Евгений Малинин – Драконья алчность, или Дело Алмазного Фонда (страница 47)

– Ты, действительно… удивителен, господин Сор Кин-ир… Все твое поведение показывает, что ты либо не знаешь ценностей этого Мира, либо… не признаешь их. Ты ведешь себя с окружающими так, словно…

– Я веду себя с окружающими так, – перебил я синсина, – Как хотел бы, чтобы они вели себя со мной…

– И ты думаешь, что они последуют твоему примеру?.. – очень мягко, очень дружелюбно проговорил Гварда, но в его голосе я почувствовал усмешку.

– Знаешь, мудрый синсин, я ничего не думаю, я поступаю так, как считаю необходимым. Мое поведение диктует мне моя совесть, честь, мое сердце. Может быть я не всегда бываю разумен, определенно, не всегда бываю добр и милосерден, но я всегда стараюсь поступать так, чтобы мне потом не было стыдно!..

– Стыдно?!! Ты бы лучше старался поступать так, чтобы другим не было смешно!!! – снова завопил Поганец, – Чтобы за твоей спиной люди не корчили тебе рожи, радуясь, что надули тебя, чтобы на тебя не показывали пальцем!..

– Ты прав, Поганец, – с чувством произнес я, – Надо было тебя схарчить!..

– А… Э… Причем тут это?.. – растерянно пропищал маленький нахал.

– А… Э… Притом! – передразнил я его.

– Господин Поганец, конечно, весьма эмоционален, но в общем-то он прав… – проговорил Гварда, коротко взглянув на меня, – И разве в тех местах откуда ты родом, все люди не делятся на тех, кому что-то нужно от тебя и тех от кого что-то нужно тебе?.. Разве у тебя на родине люди думают прежде всего не о своем благополучии, хотя бы и ценой… неблагополучия других?.. Разве ты пришел из страны, где все счастливы настолько, что готовы отдать соседу, просто чужому человеку свое достояние, свое имущество?.. Разве твои соотечественники не знают зависти и ненависти, воровства и хамства, подлости и предательства… убийства?

В этот момент мы выехали на дорогу, на широкий наезженный, побитый колесами тракт и несколько минут ехали молча. А затем я ответил Гварде, ответил так же серьезно, как тот спросил:

– Ты прав, умный синсин, человеку свойственны зависть и подлость, лень и хамство, он вороват и способен предать… Но разве можно с этим мириться?.. Разве можно не бороться с этим?.. Разве не надо это давить… прежде всего в себе?.. Знаешь, у меня на родине довольно давно жил один замечательный… рассказчик… Так вот, на закате своей жизни он сказал, что человек всю свою жизнь должен по капле выдавливать из себя раба!..

– Смешно!.. – раздался за моей спиной писклявый голос, – Если человек попал в рабство, то как же он может это выдавить из себя?!

– Смешно… – медленно повторил я, – Если бы человек становился только рабом другого человека, это было бы полбеды, а вот когда он становиться рабом своей страсти!.. Тогда его хозяин – алчность или злоба, честолюбие или сладострастие, стремление к власти или гордыня. Тогда он становится способен воровать, предавать, убивать, давить любого, кто попадется на пути удовлетворения его страсти!.. Вот о каком рабстве говорил мой соотечественник.

– Интересно у тебя получается!.. – пискляво воскликнул за моей спиной Поганец, но в его писке как-то поубавилось напористости, уверенности в своей правоте, – Либо ты будешь рабом своей страсти и станешь давить других, либо ты будешь… давить сам себя, выдавливая из себя… раба! А окружающие будут тебе в этом активно помогать… в смысле – помогать давить!..

С секунду он помолчал, а затем выдал резюме:

– Нет, второй путь мне как-то очень не нравится!!!

– Не нравится?.. А ты попробуй!..

Я пришпорил свою лошадь и мы перешли на быструю, хотя и довольно тряскую рысь. Таким образом разговор наш прекратился сам собой и последнее слово осталось за мной. Часа через три впереди показались крепостные стены, а еще через час мы уже въезжали в столицу Поднебесной, славный город Пакит.

Глава 7

«Созерцать цветы хорошо с возвышенным другом. Любоваться певичкой хорошо с целомудренным другом.

Встречать первый снег хорошо с чувствительным другом. А вкушать из чарки хорошо с понимающим другом.»

Пакит, столица поднебесной и любимый город Желтого Владыки был «прекрасен и богат». Невысокие домики, редко выше двух этажей лепились тесно, один к одному, лишь изредка и неохотно расступаясь, чтобы пропустить между собой грязный кривой переулок, заросший дурной травой и загаженный перегнивающими отбросами. За стенами города, где еще вольно гулял степной ветер, аромат, сопутствующий большому скоплению людей, мало заботящихся о санитарных условиях своего проживания, не слишком шибал в нос – так, легкое и вполне терпимое амбре. Зато стоило вам проехать в ворота и ступить на улочки этого благословенного города!..

