Евгений Миненко – Жизнь на краю (страница 35)

И пока ты пытаешься зажать это медикаментами,

работой, духовными практиками без действия,

ты не даёшь себе прожить сам факт:

«Я на пороге.

Мне страшно.

И это нормально».

2.4. «Слишком много всего»

Всё сразу:

и хочется плакать,

и смеяться,

и кричать,

и молчать.

Голова гудит от мыслей,

тело гудит от чувств,

сердце рвётся —

и при этом ты как будто смотришь на всё со стороны.

Это не баг.

Это многослойность Края.

В нём активны сразу:

Свет – который поднимает смысл,

Тьма – которая держит форму,

и ты – между.

Если ты в такие моменты ищешь «правильное состояние»

и пытаешься убрать всё «лишнее»,

ты теряешь саму суть:

Край и есть когда «слишком всё».

3. Психические маркеры: «мне страшно и очень живо одновременно»

Край всегда бьёт по психике.

Не потому что она слабая,

а потому что сама конструкция «я»

оказалась прижатой к стене.

3.1. Страх, от которого невозможно убежать

Это не тот страх,

который можно заглушить фильмом,

едой, сексом, работой.

Он возвращается:

по утрам,

по ночам,

в случайных паузах,

когда ты на секунду перестаёшь бежать.

Это страх быть живым без гарантий.

Не умереть —

а наконец признать:

«Я не контролирую этот переход.

Я не знаю, что со мной будет.

Я не могу опереться ни на одну старую историю».

Этот страх – честный.

Он не призван парализовать.

Он показывает,

насколько глубок шаг, который от тебя требуют.

3.2. Очень живо

На Краю есть другой слой —

неловко признаться, но он есть.

Посреди ужаса,

среди бессонниц,

внутри «я не выдержу»

– есть микрослои,

где ты вдруг чувствуешь:

«Я живее, чем был годами».

Цвета ярче.

Звуки острее.

Встречи глубже.

Слова – не фон, а ранят или лечат.

Вкус еды,

вкус воздуха,