Евгений Нетт – Директива: Выжить! (страница 18)
— Говорит капитан «Немезиды», Форган Фал`Тори`ка. — Несмотря на то, что вторая часть имени капитана была практически неотличима от таковой у Кайи, он не являлся ей родственником. Просто все выходцы из низших каст с рождения именовались Фал`Тори, а по мере их возвышения к этой фамилии добавлялись всё новые и новые приставки в зависимости от положения индивидуума. — Мы отправили запрос на установление связи со столичным миром, высылаем спасательный шаттл…
— Капитан, мы — заложники владельца корабля. Не высылайте корабль и не предпринимайте никаких активных действий. Поспешите и установите мне связь с семьёй. И ещё один момент, капитан. — Пронзительный взгляд тёмно-серых, почти чёрных глаз Хинко каким-то неведомым образом нацелился прямо на капитана. — О том, что мы прибыли в систему наши семьи узнают, так или иначе. Я не советую вам принимать предложения наших врагов, даже если те будут крайне привлекательными.
— Вы слишком низкого мнения об офицерах флота, Хинко Фал`Зёрстронг. — Практически процедил капитан, поняв, на что именно намекал мальчишка. — Мы сообщим, когда столичный мир выйдет на связь. Вам требуется немедленная помощь?
— Никак нет, капитан. — Форган подумал про себя, что если принимать во внимание лишь внешний вид оказавшихся на борту «Вольного» андайрианцев, помощь им точно не помешала бы. Перешитая, местами рваная одежда не по размеру, бледная кожа и, наконец, конвой из боевых дроидов непрозрачно намекали на то, что у них не всё в порядке. — Мы ожидаем повторного сеанса связи.
Связь прервалась, и капитан обернулся к адъютанту.
— Что со столичным миром?!
— Станция обеспечит канал через три минуты. Но прямо сейчас к нам направляются корабли «Аметист» и «Шторм». Они открыто грозятся уничтожить «Немезиду», если мы откроем огонь по кораблю с их детьми. Видимо, «Вольный» дублировал канал связи…
— Единый, монолитный флот консорциума… — Процедил Форган сквозь зубы. — Отмена боевой тревоги. Но десантные шаттлы приготовьте.
— Абордажные команды?
— Нет, конечно. Отправим «зёрна» пустыми. — Форган внимательно посмотрел на своего молодого, назначенного на эту позицию всего год назад офицера, которому покровительствовала одна могущественная семья высшей касты. — Включайте голову, лейтенант Сольво. Она нужна не только для того, чтобы носить фуражку. — Следом капитан отыскал взглядом одного из проштрафившихся офицеров. — Что до вас, младший лейтенант Дуклас… Думаю, после того, как ситуация разрешится, вам пойдёт на пользу повторное прохождение курса подготовки офицеров флота на Карате-2.
— Капитан…
— Вы собирали карты вместо того, чтобы готовить корабль к бою, младший лейтенант. Я на многое могу закрыть глаза… — Форган посмотрел на Сича. — … но не на это. Личную карту сдадите охране.
— Так точно, капитан…
Потерянный и опустошённый, Дуклас вернулся на пост, уже представляя себе переподготовку на проклятой холодной луне, где кроме тренажёров с курсантами и инструкторами не было ничего и никого. Сич же возносил хвалу Пустоте и своей удаче, в то время как капитан Форган пытался понять, во что выльется вся эта странная ситуация…
Глава 11
— Сын.
— Матушка. — Хинко, едва на экране появилось изображение, уважительно склонил голову. Годы в отрыве от семьи не заставили его забыть, что такое дисциплина рода Зёрстронг. Но прошла секунда, и его выдержка дала трещину. — Хвала пустоте, та наша встреча не стала последней.
Строго одетая высокая женщина, чьи изначально чёрные волосы уже тронула благородная седина, убрала руки за спину, а после с ног до головы окинула сына внимательным взглядом тёмно-серых глаз. Если бы драматурги знали, как матриарх Зёрстронг попрощалась со ним в день отбытия лайнера с учебной группой, они бы написали об этом пьесу, сняли фильм и сочинили балладу. Тот день можно было назвать апогеем конфликта поколений, когда родитель и ребёнок говорят, не подумав, оставляя незаживающие раны в сердцах друг друга. Они расстались, рассчитывая при следующей встрече дружно сделать вид, будто не было никакой ссоры…
Но «Заря» в самом конце своего путешествия подверглась дерзкому нападению, а все пассажиры бесследно пропали. Прибывшие на место эсминцы консорциума обнаружили лишь разваливающийся на части лайнер — и затухающий след подпространственной установки. Ни останков, ни намёков на то, где искать детей.
— Воистину, хвала пустоте. — Женщина прекрасно понимала, что за её разговором с сыном наблюдают, по меньшей мере, другие дети и капитан доставившего их судна, но всё равно позволила себе продемонстрировать эту маленькую слабость. — Я готова говорить с капитаном «Вольного».
— Я сожалею, матушка, но одно из его условий — это ведение переговоров через меня.
Установившаяся пауза надолго не затянулась.