Впрочем, я практически сразу убедился, что местные ароматы на разные носы действуют по разному. Если я просто скривил физиономию, то принцесса… пустила слезу, а Поганец за моей спиной восторженно пропищал:

– Да будет благословен воздух этого благословенного города!!!

И только синсин остался совершенно равнодушным к неповторимым городским запахам и трусил перед нашими лошадьми с совершенно невозмутимым видом.

– Как он выносит этот аромат?.. – негромко проговорил я, обращаясь к Шан Те и указывая глазами на Гварду. Девушка не успела ничего мне ответить, поскольку синсин сам, чуть обернувшись протявкал:

– Подумаешь… Ты бы побывал в пещере диких синсинов…

Поганец Сю вел нас в Синий пригород Пакита, вернее, сидя за моей спиной, направлял наше движение. Как оказалось, он прекрасно знал город и по пути, весьма затрудненном неумеренным количеством снующих взад-вперед жителей, словно самый заправский гид, давал пояснения:

– Мы приближаемся к одной из святынь города, сейчас справа откроется улица Восточного Благоухания и в конце ее будет виден храм Борющихся Ветров!.. Именно на этом месте Желтый Владыка победил одного из самых своих заклятых врагов Синтяня – мага Веселой Башни! Представляете, когда Желтый Владыка перерубил ему шею, упавшая на землю голова успела прочитать страшное заклинание и у Синтяня вместо сосков проклюнулись глаза, а вместо пупка образовался рот!! С зубами!!! Этот маг и без головы еще долго портил кровь Владыке! В храме имеется прекрасная скульптура безголового Синтяня, говорящая животом, и настенная роспись, на которая в подробностях рассказывает об этом мерзком волшебнике…

– А скульптуры победителя Синтяня в храме нет?.. – поинтересовался я.

– Ты что, учитель, – неожиданно возмутился Поганец, – Разве тебе неизвестно, что изображать Желтого Владыку любым способом запрещено!

– Почему?.. – удивился я.

– Потому что любое изображение Желтого владыки будет лживо! Подданным Поднебесной надо хранить образ Желтого Владыки в сердце, а не в камне или на полотне!

– Так как же хранить в сердце образ того, кого ты никогда не видел? – еще больше удивился я, однако Поганец не соизволил дать мне еще какие-либо объяснения, вместо этого он заверещал:

– Вот!! Вот улица Восточного Благоухания, видите какой прекрасный храм стоит в конце ее?!!

Справа действительно прорезался очередной зловонный переулок, раза в два уже той неширокой улицы, по которой мы проезжали. Время было около полудня, так что дневного освещения вполне хватало, чтобы рассмотреть перегораживающее этот переулок двухэтажное здание с двойной островерхой крышей, крытой желтой черепицей. На мой взгляд служители этого «великолепного» храма имели своей главной задачей показать насколько он древен – до такой степени храм походил на развалины! А Поганец, словно позабыв о только что виденной нами достопримечательности, уже верещал:

– А щас вы увидите площадь Благоговейного Согласия – одну из шести площадей Пакита, на которой принимается Дань Желтому Владыке! Если вы увидите эту площадь в день Праздника Сбора Дани, вы поразитесь, сколько народа может вместить сразу эта великолепная площадь!!

Улочка вильнула латинской буквой «S» и неожиданно вывела нас на действительно довольно просторную площадь в центре которой на приземистом толстом постаменте возвышалась статуя, судя по выпуклой груди, женщины, тщательно, до самых почти что бровей, задрапированной в некое подобие плаща с капюшоном. Высовывающаяся из-под плаща и поднятая вверх рука статуи крепко сжимала некое подобие… байдарочного весла!

– Это кто же такая будет?! – не удержался я от вопроса.

– Как это «кто»? – немедленно отозвался наш гид своим писклявым голоском, – Эта самая… ну… Благословенное Согласие и будет!

– А что за весло у нее в руке?..

– Во-первых, не в руке а в длани, а во-вторых, не весло в весы!.. Чтобы взвешивать… это… согласие!

– Да?! А по-моему, и во-первых и во-вторых, ты, мой друг, совсем заврался! – не выдержал я, на что немедленно получил визгливый, но достойный ответ от своего ученика.

Так вот, знакомясь по пути с достопримечательностями великого города, мы практически пересекли его, и почти что у противоположной стены свернули на удивительно чистую и тихую улочку, носившую название… Синий Пригород.

Проехав всего лишь десяток шагов по этой улице, я понял до какой степени хозяин оборотней цзинов ценит комфорт! Этот Синий Пригород настолько отличался от всего остального города, словно он был перенесен из Бремена девятнадцатого века в… не знаю даже с чем можно было бы сравнить этот самый Пакит, ну, наверное, с Бременом двенадцатого века, если он, конечно в двенадцатом веке существовал!