Евгений Малинин – Драконья алчность, или Дело Алмазного Фонда (страница 29)
Мы все трое мгновенно обернулись на голос и увидели, что синсин проснулся, но не двигается, поскольку его открытые глаза упираются как раз в распоясавшегося Поганца Сю. Тот от неожиданности слегка смутился, а Шан Те вдобавок к его смущению совершенно спокойно проговорила:
– Ни в каком ты ни в царстве Желтого источника… Это просто Поганец Сю пытается меня напугать… Лучше, Гварда скажи, как ты себя чувствуешь?
– Значит я еще не умер… – немного удивленно тявкнул Гварда и приподняв голову оглядел поляну.
– Нет, не умер, – с улыбкой ответила Шан Те, – Тебя Сор Кин-ир вылечил…
Гварда посмотрел на меня, тряхнул головой и медленно поднялся на лапы.
– Вообще-то, мне казалось, что вылечить меня уже нельзя, – задумчиво, словно сам себе, сказал он, затем снова посмотрел на меня и добавил, – Но поскольку я уже знаю, что ты маг, видимо хозяйка говорит правду…
– А откуда ты знаешь, что он маг? – удивилась Шан Те наклоняясь в сторону синсина и гладя его по лохматой голове.
Гварда придвинулся поближе к ней, подставляя свою башку под ласковую девичью ладонь, и спокойно пояснил:
– Когда мы утром ехали по дороге, он видел… улетающих луаньняо…
– Но… – девушка явно испугалась и ее ладонь, дрогнув, застыла на голове синсина, – Но он не мог видеть этих птиц, они же остались во дворце, в Цуду… Отец не собирался брать их с собой!..
– А он видел!.. – настойчиво повторил синсин.
Шан Те несколько раз перевела испуганный взгляд с Гварды на меня и обратно, а затем побелевшими губами прошептала:
– Но тогда… Значит…
– Да, – мотнул головой синсин, – Значит мир ушел из Поднебесной…
– Вот и я говорю, что началась война! – неожиданно заявил Поганец, – А значит нам надо идти в Пакит! Там сейчас… – тут он столь же неожиданно умолк, сообразив, что его аргументы, которые им уже были высказаны мне, вряд ли найдут одобрение у принцессы и ее синсина.
– Нет, нам нужно идти по следам этих бандитов цзин и попытаться освободить отца и учителя! – запальчиво возразила Шан Те.
Мнения, как видите, опять разделились и все трое вопросительно уставились на меня, словно давая мне право принять окончательное решение.
– А я, право, еще не знаю, как нам следует поступить… – задумчиво ответил я на эти вопрошающие взгляды.
– Тогда я тоже выскажусь… – неожиданно заявил Гварда, – Мне кажется, нам надо двигаться… в Пакит…
И у принцессы и у Поганца лица сделались донельзя удивленные. Синсин бросил быстрый взгляд на обоих и торопливо прибавил:
– Вряд ли в Поднебесную вторглись варвары, а значит война началась, без сомнения, между двумя великими волшебниками Цзя, но она еще не объявлена… По всей вероятности ее официальное объявление будет сделано как раз в Паките, во время праздника Сбора Дани. Именно там один из Цзя потребует поединка…
Гварда немного помолчал, словно о чем-то раздумывая, а затем продолжил:
– Я не знаю Великолепный Цзя или Неповторимый Цзя будет инициатором поединка, но мне думается, что у них обоих есть какие-то новые козыри и оба они рассчитывают на победу.
Здесь он, как заправский ритор, снова сделал паузу и высказал новую мысль:
– Из того, что я только что сказал, следует, что хозяина, его советника и его гостя захватил Цзя Шун. Во-первых, потому что отсутствие хозяина ему, конечно, на руку, поскольку всем известно, что Неповторимый Цзя использует магическую силу правителя Тянь Ши, а во-вторых, кто еще мог заставить оборотней цзинов собраться в банду и действовать сообща? Сами они таким образом никогда не действуют – они же друг другу враги!
Последовала еще одна короткая пауза и умный синсин закончил:
– Таким образом именно в Паките мы найдем Цзя Лянь-бяо, а рядом со столицей, если не в ней самой и хозяина с советником и учителем.
И Синсин уселся, словно подчеркивая, что он высказал все.
– Ну, что ж… – я в свою очередь поднялся на ноги, – Мне кажется, Гварда в своих умозаключениях абсолютно прав, а потому мы… пойдем по следам оборотней, благо следы эти весьма заметны.
Шан Те и Поганец посмотрели на меня, не скрывая удивления, а потому я с улыбкой пояснил:
– Если Гварда прав, эти следы выведут нас как раз к столице Поднебесной…
– Значит мы идем выручать отца?! – радостно воскликнула принцесса.
– Значит мы идем в Пакит?! – одновременно и не менее радостно воскликнул Поганец Сю.
Так, наконец, было достигнуто единодушие.
Мы с Гвардой переглянулись, и мне показалось, что умный синсин чуть улыбнулся.
– Не могу же я остаться без учителя, – добавил я еще один аргумент в пользу принятого решения, – Если я хочу быть хорошим учеником, мне надо вернуться к Фун Ку-цзы!
