Евгений Лобачев – Ведьмоспас (страница 37)
– Качки перепутали по глупости. Во всяком случае, Чертопрыщенко так говорит. Говорит, должны были взять именно сундук.
– Чушь! - рявкнул Геремор. - Сам же понимаешь, что чушь! Если похитителям четко велели привезти сундук, они бы дождались нас в условленном месте, получили то, за чем их посылали - и все! Но перед ними явно поставили две цели, что при их скудоумии, согласись, просто издевательство. Ты видел когда-нибудь тролля, которому жена велела купить в лавке ско-во-род-ку и взби-вал-ку для мо-ро-же-но-го? Нет в мире более несчастного и жалкого существа. В лучшем случае он забудет купить сковородку или взбивалку, а в худшем - убьет хозяина лавки и потеряется. Я тебе точно говорю - длинному нужен и сундук и девушка.
– Но зачем?
Геремор смешно пожал мышиными плечами.
– Он их коллекционирует, - заявил Йорик.
– Я вот что предлагаю, - сказал эльф, - ты иди, заговаривай длинному зубы, а мы с Йориком отправимся на разведку. Если Наташа здесь, мы ее отыщем.
Миша вернулся в зал.
Чертопрыщенко все не было. От скуки Миша принялся бродить по залу. Переходя от картины к картине, от экспоната к экспонату он дивился тому, на каких странных вещах иногда зацикливаются люди. Изображения сундука обнаруживались в самых неожиданных местах: в рисунке штор, в оконной решетке. Даже подвески на люстре представляли собой крохотные хрустальные сундучки. Не каждому диктатору достается столько почета, сколько получил невзрачный, потрепанный и совершенно пустой сундук, оклеенный изнутри старой газетой.
Между сундуками, сундучками и сундучатами то и дело попадались портреты Наташи и ее предков по женской линии. Семейное сходство поражало, и милиционер без труда узнавал на пожелтевших фотографиях и гравюрах бабок, прабабок и троюродных теток своей невесты.
"Маньяк!" - подумал Миша - "Ей-богу, шизоид. Мечта психоаналитика…"
– Гхм! - раздалось за спиной.
Миша стремительно обернулся. Перед ним стоял Чертопрыщенко, придерживая под руку одетую в бордовый костюм миловидную зеленоглазую барышню с пышными каштановыми локонами до плеч. На ее щеках играл румянец, а губы были столь нестерпимо пунцовыми, что покажи их по телевизору - прожгло бы дыру в экране. Нижнюю губу украшал жутковатый пирсинг в виде скорпионьего жала.
– Прошу прощения за задержку, - пробормотал Виктор Антонович. - Приводил девушку в порядок, знаете ли. Позвольте представить вам Любу, мою очаровательную отважную помощницу. Хотя… в некотором роде вы уже знакомы.
Знакомы? Миша поднял глаза на Любу. Нет, вряд ли он ее где-то видел. Нет, не знакомы. Хотя… Этот бордовый костюм, эта узнаваемая фигура… Ноги в синяках и ссадинах…
– Велосипед?!
Чертопрыщенко удивленно оглянулся.
– Где велосипед?
– Это моя собачья кличка, - подала голос Люба. Она бросила на Мишу насмешливый взгляд.
– Какого дьявола вы прикинулись псиной? - выпалил милиционер.
Девушка пожала плечами.
– Чтобы следить за вами, конечно же. Как бы еще Виктор Антонович узнал о ваших планах? Идеальная маскировка. Если бы не блохи… - она передернула плечами. Дрогнуло "скорпионье жало" в губе.
– Так вам и надо! Мата Хари, блин! - Миша раздраженно сплюнул.
– В храме не плевать! - взвизгнул Чертопрыщенко. Но через секунду взял себя в руки и добавил: - Скоро утро. Давайте все-таки выпьем по чашечке кофе и все спокойно обсудим.
Ночная тьма висела над больницей. Луна хоть и показалась над краем горизонта, но света почти не давала.
Геремор и Йорик осматривали ангары. Как две черные тени они перебегали от здания к зданию, тихонько приоткрывали двери и заглядывали внутрь.
– Гляди, молятся! - прошипел Йорик, когда они добрались до очередного ангара. Геремор вытянул шею.
К дальней стене длинного полутемного зала был прикреплен экран, на который проецировалось изображение сундука. В полнейшей тишине с полусотни мужчин и женщин в синих тренировочных костюмах стояли на коленях и клали сундуку истовые поклоны.
– Знаешь, - сказал Йорик, когда они отправились дальше, - вот спасем Наташу, и я придумаю собственную религию. Чем я хуже сундука?!
– У сундука есть огромное преимущество, - ответил Геремор.
– Какое же?
– Не болтает ерунды.
Следующий ангар был заперт на огромный висячий замок.
– Вот оно! - радостно прошептал череп. - Там ваша Наташа.
– С чего ты взял? Там может быть что угодно.
– Да точно тебе говорю! - заявил Йорик. - Как откроешь, она сразу выскочит - и ну тебя обнимать! Хотя это несправедливо. Это ведь я альтер эго, а не ты…
– Ладно, попробуем, - сказал эльф. Он подпрыгнул, ударился о землю и принял свой обычный облик. Ленточки в волосах мелодично зазвенели, амуниция тяжело брякнула.
