктория хмыкнула, но взгляд её оставался серьёзным. — И вполне резонно. Аристократов нашего поколения, которых заботила бы жизнь простолюдинки, можно пересчитать по пальцам одной руки. А учитывая вашу… дружбу, — девушка чуть сбилась, — то угрозы в сторону Фольт могли и вовсе быть восприняты тобой положительно, Лекс. Естественно, если судить строго по твоему личному делу, не общаясь лично…

— Справедливо, — хмыкнул я, скрестив руки на груди. — Так или иначе, но у нас есть факт, который уже не изменить. Письмо вызвало конкретную реакцию: на территорию Академии отправили ещё больше охраны, гвардии, армейских подразделений, контроль ужесточили, а несколько сотен молодых аристократов просто вычеркнули из политической жизни Империи, ограничив связь со внешним миром. Это всё само по себе могло быть целью, если изначально врага интересовало совсем другое место, в котором сейчас недосчитаются пресловутых армейцев, гвардейцев и сотрудников ИБ…

— Такая версия находилась в работе, господин Лазарь, — отозвался Поук, для которого мои слова открытием точно не стали. — Но аналитики и выездные оперативники сошлись на том, что предсказать, кого, когда и откуда перенаправят в Академию было бы затруднительно даже для очень осведомлённого заговорщика.

— То есть, — Александр перевёл взгляд на Поука. — Версию отложили, не проработав?

— Проработав поверхностно, — не согласился мужчина. — Если бы мы разбирали каждый возможный сценарий, Ваше Высочество, то в нашу службу пришлось бы вербовать каждого десятого имперца, и этого всё равно было бы мало.

Установилась непродолжительная пауза. Александр не собирался прилюдно выражать своё недовольство таким подходом, даже если оно было, а Поук смиренно ждал продолжения, не иначе как всем своим нутром ощущая, как высказанная мною идея запала в головы всех присутствующих.

— Нам известно, откуда именно перебросили дополнительные части гвардии? — спросила наконец Виктория, бросив взгляд на офицера.

— Часть сил сняли с малых дворцов, — отозвался тот незамедлительно, уже успев подготовить в голове и этот ответ. — Резиденции императорской семьи в регионах, на текущий момент не использующиеся по назначению, оказались наименее приоритетными объектами под охраной нашей элиты. Штатную гвардию заменили армейскими подразделениями, переброшенными из региональных же гарнизонов. Численность и качество охранения не уменьшились ни на йоту, леди.

— А вы говорите, что спрогнозировать, откуда возьмут силы, было невозможно, — тихо бросила Виктория, переведя взгляд на Александра. — Саша, в середине осени мы должны были… поехать сам-знаешь-куда.

Принц замер, прищурившись. Его пальцы, до этого лежавшие поверх схем, сжались, сминая бумагу. Он поднял взгляд, скользнув им по лицу Поука и не найдя того, за что можно зацепиться. Несколько секунд наследнику потребовалось на раздумья, после чего он резко поднялся с места. Гораздо резче, чем позволял себе обычно.

— О своих планах мы действительно почти никого не извещали. Плохо, — принц поджал губы. — На этом закончим. Мне нужно кое-что уточнить. Лександр, — он кивнул мне куда глубже, чем следовало бы, — прошу простить. Полноценного совещания сегодня не случилось по ряду причин, и даже это эрзац-собрание придётся закончить досрочно.

Ответить я не успел — лишь кивнул прежде, чем принц, а за ним и Виктория с Поуком и безмолвным офицером, покинули комнату. Лишь Виктория задержалась на мгновение, бросив на меня задумчивый взгляд, но тоже не стала ничего говорить.

Всё закончилось вот так просто — в тишине, сумбурно и неожиданно для всех и каждого.

Я остался за столом наедине с горами документов, потенциально секретных. Посидел немного, вздохнул, поднялся, потёр переносицу и двинулся к выходу.

Если я оказался прав, настоящая цель всё это время находилась не в Первой Академии. Будем честны: нет способа привлечь внимание аристократии лучше, чем покусившись на самое для них дорогое.

И в таком случае всё должно проясниться в ближайшие дни…

Или даже часы.

«В зависимости от того, как глубоко собака зарыта. Но я искренне буду надеяться на то, что моя роль во всём этом расследовании затеряется по дороге. А то Его Величеству только дай повод подновить мишень на моей спине…».

— Маляр, что б его, доморощенный…

С такими мыслями я вышел в коридор и двинулся на улицу: у меня ещё были все шансы нагнать друзей, потому как на всё про всё, кажется, и часа не ушло, а обсудить со всеми мне было, что.

Особенно теперь.

Глава 11

Учиться. Снова

Утро встретило меня мягким, пробивающимся сквозь задёрнутые шторы светом…

И мелодичным писком браслета — звуком, который даже за считанные дни успел как-то выветриться из головы и прозвучать, как в первый раз. Но и отличия тоже были: голова не отозвалась на сигнал ворохом неприятных ощущений, а попытка нащупать устройство на предплечье не вызвала даже эха боли, которую можно было ожидать от растревоженного ожога.

«Молодое тело восстанавливается поразительно быстро. А вот будь оно лет так на десять старше… м-да. В этом плане мне определённо повезло. Теория с методикой выбора возраста предполагаемого вместилища могла и не сработать. Или сработать не так» — подумал я, поднявшись с кровати, зевнув и потянувшись.

На удивление, я отдохнул, насколько вообще это было возможно. Одна «сессия» нормального сна, конечно, не перечеркнула всю накопленную усталость и не свела на нет остаточное эхо стремительного восстановления, но по сравнению со мной-вчерашним, я-сегодняшний оказался на пике своих возможностей.

В плюс сыграло и пробуждение в моей комнате, пусть даже её перевернули вверх дном — и в качестве компенсации за неудобства вернули всё, как было, но как-то слишком идеально, не иначе как каждый брошенный листочек и каждую забытую под столом ручку по линеечке выравнивая.

«А ведь совсем недавно я наивно полагал, что стоит решить проблему с поступлением, и можно будет спокойно читать книжки, осваиваться и планировать будущее…».

Я вздохнул, подняв руку с браслетом. Пальцы легли на прохладные кнопки, а спустя несколько секунд я уже листал уведомления, ненавязчиво указывающие на то, что хоть в каком-то виде, но связь в Первой Академии была восстановлена.

Администрация воспользовалась этой бесценной возможностью, сразу же прислав уведомление об утверждении расписания с напоминанием о том, что занятия начинаются уже сегодня. К сообщению прилагался перечень кабинетов и рекомендуемых маршрутов, по которым настоятельно рекомендовалось перемещаться из точки в точку весь учебный день.

Уверен: студентов бы и в один кабинет загнали с большим удовольствием, да только с произвольно определяемым расписанием такой финт ушами провернуть было довольно проблематично.

Второе уведомление, которое меня и разбудило по причине «избранности» контакта, было от Александра, почему-то решившего не пользоваться с этой же целью мне и выданным защищённым коммуникатором.

И текст сообщения был предельно простым: «Лександр. Подробности сообщить не могу, но твоё предложение позволило нам выиграть время и выявить ряд серьёзных проблем в распределении доступа к закрытой информации. Помимо этого, на текущий момент есть все основания считать, что после первого провала неизвестные будут действовать на территории академии по остаточному принципу. Совещаний и собраний по нашему вопросу в ближайшие дни можешь не ждать. Благодарю».