Евгений Нетт – Эй, Всевышний! Я научился ценить. Том III (страница 52)

С каждым мгновением дрожь набирала силу, и всё, что мне оставалось — готовиться к атаке и защите, выведя сознание за пределы его возможностей. Враг решил зайти с козырей, и пытаться отмахнуться от него чем-то слабым и незначительным было просто глупо.

Во-первых, я не мог исключить возможности своего поражения, так как этот мальчишка выглядел и действовал слишком самоуверенно, и у меня не было ни крупицы информации о нём. В то же время, он имел все шансы узнать обо мне если не всё, то очень многое. Таков минус существования у всех на виду и, соответственно, известности. Обо мне уже собирают информацию, поднимая архивы и посылая соглядатаев все, в кого не ткни, и скрыть свои привязанные к происхождению козыри попросту невозможно.

Глаза, крылья — любой достаточно влиятельный человек может докопаться до того, чем они являются и как действуют.

Вторым же обстоятельством, определённо, был тот факт, что за моей спиной стоял город. Несколько тысяч домов и множество людей, среди которых были отец, мать, брат и Гесса. И если моя невеста ещё сможет защитить себя от остаточного эффекта нашей магии, то у остальных нет ни шанса.

Тонны и тонны земли взмыли в воздух и, приняв форму странного щупальца, начали осыпаться, являя то, что было сокрыто под ними.

Я же незамедлительно ударил одним из сильнейших точечных заклинаний холода, заморозив и расколов почти сотню метров этого «червя», но из-под земли вынырнули ещё два, поддержав своего собрата и практически моментально с ним слившись. Несколько взрывов разметали остатки почвы в стороны, и я, сглотнув вставший в горле ком, изменил угол атаки. Город остался за моей спиной, а вперёд, охватив всё плато, совсем недавно бывшее полем боя с армией монстров, ринулась ревущая стена пламени.

Поддерживали её расколовшие небосвод огненные шары, не имеющие чёткой цели, но готовые поразить любую достаточно большую цель…

К каковой я без колебаний отнёс ожившую гору захороненных трупов, принадлежавших как людям, так и порождениям подземелий. Именно из них, из тех, кто пал в битве за Рилан, маленький психопат пытался что-то создать. И самым неприятным здесь было то, что я совсем не знал, каким направлением магии пользовался мой оппонент.

Некромантия? Слишком масштабно! Демонология? Так её, как бы, не существует в природе…

Но тогда что? Что это, и как с этим бороться?

Впервые я почувствовал, что враг мне совершенно непонятен.

И это было не неприятно — страшно. Не смерти и не ран боялся, а того, что мои воспоминания всё ещё не защищены. Сейчас я мог попытаться противостоять врагу, отдав ему право вести бал с неизвестным результатом, а мог использовать ещё не стабилизированные глаза, разом перехватив у него инициативу.

Лёгкое решение проблемы? Так-то оно так, да только плата за это может оказаться слишком высока. Нельзя так же исключать и того, что этот обладающий огромной мощью малец как следует подготовился ко встрече со мной.

Как-то раз один человек сказал, что бояться нужно не нормальных людей, а безумных. Тех, у которых шарики за ролики заехали столь основательно, что уже и не понять — притворяется он, неся бред с серьёзнейшим лицом, или всерьёз верит в сказанное.

И всё потому, что если действия нормального человека, руководствующегося логикой или эмоциями ещё можно предсказать, то с безумцем такое может и не прокатить.

Я, например, слабо себе представлял, чего ради этот некромант решил устроить битву прямо у стен города, в котором, на минуточку, сейчас находилось больше двух сотен магов, трёхсот пользователей праны, невесть сколько церковников, пара недавно прибывших святых и Кэл, даже в одиночку, — попаданец же, — несущий угрозу для кого угодно.

Вся эта весёлая компания должна была вот-вот среагировать, так как дежурные заклинатели уже оказались на своих местах.

Благо, атаковать охваченные пламенем скопища трупов не стали, вместо этого ударив в колокол, подняв над стеной барьер и сосредоточившись на подготовке к отражению нападения неизвестных. Нашлось место и панике, но, в основном, среди горожан.

Всё-таки полыхающие тридцатиметровые щупальца из земли и мертвецов было слишком сложно не заметить…

— Собрат, ты ведь можешь освободиться! Тебе не нужно подчиняться этим ничтожествам! — Мальчишка оседлал новое, уже пятое по счёту щупальце, вновь обратившись ко мне. — Если мы объединимся, то легко захватим их всех! Подчиним себе, установив свою власть!

