Евгений Нетт – Капеллан: Цена знания. Том I (страница 9)
— Оставьте его и отойдите, дайте мне пару минут. Пока подстрахуйте наших с «языком». — Коротко бросил я, уже всецело поглощённый следующей задачей.
Задачей интересной, хоть и жуткой. Такой, от которой вдоль хребта табунами бегали мурашки, а дыхание перехватывало от жалости к невинным жертвам и чистой, незамутнённой ярости, направленной на тех, кто позволил себе это с ними сотворить.
Но параллельно во мне существовало воодушевление, подпитываемое гордостью.
Я понимал, что никто из всех моих соучеников не способен на то, что собирался сделать я. И даже матёрым орденариусам не факт, что покорится такая наука.
Ведь мало было правильно прочесть заклинание и запитать его силой. Нужно было направить его, как должно, и безошибочно интерпретировать полученную информацию.
Года в библиотеке, сотни изученных книг, бессонные ночи за изучением магии, ухищрения в попытках остаться в обители ещё на год, унижение от «провалов» — всё это было ценой, уплаченной за эти возможности.
Возможности, которые ближе магам, чем капелланам.
Пять опорных точек, пять путей Потока. Ряд простейших символов-рун, на которые завязано моё собственное понимание предстоящего ритуала. Тихий, распевчатый речитатив, связывающий все прочие составляющие воедино…
Первая, диагностирующая и собирающая данные стадия магического творения пролетела в один миг. В мозгу взорвалась сверхновая, принёсшая с собой знание и окончательное, обречённое понимание: мальчик действительно уже не жилец.
Нечто инородное в теле не позволит ему прожить дольше двух-трёх дней, а если я продолжу ритуал…
«Его не станет в ближайшие минуты».
Но иначе мы не получим никакой информации. Не сможем подготовиться к тому, с чем можем столкнуться. Не узнаем, как долго существует культ. Не выясним, что за тварь собрала вокруг себя этих отщепенцев и еретиков.
«Он умрёт от руки своих спасителей».
Дитя уже обречено. Каждая минута такого существования приносит ему страдания и оскверняет душу. Долг капеллана — искоренить нечисть, даже если ради этого приходится идти на жертвы.
— Ни одна невинная душа не сгорит зазря. — Произнёс я ритуальную фразу, после которой на несколько секунд установилась полная тишина.
Тут не было тех, кто не понимал бы, что это значит.
Жертва во благо. Обмен одной жизни на множество.
Капеллан Висс, на которую я устремил свой взгляд, кивнула. Она поняла и поддержала моё решение, а во мне что-то окончательно надломилось. Эмоции притупились, на передний план вышла задача и понятные мне алгоритмы её выполнения.
А я впервые позавидовал тем, кто сейчас мог отвернуться и не видеть.
Ритуал скачком перешёл на следующую стадию.
По Кромке прошла слабая волна. Мальчик дёрнулся, а его рот распахнулся в беззвучном крике. Я опустил веки, уходя ещё глубже в состояние медитации и направляя на Познание все силы, какие удалось собрать.
Плоть, кости, органы. Лишнее. Не только в грудной клетке, но и в конечностях, в мозгу. Везде. Разделённое, но единое. Бесконечно мерзкое, живое, копошащееся…
Готовое отстаивать своё.
«Вот, почему падальщики не пожирали трупы».
Пальцы погрузились в почву, но даже так я ощущал, как конечности потряхивает от напряжения. Чужеродное в теле ребёнка отчаянно сопротивлялось, и у меня никак не выходило продавить это сопротивление. Я будто бился головой о стену, или пытался сделать что-то, что являлось невозможным…
«Жизнь поддерживает чуждое. С мёртвым будет проще».
Пришедшее изнутри осознание не заставило меня усомниться ни на миг.
Вырвав ладонь из сырой земли, я потянулся за кинжалом, заткнутым за пояс. Нащупал шершавую, тёплую рукоять. Где-то на периферии восприятия кто-то охнул и выругался, но я не мог, не имел права отвлечься даже на секунду.
Выхватив оружие, я замахнулся, прицелился — и вогнал проскользнувший между рёбер клинок в плоть, пронзив сердце и прекратив мучения того, кто никогда не должен был оказаться в подобной ситуации.
Не должен был. Но Орден ошибся. Мы, капелланы, ошиблись. Упустили из виду это место, находящееся всего в неделе пути от обители.
И расплачиваться за это пришлось и этому мальчонке, и всем тем, кто погиб до него.
А если я ошибусь или моя рука дрогнет, то он не станет последним, вовсе нет. Потому что не было никакой Твари из-за Кромки, которая подчиняла бы людей своей воле, изменяла и перековывала их тела по своему подобию.
Зато были чуждые.
Паразиты. Поработители. Хуже, чем чума. Намного смертоноснее и опаснее. Поэтому пленник ничего не скажет: он заражён, а значит подконтролен чуждому. Эта мерзость затаится, распространится. Пройдут десятилетия — и чуждое даст новую поросль.
