Евгений Миненко – Чудо как новая норма (страница 49)
чтобы это пережить.
Иногда это приходит в кризис,
когда ты настолько истощён,
что не можешь больше держать контроль.
Ты сдаёшься не духовно,
а физически:
нет сил чувствовать всё сразу;
нет ресурсов думать, просчитывать, паниковать;
нет запаса, чтобы ещё раз взвалить всё «на характер».
И вдруг начинается что-то другое.
Ты замечаешь,
что в таком полуобваленном состоянии
ты всё равно:
встаёшь утром,
почему-то идёшь именно в это место,
говоришь именно эту фразу,
набираешь именно этот номер,
открываешь именно эту книгу.
Не потому что «надо».
Не потому что «так правильно».
А потому что изнутри идёт тихое “сюда”.
И если бы потом
ты попытался нарисовать логическую схему,
как всё сложилось —
ты бы не смог.
Там нет привычного «я спланировал, я сделал, я добился».
Там – другое:
«Я был в таком развале,
что мне оставалось только
делать следующий маленький шаг,
который “сам” становился понятен.
И когда я оглядываюсь назад,
я вижу, что это было невероятно точно —
точнее, чем когда я всё контролировал».
Это и есть первый вкус творения без центрального “я”.
Когда шаги не рождаются
из напряжённого ума,
а как будто проступают
изнутри тишины.
Поток – не романтика, а исчезновение того, кто мешает
Слово «поток» заездили до дыр.
Но если снять с него эзотерическую корку,
останется простое, очень телесное переживание,
которое знают творцы, спортсмены, хирурги, музыканты,
да и любой человек, который хоть раз делал что-то
чрезвычайно точно:
время растворяется;
нет «я хороший / плохой»;
нет «получится / не получится»;
нет бесконечного сравнения себя с другими;
нет внутреннего комментатора.
Есть только:
задача,
ощущение правильного движения,
полная включённость.
Ты пишешь – и текст идёт так,
будто кто-то диктует.
Ты оперируешь – и рука
находит нужное движение без рассуждений.
Ты ведёшь машину в критической ситуации —
и вдруг оказываешься в безопасном коридоре,
даже не успев понять, как ты проскочил.
Потом, уже после,
«я» возвращается и говорит:
– Я так круто сделал.