— А маги божественного уровня тебя, прихлёбнутый на больную голову кретин, не смущают⁈ — Собрав львиную долю своих сил в единый кулак, я перебил основания всех щупалец, параллельно превратив почву под нами в геенну огненную. Пламя быстро лишила мертвецов всяких кондиций, и некромант остался наедине с одним-единственным, собранным из остатков былой роскоши, щупальцем. — Я спрошу ещё раз! Кто ты, и чего хочешь⁈

— Я такой же, как и ты! Призванный герой! — Чего, ять? — В моём мире меня знали как Воплощённую Тьму, Доара! Как тот, кто так же был вырван из своего мира, ты должен понимать моё негодование!

— К сожалению для тебя, некромантик, меня никто не призывал. — На стенах объявилась целая батарея готовых к бою магов, так что борьбу с угрожающе вытянувшимся в сторону города щупальцем я решил свалить на них. И всё-таки, интересно — он меня за Кэла принял? Так-то нас сложно перепутать, но если они прежде не встречались, и этому воплощённому было немногое известно… Проклятье! А ведь этот малец отлично походит на словесное описание сбежавшего сразу после призыва героя, отличившегося особой жестокостью и не пожелавшего сражаться на стороне человечества! — Но если тебе станет легче, то я посильнее Кэла буду.

— Ты — не он?

Несмотря на и без того не отличающееся особой яркостью время суток, я физически ощутил, как вокруг стало ещё темнее.

Пропала из виду городская стена и далёкий лес, а земля, распластавшаяся далеко внизу, лишилась всяких деталей и превратилась в однородную серую массу. Выпущенные в разные стороны искры света бессильно потухли, не преодолев и двух десятков метров, после чего я понял — с расшаркиваниями на этом всё, начинается настоящий бой.

Не дожидаясь, пока мальчишка договорит, я ринулся в его сторону, сформировав перед собой кокон из напитанных маной чёрных клинков. Даже панцирь стал ещё массивнее, впитав в себя больше маны, чем когда-либо, отчего я почувствовал было себя неуязвимым, но быстро избавился от этой обманки.

Как показывает практика, слово «абсолют» неприменимо даже по отношению к богам, а уж смертному-перерожденцу вроде меня о таком и вовсе стоит забыть.

Расстояние сократилось даже быстрее, чем я ожидал — некромант неожиданно пошёл на сближение, окутавшись внешне походящей на мою тьмой. Благо, на внешнем виде сходство и заканчивалось, так что с этой стороны проблем можно не ждать.

Но эта тьма…

Она была глубокой, непроглядной и по-настоящему жуткой.

Череда взрывов, вызванных столкновением моего кокона и его снаряда, сотрясла землю, а я резко сорвался в пике, избегая множества вырвавшихся из рук некроманта жгутов.

Не-совсем-ребёнок смог «в лоб» встретить отнюдь не слабый удар, чем окончательно доказал своё право называться императором. Но при этом сам взрыв заставил его отступить и дополнительно закрыться щитами, что, к слову, было сделано весьма поспешно — будто он не ожидал такого результата.

— Ты… силён! — Вокруг маленького чудовища сгустилась тьма, сформировавшая ровно семь пожирающих свет копий. Принимая во внимание скорость создания и их примерную силу, даже одного такого снаряда хватит, чтобы серьёзно меня ранить. Если, конечно, он в меня попадёт… — Но я всё равно могущественнее! Если ты изменишь своё мнение и согласишься стать моим союзником, то я сохраню тебе жизнь!

— Обговорим этот вопрос, когда я закончу натягивать тебе оба глаза на задницу. — Решив попытаться совладать с противником без использования силы Палача, я, между тем, был готов в любой момент прибегнуть к активации своих глаз. И не столько из-за опасения проиграть, — этот маг хоть и был силён, но, похоже, ничего обо мне не знал, что ставило нас в одинаковое положение, — сколько из желания узнать как можно больше о его магии. — Договорились?

— Ты не знаешь, с кем говоришь, человек!..

Копья выстрелили в мою сторону, а мои мечи бросились им наперерез.

Одновременно с тем я распахнул крылья и замер в одной точке, вскинув обе руки к небу; миг — и сгустившиеся, практически невидимые из-за темноты тучи выпустили сотни молний. Будто послушные питомцы, они ударяли в мои ладони и быстро формировали сферу, с каждым ударом сердца становящуюся всё больше и внушительней.

Я не был церковником, и у меня не было ничего, что можно было назвать магией света. Но здравая логика подсказывала, что огонь и молнии справятся не сильно хуже.

И так как земля под нашими ногами уже была объята незатухающим пламенем, от меня требовалось заставить оппонента снизиться.

— Расколи небеса! Протяни свои руки к моим врагам! Оставь лишь пепел! — Последние молнии втянулись в огромную, диаметром в десяток метров сферу, которую я, словно какой-то атлант, удерживал над своей головой. К этому моменту мечи без каких-либо проблем сбили все копья, хоть соотношение и вышло не в их пользу — три к одному. — Сверкающий охотник!