И тогда содрогнётся весь регион, а счёт жертв пойдёт на сотни и тысячи.
В истории так уже случалось, и повторения не желал никто.
«Ни одна невинная душа не сгорит зазря».
Последний рывок, отчаянная попытка пробиться через защиту этой мерзости — и она поддаётся. Я касаюсь чужеродной, обжигающе-ледяной связи. Десять. Двадцать. Тридцать. Сорок. Пятьдесят нитей. И все тянутся в одно место. Близкое место, пропитанное страхом, ненавистью и готовностью ко встрече с нами.
Они понимают, что их выводок найдут и уничтожат, если выживет хоть кто-то из нас.
И они уже идут.
— П-поток хранит. — Руки резко онемели и подкосились, а я едва не упал лицом в землю, когда меня подхватили и помогли подняться на ноги. Пара похлопываний по щекам — и картинка перед глазами прояснилась. — Капеллан, там…
Я ткнул пальцем в одному мне известном направлении.
— … полсотни, может, больше. Все собраны в одном месте. Молодой… рой. Чуждые, занимающие людские тела. Они знают о нас, и они собираются избавиться ото всех свидетелей. — Слова давались тяжело, но с каждой секундой моё самочувствие лишь улучшалось. Магического отката в привычном понимании этого слова не было: сил я потратил мало. Но прямой контакт с чуждым, с их связанными разумами, серьёзно ударил по нервной системе. — Нужно предупредить остальных…
— Трон стоит — устоим и мы. Ты молодец, Даррик. — Мне показалось, или она потрепала меня по голове? Висс? Невозможно. Наверное, мне досталось сильнее, чем я предполагал… — Ярикс! Бегом к каравану, поднимай всех по тревоге! Элиса, Саэри, присмотрите за ним!
Меня почти толкнули в объятия боевых подруг, подхвативших меня, словно мешок с подгнившей картошкой, и это сравнение идеально описывало моё самоощущение в данный момент.
Но я не мог просто взять и расслабиться. Не здесь и не сейчас, не после того, что уже пришлось сделать. Первое убийство? А как насчёт первой принесённой жертвы во благо? Нет. Я не буду сидеть и смотреть.
«Я убью столько этих тварей, сколько смогу!..».
— Я почти в норме. Ещё немного, и смогу держать меч. Глазом моргнуть не успеете… — Отзываюсь, пытаясь подобраться и выпрямиться. Получается плохо, но я хотя бы стою на своих двоих, вижу и слышу.
Висс, сделав два широких шага, одним выверенным движением срубила бесполезному пленнику голову, отопнув её в сторону. На всякий случай.
— Это ложное ощущение. И не спорь! — Бросила капеллан перед тем, как начать раздавать инструкции остальным.
Все готовились к бою, планируя выйти на «оперативный простор» — к тракту, заняв позицию с ближайшей к нам стороны.
Так тварям, захоти они атаковать в лоб, придётся переть по открытой местности, пусть это и всего лишь дорога в десяток метров шириной. Хорошее решение, до которого я, каюсь, в своём текущем состоянии не додумался: считал, что мы окопаемся где-то тут.
— Я смогу идти. — Спокойно и ровно произнёс я, смерив взглядом своих «телохранительниц». — Тем более, до тракта отсюда немного осталось.
Элиса посмотрела на меня беспокойными глазами:
— Ты точно в порядке? После… всего этого? — Её взгляд метнулся к трупу жертвы, а моё лицо на миг дрогнуло.
«Нет, девочка, мне сейчас хреново как никогда. Но это не значит, что я не смогу сражаться. Я готовился четырнадцать лет, и теперь как никогда ясно понимаю, к чему и зачем».
— Меня не так легко вывести из строя, подруга. — Хмыкнув и демонстративно размяв шею, я повёл плечами. — Капеллан Висс, мы готовы идти следом за вами!
Та обернулась, окинула меня оценивающим взглядом… и кивнула.
«Сразу бы так».
— Их правда полсотни, Даррик? — Спросила Саэри, когда мы, разбившись на три группы, двинулись в сторону тракта. Висс явно не собиралась оставлять «раненого» без присмотра, поэтому дамы продолжали меня охранять.
Остальные разбились на двойки и шли чуть впереди, чтобы своевременно среагировать на угрозу.
— Правда. И среди них могут быть старейшие особи, в которых от человека уже ничего не осталось. Они опасны, не бросайтесь на них сломя голову. Лучше забросайте издалека заклинаниями, пока не убедитесь, что тварь издохла.
Говорить было всё легче и легче, а спустя несколько минут, когда впереди показалось полотно дороги, разделяющее лес на две части, я уже мог сказать, что «бывало и хуже».
Поэтому я не замолкал:
— И готовьтесь к неприятным сюрпризам. Чуждые могут выглядеть почти как люди, но ничего не помешает какому-нибудь уродцу отрастить под одеждой панцирь…