Глава 5
Человек расширяет Путь, а не Путь расширяет человека.
Отправляться в путь мы могли немедленно, но возникала одна серьезная проблема – Шан Те. Идти пешком по лесу в своих легких туфельках и изысканной, но непригодной к длительным пешим прогулкам одежде она не могла, а ее паланкин вряд ли можно было протащить через лесную чащу. Лошадей у нас было в достатке, однако, я не знал, умеет ли девушка ездить верхом. Впрочем, я не долго размышлял над этой проблемой, Шан Те, словно угадав мои мысли, наклонилась к Гварде и негромко сказала:
– Я поеду вон на той каурой кобыле…
Синсин трусцой направился к указанной лошади, и, спустя минуту, она стояла около девушки. Я помог Шан Те сесть на лошадь, причем она, не раздумывая, устроилась в седле «по-женски». Оглядев ее посадку, я понял, что девчонка хорошо знакома с верховой ездой и немного успокоился.
И тут же вспомнил еще об одной вещи, которую мне надо было прихватить с этой, ставшей такой негостеприимной для нас поляны. Пошарив в траве на запомнившемся мне месте, я отыскал посох своего учителя и приторочил его к седлу, так чтобы он не слишком мешал мне при езде. Кроме того мне пришлось стянуть с одного из погибших стражников пояс с ножнами. Вложив в ножны подобранный меч, я перепоясался прямо поверх своего коричневого халатика. Вскочив, наконец, на свою лошадь, я вздохнул: – Ну что ж, тронулись… – и развернулся в сторону леса.
Синсин и Поганец двинулись к опушке, но Шан Те, не торопилась следовать за ними. Вместо этого она еще раз оглядела поляну и горько прошептала:
– Мы нехорошо поступаем… Мы бросаем тела своих людей без должного погребения…
Как ни странно, эта ее фраза меня очень задела, словно это я был виноват в случившимся. Отвернувшись в сторону, я довольно зло произнес:
– Решай, принцесса, перед кем у нас больший долг – перед погибшими или перед живыми?!
Шан Те понурилась и молча тронула свою лошадь. Спустя минуту мы вступили под лесную сень.
Гварда и Поганец Сю сразу же исчезли в густом подлеске, а мы с Шан Те направили своих лошадей по просеке, образовавшейся после того, как оборотни протащили здесь телегу со своими пленниками. Если бы не эта, довольно узкая полоса примятых и сильно поломанных кустов, наши лошади вообще вряд ли смогли пройти опушку в этом месте.
Признаться, я был весьма удивлен настойчивостью напавших на нас существ, потащивших довольно тяжелый груз по совершенно непроходимым местам, однако, как оказалось, уже метров через тридцать подлесок начал редеть, а вскорости и вообще исчез. Вокруг нас встал светлый и довольно редкий бор, состоявший из красных необыкновенно высоких сосен. Земля под этими мощными деревьями была усыпана толстым слоем опавшей хвои, и эта мягкая, пружинистая подушка совершенно заглушала топот наших лошадей. Правда и следы от проехавшей телеги были едва видны, зато глубоко вдавленные отпечатки ног и лап толкавших эту телегу существ были видны вполне отчетливо. Ориентируясь на эти отметины, мы и двинулись в погоню. Лошади наши шли легкой рысью, синсин и Поганец, разойдясь довольно далеко в стороны, продвигались параллельно взятому нами направлению.
Поначалу мы с Шан Те почти не разговаривали. Она ехала, глубоко задумавшись, да и мне было о чем поразмышлять. Я вдруг подумал, что возвращаться домой мне придется – если придется вообще! – скорее всего через тот же самый портал, которым я имел глупость уйти сюда. Это означало, что я появлюсь в выставочном зале Алмазного Фонда неизвестно через сколько дней, и, вполне возможно, в самый разгар какой-нибудь экскурсии… Сами понимаете, что после столь необычного появления в столь необычном месте самое малое, что мне грозило, так это длительное – чрезвычайно длительное! – разбирательство!.. А возможно даже чрезвычайно длительные… кандалы!
Все эти размышления навеяли во мне ну очень минорные настроения – чуть слезу из меня не выдавили. Однако, как раз в этот момент я вдруг заметил, что моя молоденькая спутница отвлеклась от своих печальных дум, начала оглядывать окрестности, и наконец взглянула на меня.
Я воспользовался этим взглядом, чтобы вернуться к насущным проблемам, и задал один из интересовавших меня вопросов:
– Скажи, принцесса, ты видела когда-нибудь великого мага Цзя Лянь-бяо?
– Да, – она утвердительно кивнула, – Несколько раз. Три года назад, когда он приезжал в Цуду, но тогда я была еще маленькой. И в конце прошлого года… Мы как раз перебирались из летней резиденции в Чэнду – столицу провинции, а тут пришло известие, что Неповторимый Цзя, приглашает правителя Тянь Ши к себе… Отец взял меня с собой. Ты знаешь, – чуть подумав, прибавила она, – Этот визит отца к великому магу был очень продолжителен, они с отцом постоянно о чем-то совещались… Вот во время этого посещения я трижды видела Неповторимого Цзя.