Евгений Нетт – Директива: Выжить! (страница 21)
С сохранением непредсказуемой длительности прыжка и с предельным уменьшением «эффекта компенсации» одна попытка поиска ломаной линии прыжка должна была отнять у навигационного компьютера тридцать девять стандартных суток. В зависимости от того, как часто процесс будет заходить в тупик, у PR-0 было от условной бесконечности до четырёх попыток определить корректный маршрут.
Вероятность успешного определения приемлемой линии прыжка — пятьдесят девять процентов.
Вероятность сохранить относительную подвижность в случае неудачи и проведения обычного слепого прыжка — девятнадцать процентов.
Предельный срок нахождения в системе Айрис — сто пятьдесят шесть стандартных дней. И это — граница, после пересечения которой вероятность конфликта с андайрианцами нивелирует всю выгоду от потенциального сохранения подвижности «Вольного».
За этот срок палач планировал закончить со всей цепочкой модификаций рудовоза, но для основной их части должно было хватить восьмидесяти суток. В том случае, если несовершенная ломаная линия прыжка окажется просчитана до наступления крайнего срока, PR-0 собирался через лояльного органика связаться с Дорией Фал`Зёрстронг, обозначить новые сроки освобождения заложников и запросить дополнительный груз.
С практически стопроцентной вероятностью органик-лидер выполнит это требование, а после, в момент отшвартовки пассажирского челнока андайрианцев от «Вольного», дважды модифицированный рудовоз уйдёт в подпространство, и палач покинет сектор андайрианского консорциума.
Система связи оповестила PR-0 о входящем вызове спустя пять секунд после того, как очередная партия YOP-S`ов закончила с инициализацией и поднялась в воздух, приступив к выполнению полученных задач. Палач, находящийся в это время посреди трюма, продлил очередь приказов для сервис-дроидов, после чего направился к жилым каютам.
После того, как двенадцать умеренно лояльных органиков покинули борт «Вольного», оставшиеся заложники стали проживать в отдельных каютах. Грузовой челнок вместе с материалами и запчастями доставил одежду, чипы памяти с данными для развлечения и учёбы, разнообразные продукты питания и разобранные портативные терминалы, которые сервис-дроиды проверили и собрали в первую очередь. При этом устройства были лишены модулей связи и внешних разъёмов — Дория Фал`Зёрстронг тогда в очередной раз продемонстрировала свою способность функционировать эффективно и без ошибок.
— Хинко, входящий вызов. — Объявил PR-0, едва дверная створка первой каюты отъехала в сторону. — Используй гарнитуру.
— Внеплановый…?
— Да. Причины неизвестны. — Палач проследил за тем, чтобы органик не забыл надеть вышеупомянутое устройство, за счёт которого PR-0 мог передавать ему информацию даже во время сеанса связи с органиками вне «Вольного».
— Не в духе матушки, ой, не в её духе… — Состояние органика можно было описать одним ёмким словом: удивление. PR-0 даже при углублённом анализе состояния Хинко не смог обнаружить признаков, могущих вызвать подозрение. Следовательно — лояльный органик действительно ничего не знал о причинах внепланового выхода на связь.
Дорога от кают до рубки даже у дефектного органика не могла занять больше десяти секунд и пятнадцати шагов, так что вскоре PR-0, уйдя в слепую зону камеры, переключился на анализ поступающих данных.
— Говорит Хинко Фал`Зёрстронг…
— На связи «Немезида». Наследник, у нас мало времени. — Палач отметил, как напрягся лояльный органик. — На госпожу совершено покушение, поступил приказ перевезти ваш корабль в систему Корракт. С большой вероятностью вас попытаются ликвидировать…
— Запись — поддельная. — PR-0 в реальном времени анализировал всё увиденное и услышанное, и потому моментально выявил отличия между этим и предыдущим сеансом связи с «Немезидой». Основываясь на реакции лояльного органика, палач проигнорировал то, что с ними связался другой капитан. Но внимание алгоритмов сверки привлекли незначительные отличия в качестве самого сигнала. Фактически чёткий и непрерывный, по каким-то причинам он изобиловал необоснованными дефектами, заметить которые органики были не в силах. — Дублирую поток на «Аметист» и «Шторм».
— … готовы взять «Вольный» на буксир. Ситуация внештатная, но нам нужно согласие капитана…
PR-0 не стал встревать в процесс общения лояльного органика и искусной симуляции, сосредоточившись на обработке данных с сенсоров дальнего радиуса действия. «Немезида» пришла в движение, распахнув створки ангара на днище. В то же время «Аметист» и «Шторм» бездействовали, и причину этому PR-0 установил уже в следующую секунду.
