Евгений Миненко – Сатанизм настоящий (страница 15)
и при этом не превращаться в жертву ни того, ни другого.
7. Третий – это не «хороший», это настоящий
Важно разрушить ещё одну иллюзию.
Третий элемент – это не «ты становишься только добрым, светлым, пушистым».
Иногда третий будет:
говорить «нет»,
уходить из отношений,
отказываться от выгод,
обрубать связи с тем, что тебя разрушает,
ставить границы,
делать шаги, которые другим покажутся жесткими.
Разница в том,
что он делает это не из:
мести,
паники,
ревности,
ненависти,
ощущения собственной ничтожности,
а из внутреннего знания «так верно для меня и для жизни во мне».
Иногда третий элемент будет вести тебя в огонь,
а не отводить от него.
Не чтобы ты сгорел,
а чтобы перестал жить картоном.
8. Почему третий так долго не появляется
Потому что ему негде встать,
пока ты веришь, что у тебя есть только два режима:
либо полностью отдаться страху,
либо сделать вид, что страха нет.
Пока ты:
выбираешь «как правильно» и «как надо»,
вместо того, чтобы спрашивать «как честно»,
играешь в согласие там, где внутри всё кричит «нет»,
изображаешь смелость там, где внутри всё дрожит,
– ты занят ролью,
а не собой.
Третий не входит в роль.
Ему нужно живое место,
куда он может опуститься.
Это место открывается только тогда,
когда ты:
перестаёшь делать вид, что не боишься;
перестаёшь притворяться, что тебе всё равно;
перестаёшь красить себя под «светлого» или «тёмного»;
признаёшь:
«Да, во мне всё.
И я не знаю, как с этим быть.
Но я больше не хочу ни бежать, ни воевать.
Я хочу быть живым, даже если это больно».
Вот в эту точку незнания и честности
начинает опускаться третий.
9. Что тройственность делает с дуальностью
Дуальность мы не отменили.
Полюса никуда не делись.
У тебя всё так же будут:
дни, когда ты в силе,
и дни, когда ты в пыли;
моменты расширения,
и моменты схлопывания;
встречи, от которых распахивается грудь,
и потери, от которых хочется умереть.
Разница в том,
что раньше каждый такой переход
сбрасывал тебя в край:
«всё, конец»,
«всё, я снова на вершине».