Евгений Мисюрин – Свои и чужие (страница 51)

За дверью послышались спешные тяжёлые шаги. Подбежало не меньше двух человек.

— Лэсси, посмотри, что там, — сказал мужской голос.

Дверь приоткрылась, и в ней возникло испуганное женское лицо. Я направил на него ствол пистолета и приглашающе махнул головой. Девушка уставилась на меня огромными непонимающими глазами.

— Сюда, — одними губами скомандовал я.

Она испуганно кивнула и просочилась в кабинет. Девушка была одета в общепринятую офисную униформу — узкая чёрная юбка, белая блуза, туфли на высоком каблуке. Классическая секретарша.

— Убери их, — продолжил я, не отводя оружие.

Лэсси высунула голову и прошипела:

— Немедленно уходите.

Шаги торопливо загрохотали обратно.

— Иди сюда, — сказал я уже нормальным голосом.

— Вы его убили? — спросила девушка. В голосе слышались страх и, почему-то надежда.

— Будешь плохо себя вести и тебя убью, — как можно грубее подтвердил я.

— Не надо, пожалуйста. Я всё сделаю.

Я указал на лежащее тело и спросил:

— Это кто?

— Босс, — чуть слышно ответила Лэсси и тут же поправилась. — Арон Бандервильд.

— Так вот ты какой, северный олень, — проговорил я, и, дойдя до ближайшего стула, тяжело опустился на него.

Руки слабели на глазах, спина горела, левая нога отказывалась работать. Пистолет в ладони с каждой секундой становился всё тяжелее, и я положил его на стол.

— Вы за доктором Семёновым пришли? — спросила секретарша.

— Он здесь?

— Да.

— Ты можешь вызвать его сюда?

Не отвечая, девушка подошла к селектору на столе, нажала две кнопки, и сказала:

— Макферсон, русского доктора к боссу.

Потом повернулась ко мне.

— Снимайте куртку, — решительно скомандовала она.

Я, не понимая, поднял на девушку усталый взгляд. Было плохо видно, глаза застилал то ли пот, то ли слёзы.

— Я вас перевяжу, — она открыла один из шкафов, достала большую коробку с красным крестом на крышке, и деловым шагом подошла ко мне.

— Почему? — выдавил я из себя. Говорить тоже было тяжело.

— Вы не понимаете, — ответила девушка, сноровисто снимая с меня куртку. — Вы же убили босса. Представляете, что сейчас начнётся?

Я с трудом помотал головой. Перед глазами поплыло.

Лэсси больно вколола мне что-то в плечо, и через пару секунд стало гораздо легче. Боль пропала, в руки вернулась сила, отпустило нервное напряжение. Я с удовольствием наблюдал, как девушка накладывает мне повязку. Получалось у неё хорошо, сразу видно — не в первый раз.

— Начнётся драка за активы торгового дома, — между тем говорила она. — Всё же было в руках босса, а теперь кто что урвёт, тем и будет владеть.

Я кивнул. Мне было хорошо, но очень хотелось пить и есть.

— Лэсси, здесь есть вода?

— Да, сейчас.

Девушка исчезла за дверью, и через минуту вернулась, неся поднос с двумя чашками и тарелкой печенья. Поставила его на стол, и села рядом.

— Как вас зовут? — вполне мирно спросила она.

— Геннадий.

— Мистер Сухов? — она расхохоталась.

— Что? — не понял я.

— Босс гонялся за вами два месяца. Всё хотел заполучить вас в свой кабинет. Вот, заполучил, — девушка обвела рукой лежащее на полу тело.

— И всё равно, я не понимаю, почему вы мне помогаете?

— Всё просто, мистер Сухов. Я тоже хочу урвать что-нибудь из активов торгового дома.

Она подошла к трупу, без малейшего страха залезла к нему в карман и вытащила связку ключей. Потом шагнула к стене и откинула висящую на ней картину. Я поднялся и встал у неё за спиной.

Картина скрывала классический сейф. Вопреки моим ожиданиям, денег в нём не было вообще. Только стопка папок. Девушка разложила их на столе и долго перебирала. Это оказались свидетельства на владение имуществом. Мельком проглядывая документы через плечо, я отметил права на шахты, такие же, как у меня. Шахт было много.

Лэсси выхватила один лист, и помахала передо мной.

— Вот. Это мне и нужно.

— Что это? — машинально спросил я. В принципе, мне было всё равно.

— Мне много не надо, — смутилась она. — Здесь акции Майнинг Банка.

Я кивнул, и тоже полистал папку. Наконец нашёл свидетельство о праве собственности на сухогруз Белуха, аккуратно отцепил лист, сложил, и сунул в карман.

— Как вы собираетесь выходить? — спросила девушка.

— Понятия не имею, — сказал я.

Она молча подошла к шкафу, из которого я выбрался, порылась в нём, и принесла мне белую, упакованную в полиэтилен, рубашку и чёрный пиджак. Я оделся. Как ни странно, одежда оказалась почти впору, правда, заметно широковаты плечи, а в остальном всё подошло. Я с удивлением посмотрел на лежащее на полу тело.

— Это не его, — пояснила Лэсси. — Это его любовника.

И, глядя в мои расширившиеся глаза добавила:

— Иногда они затевали такие игры, после которых мне приходилось бинтовать Генри. Поэтому здесь всегда хранился комплект одежды.

В дверь постучали. Девушка подошла, приоткрыла дверь, и тихо сказала:

— Доктор, зайдите в кабинет, — и, обращаясь к кому-то ещё, — а вы можете идти. Ждать не надо.

В помещение вошёл Андрей Александрович. Он встал возле двери, осмотрел испуганными глазами обстановку, и остановил взгляд на мне.

— Гена?

— Присаживайтесь, Андрей Саныч, — весело сказал я.

— Что здесь произошло?

— А вы как думаете?

— Ну… — он замялся. — Судя по тому, что я наблюдаю, Торговый дом Бандервильдов прекратил своё существование.