Евгений Малинин – Драконья любовь, или Дело полумертвой царевны (страница 11)
– Что значит – пропадали?! – Снова не понял я. – Если здесь люди пропадали, значит этим местом должны были компетентные органы заниматься!
– Ха!.. – Усмехнулся Юрик, – я сам – компетентные органы! Только, если уж кто здесь пропал, то все, с концами – ни следа, ни запаха. Пару раз, еще до войны, собак по следу пропавших пытались пускать, так псы, как до этой полянки добегут, так и стоп!.. Садятся в сторонке и воют, а к коряге этой их и на поводке не подтащишь! Да… – Он чуть помолчал, а потом махнул рукой. – Э, что там говорить, у меня у самого дружок пропал – Колька Седов, наверняка у этого самого сучка! Нам тогда лет по пятнадцать-шестнадцать было…
И вдруг его физиономия расплылась в пакостной усмешечке:
– Он, Колька-то влюблен был по уши как раз в эту твою Людмилу, а она на него и смотреть не хотела – маленький он был, в смысле, росту невысокого, а уж рыжий – глазам смотреть больно! Он все Седым себя называл, по фамилии, а мы его Рыжиком дразнили!.. Бился Рыжик, бился, даже к бабкам кое-каким обращался… типа помогите девку приворожить, да только кто ж захочет с бабкой Варварой связываться – бабка Варвара сама кого хочешь приворожит или в узелок завяжет! Вот Колька и повадился к сучку ходить. Я, говорит, сам колдовать научусь и Людку приколдую! Только ничего у него не получилось, и сам пропал! – Макаронин вздохнул. – Хороший был парень, так и не нашли, хотя во всесоюзный розыск объявляли.
– Неужели с этим… сучком так-таки ничего и нельзя сделать?! – С провокационным смешком поинтересовался я. – Может, федеральные власти подключить?!
Однако Юрик на мою провокацию не поддался и ответил совершенно серьезно, так что я снова подумал, что он меня разыгрывает:
– Нет, никакие власти, ни областные, ни федеральные ничего здесь не сделают. Одна была надежда – бабка Варвара! Уже сколько раз к ней ходили, просили ее убрать этот чертов сучок, так нет, все ей недосуг!..
– То есть, как! – Опешил я, – Та самая бабка Варвара, что?..
Юрка в ответ молча кивнул.
– Ты хочешь сказать, что бабка Варвара, бабушка моей… Бабушка Людмилы, может убрать этот… э-э-э… «сучок»?!!
– Больше некому!.. – Вздохнул Юрка. – Она ж – прямой потомок той самой… Лосихи, что черта переломала!!
Я уставился на корягу и не сводил с нее глаз целую минуту!
Затем, снова повернувшись к Макаронину, я медленно проговорил:
– Ну что ж, пойдем к этой замечательной бабке… Может и по этому делу мне удастся с ней поговорить!
Макаронин с нескрываемым облегчением развернулся прочь от коряги и двинул в сторону опушки, а я направился следом за ним. Но не успел я сделать и шагу, как в кармане моей куртки вдруг что-то зашевелилось. Да какой там – зашевелилось, задергалось, явно стараясь выбраться наружу!!
Я инстинктивно бросил ладонь на карман, стараясь остановить это «дергание», но опоздал, из-под клапана на голубоватую травку вывалился… крошечный золотисто-оранжевый медвежонок с колечком на лопоухой башке.
«Как же это я карман не застегнул?! – Несуразно мелькнуло в моей голове, – мог и потерять!»
Я наклонился, чтобы поднять людмилкин подарок, прихваченный мной из дома по каким-то сентиментальным соображениям, однако маленькая игрушка, вместо того, чтобы спокойно дождаться, когда ее снова уложат в карман, вдруг встала на задние лапки и… покатила, поблескивая колечком на своей макушке, в сторону темной коряги!!!
– Куда?!! – Совершенно по-идиотски воскликнул я и бросился следом за медвежонком.
За моей спиной раздалось не менее идиотское «Куда?!!», и я услышал топот Юркиных сапог.
Догнать крошечную игрушку конечно же ничего не стоило, хотя, благодаря своему неожиданному старту ей и удалось оторваться от меня на пару шагов. В два прыжка я настиг рыжего медвежонка, но тот неожиданно наддал еще, так что мне пришлось сделать еще один прыжок. Тут уж игрушка оказалась прямо под моими ногами, и я наклонился, чтобы схватить ее. В этот момент голова у меня закружилась, в глазах поплыло, ноги слегка подкосились, и я вынужден был сделать еще один небольшой шажок, чтобы просто удержаться на ногах, а не ткнуться носом в траву. Одновременно я сумел подхватить рыжую игрушку, которая как-то уж очень неожиданно потеряла свою подвижность.
Выпрямившись, я тряхнул головой, отгоняя мгновенную дурноту и оглянулся на Макаронина. Тот стоял за моей спиной и диковато озирался по сторонам. Я показал ему зажатого в кулаке медвежонка и с глубоким удовлетворением произнес:
– Вот, поймал!..
Старший лейтенант посмотрел на меня круглыми глазами и тихо повторил:
– Поймал…
Только тут я заметил, что в двух шагах за его спиной виднеется… темная коряга… «чертов сучок»!
