Евгений Мисюрин – Свои и чужие (страница 44)

— Сто-стоп, — я вытянул ладонь в направлении разговорившегося Профессора. — Олег, объясни для непонятливых. Что за «магаз» и кто такой Ксавье.

— Ты новенький что ли?

— Можно сказать.

— Два квартала отсюда, — он махнул рукой куда-то влево. — Есть оружейный магазин. Мимо не пройдёшь, там вывеска характерная. А в нём как раз и торгует Ксавье. Посмотри, может что интересное найдёшь. Но «Утёс» у него точно был.

— Думаю, ещё долго будет. Он же тяжёлый, его только на турель стационарно сажать. Да и очередь нормальную из этой дуры не дать.

— Тебе не угодишь, — проворчал Проф. — Тогда сам посмотри, что понравится. Но без пулемёта не возвращайся!

Ксавье оказался немолодым, хмурым мужчиной в камуфляже. Мы обменялись взглядами, и я почувствовал с ним какую-то общность. Будто, прошли через одно и тоже.

— Добрый день, — вежливо поздоровался он.

— Здравствуйте. Вы Ксавье?

Мужчина степенно кивнул.

— Гена Стрин. Мне нужен мощный пулемёт для установки на машину.

— «НСВ Утёс» подойдёт? — спросил продавец с заметным акцентом.

— Не слишком тяжёлый, на крышу его затаскивать?

— Хотите полегче? Возьмите РПК.

— Я бы взял, но калибр маловат. Хотелось бы что-нибудь под двенадцать и семь.

— Тогда только «Корд» или «Утёс». Но «Корда» сейчас нет.

Он посмотрел куда-то вверх, комично почесал голову и предложил:

— А хотите ШКАС? Он хоть и старый, но под патрон для ПКМ, и всего одиннадцать килограмм весит.

— ШКАС? Это авиационный, по-моему, — удивился я.

— Совершенно верно. Под винтовочный патрон, семь шестьдесят два.

— Авиационный…

Сначала идея показалась мне безумной. С такой скорострельностью, что была у самолётного оружия, патроны придётся возить на отдельной тележке. А с другой стороны… Присобачить к нему электроспуск, вывести на руль… Пофантазировав ещё немного, я уже видел в мыслях автоматическую вращающуюся турель с изменяемым углом наклона. А если совсем в порядке бреда, то даже с выводом перекрестья прицела на монитор бортового компьютера.

Логически из этих размышлений вытекал вопрос — тогда зачем мне такой расход боеприпаса? Всё то же самое можно сделать, используя, к примеру, имеющийся ПКМ.

Ксавье изучающе смотрел на меня, потом снова почесал голову и поинтересовался:

— У вас бронеавтомобиль?

Я энергично замотал головой.

— Ни в коем случае. Обычный.

— Тогда зачем вам тяжёлый пулемёт? Подождите.

Он исчез в темноте служебной двери, а я остался ждать. Сердце почему-то застучало.

Через пару минут продавец вернулся, неся за ручку пластиковый короб.

— Вот! — торжественно сказал он, и демонстративным жестом откинул крышку. Внутри лежало не виданное мной раньше оружие. Короткое, не длиннее обычного АК-74, с массивной металлической патронной коробкой, закреплённой почему-то под углом, и без приклада.

— Что это, Ксавье? Я такого раньше не видел.

— «Печенег».

— Я знаю «Печенег», — возразил я. И замолчал. Это действительно был он, но в невиданной компоновке. Ствол тянулся через всё оружие, будто казённую часть просто сдвинули вперёд, вместо приклада — один затыльник, привычной ручки для переноски тоже нет — заменена на буржуйскую планку Пикатини.

— Мне прислали его месяц назад, из Серпухова, — рассказывал тем временем продавец, глядя на пулемёт влюблёнными глазами. — Это «Печенег», переделанный под булл-пап. Видите, добавлена тактическая рукоятка, появилась возможность установки оптики или коллиматора…

Не слушая, я вынул машинку из ящика, вскинул к плечу, поводил из стороны в сторону. «Печенег» лежал в руке, как специально под меня сделанный. Центр тяжести находился в передней части, а значит, оружие не должно скакать в руках при отдаче. А ещё, он был короткий. Такой ствол можно высунуть в окно, или в люк на крыше, опереть на сошки, и спокойно вести огонь. А можно и не опирать — рукоять очень удобная.