— Будь он преступником, контрабандистом, пиратом или кем угодно ещё — я всё равно гарантирую ему жизнь, свободу, безопасность и щедрую награду. — Дория говорила медленно, чётко проговаривая каждое слово. И пусть всё выглядело так, словно она не отрывает взгляда от лица сына, на самом деле матриарх со всем тщанием изучала обстановку, в которой тот находился. — А слово Зёрстронгов крепче стали.
— Увы. При всей своей добродушности, капитан — тот ещё параноик. — PR-0, прослушивающий разговор, примерил на себя оба термина. Совпадение с первым — три процента, что в пределах погрешности. Со вторым — девяносто семь целых и шесть десятых процента. — Он не намерен менять корабль, лишь хочет моим присутствием на борту гарантировать свою безопасность на время ремонта. И, предупреждая закономерный вопрос, я сам вызвался остаться на корабле.
На лицо Дории легла тень.
— Мне сообщили, что ремонт этого старого рудовоза может растянуться на месяцы, если мы предоставим лишь материалы и разобранных дроидов. Это слишком большой срок, сын.
— Таково требование разумного, сохранившего наши жизни. — Хинко пожал плечами и неловко улыбнулся. — Если я только так могу ему отплатить, то сделаю это. Тем более капитан согласился принять челнок со всем необходимым для нашего комфортного пребывания на борту «Вольного».
— Я горжусь тем, что ты не забыл о роли нашей семьи в альянсе, но согласиться на предложение капитана «Вольного»… - Женщина чуть поджала губы. — Взамен тебя мы можем прислать других высокопоставленных андайрианцев. Их присутствие на корабле, полном боевых дроидов, послужит гарантией не хуже…
— По определённым причинам это исключено, матушка.
Несколько секунд мать и сын играли в гляделки, после чего женщина сдалась.
— Я пришлю не шестьсот разобранных и готовых к проверке дроидов, а три тысячи. И что бы наш благодетель ни говорил, простейшая мобильная верфь подходящего размера так же будет доставлена и развёрнута в системе. Обладая даже полусотней сервис-дроидов он сможет проверить её от и до меньше чем за неделю. — Именно сейчас Хинко прочувствовал, на что была готова пойти матриарх Зёрстронг… или мать одного подростка, оказавшегося не в том месте и не в то время. — Первая партия грузов прибудет меньше чем через сутки, вместе с челноком снабжения. Но заложников «Аметист» заберёт незамедлительно.
— Спасибо, матушка. И за согласие, и за то, что доверилась моим словам. — Хинко шумно втянул носом воздух, убрав за спину обе руки. — Всего нужно будет вывезти двенадцать андайрианцев.
Суть Дория уловила сразу.
— Кто ещё остаётся с тобой?
— Наша наставница, Кайя Фал`Тори. Она хочет лично всё проконтролировать и не допустить обострения ситуации на правах старшей в нашей группе. — Парень говорил как по писаному, но женскую интуицию, подкреплённую интуицией политика, так просто не обмануть.
— Что-то мне подсказывает, ведёт её не одно лишь чувство долга. Я надеюсь, сын, ты до сих пор помнишь, какую цену нам приходится платить за каждую, даже совершенно незначительную ошибку. — За Зёрстронгами, сосредоточившими под своей рукой мощь половины консорциума, наблюдали. Ежеминутно и ежесекундно, сохраняя и анализируя каждое их слово, каждое движение. И Дория, прекрасно разбирающаяся в психологии и умеющая читать между строк, всерьёз опасалась, что её сын решит избрать какую-то там Фал`Тори в качестве спутницы своей жизни.
— Осознаю, матушка. Но я так же и помню, что такое честь, долг и благодарность. — Глаза Хинко стали не по-детски серьёзными, а он сам ощутимо напрягся. — Я скажу лишь раз: даже если Кайя — не пара мне, пострадать она не должна.
— Хорошо, сын. Регулярно выходи на связь с капитаном «Аметиста» — я хочу знать, что тебе ничего не угрожает. — Странно, но Дория решила поверить словам Хинко касательно их наставницы, которая каких-то три года пропала из консорциума, будучи стажёром. Её сын не был дураком, и наверняка понимал — Фал`Тори, случись Хинко объявить об отношениях с ней, не проживёт и года. Но до того момента пройдёт время.
— И ещё одно, мама. — Брови Дории взмыли вверх, она отвернулась — и звук с её стороны пропал. Хинко видел, как матриарх прогнала прочь тех, кто оказался подле неё, а после связь на мгновение прервалась — прямое свидетельство того, что станция перешла на режим усиленного шифрования. Дория поняла, что «мама» — это отнюдь не оговорка. — О том, что я сейчас скажу, не должен узнать никто кроме вас, матушка. Наши вассалы на борту «Вольного» знают, что делать, но я всё равно настаиваю на том, чтобы мы продержали их в изоляции. Найдите подобающую причину, но не позвольте им встречаться с кем бы то ни было кроме самых доверенных слуг. Дополнительно или ограничьте распространение информации среди экипажа находящихся рядом с нами кораблей, или запретите им высылать дронов-разведчиков…