Щелкнула крышка Боекомплекта. Зеленая вспышка - и дверь отворилась, открыв помещение, сверху донизу забитое невообразимым пыльным хламом.
– Пошли дальше, - мрачно процедил Геремор.
Двери третьего ангара подпирали два мускулистых бритоголовых типа. В лунном свете они казались неудачными творениями скульптора, страдающего гигантоманией. Глядя в их пустые лица человек с воображением запросто смог бы составить представление о том, что такое вакуум.
– В точку! - возбужденно зашептал Йорик. - Предлагаю план: ты колдуешь, а я расцарапываю рожи.
– Михаил, давайте сразу определимся, чтобы не возникло эксцессов, - сказал Чертопрыщенко. Они расположились в уютной боковой комнате, убранство которой отличалось странным отсутствием сундуков. Посередине стоял круглый столик, окруженный черной кожаной мебелью. На столике исходили ароматным паром три кофейные чашки.
Виктор Антонович устроился в глубоком кресле, из недр которого его очки зловеще посверкивали, будто глаза упыря. Миша сел в соседнее кресло. Люба забралась с ногами на пухлый диван, напоминавший гипертрофированного навозного жука.
– Вы у меня в плену, - продолжал Чертопрыщенко. - Я понимаю, у вас есть огромный соблазн проверить - так ли это, поэтому сразу предостерегаю от глупостей. Если у вас под ногами не путаются сотни охранников, это не значит, что их нет вовсе. Еще раз повторяю: ведите себя пристойно, чтобы избавить от неприятностей и себя, и Наташу, и ваших новых приятелей.
Виктор Антонович испытующе посмотрел на милиционера, но тот и бровью не повел, предоставив собеседнику самому решать - произвели впечатление его слова или нет.
– Будем считать, что вы уяснили положение, - продолжал Чертопрыщенко после короткой паузы. - Тогда перейдем к делу. Мне нужен сундук. Доставьте его и Наташа свободна.
Миша поднял брови.
– Знаете, что-то нескладно выходит. Сундук был у вас в руках. Но ваши люди похитили Наташу, а ценную мебель оставили на попечение троих чудиков. Даже делая скидку на тупость исполнителей, я все равно не могу поверить, что моя невеста здесь совершенно ни при чем. Кроме того, вся эта слежка, от которой Наташка просто сходила с ума. Зачем вы следили за ней и ее бабкой? За каким бесом все эти ваши страшилки? Или это у вас хобби такое - пугать женщин?
Чертопрыщенко брезгливо скривил губы.
– Язвите сколько душе угодно, молодой человек. Это все, что вам осталось. Вы вляпались в историю, которая началась задолго до вашего рождения, вам никогда не постичь суть происходящего, так что другой реакции от вас я и не жду.
– А вы просветите меня, - задушевно проговорил Миша. - Глядишь, я и перестану язвить.
Виктор Антонович покачал головой.
– Мне нужен сундук. И нужно, чтобы Наташа кое-что прояснила относительно его содержимого…
– Но сундук пустой! - перебил Миша. - В нем никогда ничего не держали. Или вы не поверите, пока Наташа не ткнет вас носом?
Виктор Антонович поморщился.
– Я уже упоминал, что вам известно далеко не все. Итак, мне нужен сундук. Из Любиного рассказа следует, что вы или ваши приятели спрятали его перед тем, как отправиться сюда…
– Кстати, о Любе, - снова перебил милиционер. - Как вы сделали ее собакой? И как вообще узнали, какой дорогой мы подбираемся к вашему логову?
На этот раз физиономия Чертопрыщенко расплылась в самодовольной улыбке.
– А вы не догадываетесь? Магия, молодой человек. Стопроцентная настоящая магия, давным-давно позабытая в нашем мире. С ней мне не нужны ни камеры наружного наблюдения, ни всякие охранные штучки-дрючки, ни прочий технический вздор. Конечно, в сравнении с волшебными коробками ваших приятелей мои методы грубы, топорны, примитивны, но, тем не менее, они работают.
Говоря о "волшебных коробках" Чертопрыщенко зажмурился и облизнулся как голодный кот, грезящий о колбасе.
– И вы туда же, - простонал Миша. - Повернулись на магии. Это что, поветрие такое что ли? Уж лучше бы вы оказались заурядным уголовником! Хотя, действуете вы как самый обычный бандюган.
Виктор Антонович фыркнул.
– Попрошу с урками меня не равнять! У меня благородные цели, и со всякой швалью я не имею ничего общего.
– Это какие такие у вас цели? - поинтересовался милиционер. - Наверняка что-то великое. Что-то такое, во имя чего можно пойти на любые преступления. Я угадал?
– Вы угадали, - патетическим шепотом ответил Чертопрыщенко. Его лицо вдруг окаменело, в глазах появилась фанатическая одухотворенность. Виктор Антонович стал похож на плакатного стахановца, мечтающего выполнить пятилетний план в две недели. - Вы угадали. Я хочу закончить дело, начатое моими предками. Я хочу постичь искусство магии, хочу вернуть это искусство людям. Хочу подчинить наш мир преступно отринутым законам…