Ксавье с трудом отобрал у меня «Печенег», и продолжил обзор.

— Вот смотрите, патронная коробка расположена под углом. Благодаря этому вы можете поднять ствол вверх.

— Лента не закусывается? Она же с перекосом идёт.

Продавец поднял ствольную коробку, резко её защёлкнул, и передёрнул затвор.

— Пока такого не случалось, — гордо сказал он.

Потом мужчина осторожно вытащил из ящика оптический прицел, набор ЗИП, масло… В секунды прицепил прицел на штатное место, и протянул оружие мне.

— Хотите попробовать?

Я растерянно кивнул. Ксавье указал головой на заднюю дверь и вышел. Я двинулся следом.

Двор магазина был превращён в небольшое стрельбище. Толстый каменный забор прикрыт пулеуловителем и завешен мишенями. Прямо у заднего входа в магазин оборудован стол, на нём наушники и очки. Продавец, оказывается, по пути прихватил откуда-то снаряженную ленту, поэтому сразу прошёл к стрелковому рубежу, и щедрым жестом поставил пулемёт на стол.

Я быстро снарядил «Печенег», взял его к плечу в положении стоя, и посмотрел на мишень. До забора было метров пятьдесят, поэтому в оптику та выглядела громадной. Я передёрнул затвор, вернул его в переднее положение и нажал спуск.

Лента кончилась незаметно, и слишком быстро. Я только-только привык к новому оружию. Недоуменно обернулся и заметил довольный взгляд Ксавье. Причина была ясна — продавец видел, что покупателю товар понравился.

— Сколько? — обречённо спросил я. Понятно было, что теперь нормальный торговец запросит втридорога.

— Шесть тысяч, сто, — коротко сказал он. — Это вместе с оптикой и ЗИП.

Я поморщился. Лучшая в мире снайперская винтовка обошлась мне гораздо дешевле.

— Торговаться будем? — с робкой надеждой поинтересовался я.

— Только не в этом случае. Этот пулемёт на старой Земле ещё даже не принят на вооружение. Сюда прислали партию, чтобы собрать статистику по боевому применению.

— Зачем же вы их продаёте? — недоумевал я.

— Кому попало не продаём. Идёмте внутрь.

В магазине Ксавье пояснил:

— Вы же видели, что на витрине «Печенег» не выставлен? Но про вас мне рассказал Роман. Вы работаете по индивидуальному заданию, поэтому я посчитал возможным предложить вам один экземпляр. Только попрошу время от времени передавать впечатления об оружии через любого служащего Русской армии.

Было ясно, что этот экземпляр он считает уже проданным. Мысленно я был согласен. Но внутренняя жаба слёзно просила выпросить ещё хоть что-нибудь.

Я повертел головой, подумал, и предложил:

— Ксавье, включите в эту цену ещё и коллиматор. А я вам Магнум сорок четвёртого калибра отдам.

— Биллу отдайте, он такие любит, — проворчал продавец. — Вы хотите поменять оптику на коллиматорный прицел?

— Нет. Мне нравится оптика. Но она же не всегда нужна, чаще дистанция не требует увеличения. А открытого прицела у пулемёта нет. Так что без коллиматора никуда.

— Добавьте пятьсот экю, и я дам вам коллиматор, а также цинк бронебойных патронов.

Я ещё пытался торговаться, но Ксавье был непреклонен. Мне даже показалось, что он обиделся. Так я отдал шесть тысяч шестьсот экю, получив за это пластиковый ящик, куда, кроме штатного набора, был уложен коллиматорный прицел, и зелёный цинк с тонкой проволочной ручкой.

Хоть пулемёт и весил меньше восьми килограммов, я запыхался, пока донёс покупки до автомастерской. Вошёл внутрь, с грохотом сбросил всё на бетонный пол, и заметил, что водительской двери у машины уже нет, а Олег увлечённо гнёт из проволоки какую-то затейливую конструкцию.

— Эй, Профессор, я пулемёт принёс!