Евгений Миненко – Законы жизни. Доказано наукой (страница 46)

набор разрозненных “стрелок”:

– тут я хочу,

– тут я боюсь,

– тут я зависим,

– тут я играю роль,

– тут я подстраиваюсь,

– тут я не знаю.

Их состояние, выборы, чувства

переключаются в зависимости от внешнего поля:

рядом с сильным – он мягкий;

рядом с мягким – он сильный;

рядом с агрессором – он сжимается;

рядом с нуждающимся – он спасает;

рядом с успешным – он обесценивает себя.

Нет оси —

есть вечное “под что я сейчас настроился”.

Способность быть собой

Ты любишь фразу “быть собой”.

Её распечатали на миллионах кружек.

Но если честно:

быть собой больно.

И дорого.

И требует огромного удержания.

Быть собой – это не:

“делаю, что хочу”;

“говорю всё, как есть”;

“я такая/такой, принимайте”.

Быть собой – это:

видеть, как чужие поля пытаются тебя перетянуть;

чувствовать свои триггеры, страхи, желания угодить,

встроиться, понравиться, не потерять;

и не отдавать ось в обмен на безопасность, деньги, любовь, признание.

В обычной жизни это выглядит очень не героично:

ты не идёшь в выгодный, но противный тебе проект;

ты не остаёшься там, где тебя ломают, даже если страшно уйти;

ты не играешь роль “хорошего”, когда тебя используют;

ты не соглашаешься на “так удобно всем”,

если это раздавливает твоё живое.

И каждый раз, когда ты так делаешь,

внутри как будто щёлкает:

стрелки встают по оси.

Ты чувствуешь:

может быть очень больно,

может быть страшно,

но я не потерял себя.

И это чувство дороже любой победы.

Когда “быть собой” не получается

Удержание оси ломается в трёх случаях:

Чужое поле гораздо сильнее твоего.

Род, культура, система,

партнёр с тяжелой травмой,

человек с хищным, уверенным полем.

Тебя просто “перемагничивает”:

твои внутренние стрелки встают по его оси.

Внутри слишком много незаживших узлов.

Стыд, вина, страх быть брошенным.

Стоит кому-то нажать на “правильную” точку —

и вся твоя ось ломается:

ты тут же делаешь не то, что хочешь,

а то, что спасает от старой боли.

Ты сам считаешь свою ось неправильной.

Когда твоя глубинная правда конфликтует

с полем семьи, религии, культуры,

и ты решаешь:

“значит, я сломан, а они правы” —