«Он же должен быть…» – растерянно подумал я и посмотрел в другую сторону, туда, куда мы бежали и где по всем законам окружающего мира должна была находиться коряга, но там ничего не было!! Я снова развернулся к Макаронину. Тот топтался на прежнем месте, продолжая озираться, и тут я увидел, что от коряги в нашу сторону по травке тянется… едва заметная тропка, нет даже не тропка, а так, легкая примятость. Мне немедленно припомнилось, что точно такую же примятость я видел только что, стоя в нескольких метрах от коряги, только тогда она располагалась с другой стороны и тянулась через всю поляну, от опушки до коряги!
И тут меня словно что-то толкнуло изнутри – я еще раз огляделся и прислушался к собственным ощущениям…
Пространство вокруг меня было переполнено дикой, неупорядоченной магической Силой – это был явно не наш Мир!!
– Та-а-к… – ошарашено протянул я, и снова посмотрел на Юрку.
Тот уже слегка пришел в себя, и, похоже, ничто его не тревожило. К нему снова вернулась его всегдашняя жизнерадостность.
– Эк нас… перешвырнуло!.. – Он расплылся в довольной улыбке. – А других вот так вот, наверное, вообще неизвестно куда забрасывает!
Я взглянул на зажатого в кулаке медвежонка и подумал:
«Да, друг, ну ты и услугу нам оказал!..»
И вдруг остановил сам себя:
«Услугу!!! Это же – игрушка!!! Как она могла бежать!!! Но ведь бежала! Я сам видел!!»
– А чего ты к этой коряге-то рванул?.. – раздался позади меня голос Макаронины. – Я ж тебя предупреждал, что к ней подходить нельзя!..
– Да вот, – машинально ответил я, – медвежонок у меня сбежал.
– Ха! Сбежал! – Воскликнул Юрка. – Как же он мог сбежать, когда он – игрушка?! Уронил, небось, сам, а он просто откатился!..
«Откатился?.. – Мысленно переспросил я сам себя, и тут же не согласился с Юркиным предположением. – Нет – побежал! Я сам видел, как у него лапы… мелькали!»
А Юрка тем временем продолжал свои разглагольствования:
– Его надо было веточкой достать, а ты, дурной, за ним рванул. Хорошо еще нас не так далеко перекинуло, а то бы и дороги домой не нашли!
«Да мы ее и так не найдем!» – подумал я, и тут же вспомнил, что мешочек с «камушками», подарок Маулика, при мне, так что я всегда смогу построить портал перехода… Вот только… Почему медвежонок привел меня сюда?! Случайно ли это?! Вот что надо выяснить! А для этого необходимо найти и пораспросить кого-то из местных! Кстати и с этим самым «перекидом» не грех разобраться, похоже здесь народу много «поперекидывало». А вот портала перехода у сучка не было… Во всяком случае я его не почувствовал… И это было странно!!
– Ну ладно, – закруглился наконец Макаронин, – хватит стоять столбом, пошли в Лосиху!
– Пошли! – Немедленно согласился я, – только вот, дорогу-то ты помнишь… после «перекида»?!
Юрка ощерился в своей неповторимой самоуверенной улыбочке:
– Да я отсюда до Лосихи с завязанными глазами дойду! – И тут же чуть-чуть поправился. – Вот только чертов сучок обойти надо!
И он по широкому кругу, обходя корягу, двинулся все к той же опушке поляны. Я, чуть приотстал и быстро наговорил заклинание «Полного Понимания», прикрыв им и себя и Юрика… так, на всякий случай. А затем направился за старшим лейтенантом, сжимая в кулаке медвежонка, словно боясь, что он снова вырвется и рванет куда-нибудь еще. Но игрушка вела себя смирно, так что дойдя следом за Макарониной до опушки, я опять уложил ее в карман, правда, клапан я на этот раз тщательно застегнул.
Мы снова вошли в лес. Поляна, на которой валялся чертов сучок, скрылась за деревьями, и шагов через двадцать мы неожиданно вышли на узенькую тропочку, бегущую между кочек, поросших черникой, короткой травкой и редким папоротником. Я заметил, что выйдя на эту тропочку, Макаронин чуть замешкался, чтобы оглядеться, и вид у него при этом был слегка удивленный. Однако никаких вопросов я задавать ему не стал, поскольку он быстро оправился от своего удивления и бодро зашагал по тропочке направо.
Мы прошли наверное с полкилометра, когда Юрка вдруг остановился и с удивлением уставился на высоченную березу со сломанной и обгорелой верхушкой. Я подошел ближе и поинтересовался:
– Что, Макаронина, знакомую встретил?..
Он слегка растерянно посмотрел на меня и ответил:
– Именно, что знакомую… – и снова переведя взгляд на березу, добавил, – вот только березка эта никак не могла здесь стоять!..
– Как же – «не могла», когда вот она, стоит!
– Именно, что стоит… – Юрка снова взглянул на меня, – но, вообще-то, эта береза находится севернее Лосихи, а мы, что б ты знал, подходим… – тут он как-то странно к-хмыкнул, – с юга!
– А тебе не кажется, что ты просто слегка заплутал?! – С едва заметной усмешкой спросил я.