«Немезида» точечно глушила всю связь с кем-либо кроме себя.
— Через три секунды я отключу систему связи. — Запустив таймер обратного отсчёта, палач сразу же переписал приказы сервис-дроидов. Убедившись в том, что второй органик находится в каюте, PR-0 заблокировал ведущий к трюму шлюз, сбросив оттуда всю атмосферу. К этому моменту связь прервалась, и PR-0, физически отключив все записывающие устройства в рубке, направился в сторону трюма. — У нас нет связи с «Аметистом» и «Штормом». Высока вероятность попытки взятия «Вольного» на абордаж. Предположительная цель — ты.
— На связь выходил капитан личного флота матушки… — PR-0 видел, что лояльный органик растерян, и потому посчитал необходимым предоставить дополнительные объяснения.
— Он — подделка. Направляйся в каюту Кайи, экипируйте скафандры жизнеобеспечения замкнутого цикла.
Последние были доставлены на «Вольный» вместе с прочими грузами для органиков, и хранились в каютах, как и все прочие переданные им вещи кроме продуктов питания.
— Понял.
Пока органик без возражений и лишних вопросов выполнял полученный приказ, PR-0 успел добраться до шлюза, через него попав в разгерметизированный трюм. И уже там, подключившись к основным системам корабля посредством проложенного сюда кабеля, палач просчитал траекторию полёта отстреленных при входе в систему маяков. Эти устройства должны были выступить методом убеждения на случай попытки уничтожения «Вольного», случись рудовозу столкнуться с патрульным кораблём политических недругов альянса. Согласно расчётам, органики с большой вероятностью не пошли бы на риск, узнав о том, что по системе уже разлетелись маяки, несущие в себе информацию о прибытии потерянных детей высших каст — и о том, что на момент появления в системе они были живы.
Но сейчас PR-0 собирался использовать маяки не по назначению. Как создатель этих устройств, он обладал всей полнотой информации о них, и потому мог при помощи даже крайне слабого всенаправленного сигнала заставить активироваться ближайший маяк, тем самым обратив внимание «Аметиста» и «Шторма» на диверсию прямо у них под носом. Программы дроида-телохранителя сыграли свою роль даже в космосе, позволив палачу быстро расставить приоритеты и взяться за реализацию наиболее эффективного плана.
Сразу два десятка YOP-S`ов прекратили выполнение своих задач, на пределе возможностей антигравитационных установок устремившись к приоткрывшейся аппарели. Каждый сервис-дроид в этом отряде получил предельно простую задачу: покинуть «Вольный», и, следуя разными маршрутами на случай попытки их уничтожения, добраться до ближайшего маяка. Он действительно улетел не очень далеко, так как предполагалась его активация в качестве подтверждения существования этих самых маяков. PR-0 не собирался прерывать своё функционирование из-за того, что капитан вражеского патрульного корабля не поверит в то, что исчезнувшие с радаров объекты — это маяки, а не торпеды.
Двадцать YOP-S`ов уже через несколько секунд покинули трюм, а PR-0, закрыв аппарель и запустив процесс восстановления атмосферы, приступил к процессу активации двух сотен дроидов-щитовиков…
Глава 13
Эгида — это сверхъестественная, непоколебимая защита. Слово из языка вымершей ещё до наступления Золотой Эры расы, родной мир которой лишился атмосферы и со временем пропал из всех галактических реестров. Люди растворились в потоках времени, но их легенды и символы существовали до сих пор.
Штурмовых дроидов серии «Эгида» нельзя было назвать типичными представителями своей весовой категории, так как они ушли от концепции трёх основ: веса, бронирования и простоты. Органики, приложившие руку к проектированию этих боевых машин, не собирались выгадывать доли процента эффективности в схеме, используемой уже много тысячелетий.
«Эгиды» получили относительно лёгкое и слабо бронированное шасси, визуально похожее на скелет крупного органика-гуманоида. Приемлемым бронированием мог похвастаться лишь корпус машины, в то время как манипуляторы оставались массивными и хлипкими. Но их нельзя было назвать незащищёнными, так как половину стоимости каждой «Эгиды» составляли две вещи: внушительной мощи реактор, питающий все системы дроида, и персональный генератор пульс-щита, напрямую связанный с прицельным комплексом.
В отличии от других штурмовых дроидов, полагающихся на бронепластины, вес и подавляющую огневую мощь, в боевом режиме легковесные «Эгиды» закрывались полупрозрачным серебристым куполом, за счёт контролируемых пульсаций которого для ведения огня не требовалось деактивировать защиту.